search
Топ 10

Замаравшиеся

Надо ли ворошить прошлое, или «Это совсем другое»

Проблема нравственного выбора одна из самых сложных. Причем, даже когда вроде бы все ясно – вот добро, а вот зло, далеко не всегда люди сразу же идут в сторону света, некоторым надо покочевряжиться, мол, это еще надо проверить, зло ли оно или только кажется. А что говорить про ситуации, в которых намешано самого разного сверх нормы? Всю жизнь человек живет, свято веря, что делал только хорошее, помогал стране и людям, а потом вдруг раз – и потомки ему предъявляют, дескать, душил свободу, гнобил добрых людей, тормозил прогресс и так далее. Или наоборот. Но давайте поговорим о материях, в которых вроде бы уже давно разобрались, где все точки над i расставлены. Фашизм и нацизм – зло? Да. Люди, которые горячо поддерживали Гитлера, его приспешников и их людоедскую политику относительно уничтожения целых народов, нуждаются в осуждении? Да. Надо ли рассказывать об этой крайне нелицеприятной стороне их биографии или стоит ее деликатно замять, помня только то хорошее, что они сделали? …А вот с этим, увы, до сих пор непонятно. Убедимся сами.

Швейцарский биохимик и физиолог Эмиль Абдергальден (9 марта 1877 – 5 августа 1950) прославился на весь мир своими трудами по изучению роли пептидов и гормонов. И был он, между прочим, иностранным членом-корреспондентом Академии наук СССР. В биологических и медицинских словарях вы можете встретить эпоним «реакция Абдергальдена» – выявление оборонительных ферментов, которые образуются в ответ на инородное вмешательство в организм. Все бы ничего, но в его биографии есть темное пятно: Абдергальден участвовал в травле своих коллег еврейского происхождения, в частности биохимиков Мод Ментен и Леонора Махаэлиса.

«Времена были такие!» – скажет кто-то, намекая на то, что тогда много кто кого травил, не проклинать же за это всех навечно. Да и заслуги Абдергальдена все-таки очевидны, а значит, его имя должно остаться в истории со знаком «плюс».

Ладно, идем дальше.

Франц Альберт Редекер (17 июня 1891 – 16 сентября 1962) был крупнейшим фтизиатром, словосочетание «очаг Ассмана – Редекера» известно всем, кто изучает способы лечения туберкулеза. При этом никто не пытается скрыть того факта, что знаменитый ученый в период с 1933 по 1945 год занимался вопросами принудительной стерилизации в качестве помощника врача в берлинском суде по наследственному здоровью. За что его потом, после падения фашистского режима, «освободившие» Европу американцы сначала уволили со всех должностей, но потом все-таки восстановили. И в 1949 году Редекер стал заведующим отделом здравоохранения в федеральном Министерстве внутренних дел, а с 1953 по 1956 год был президентом Федерального бюро здравоохранения.

Может быть, имело смысл убрать имя Редекера из словарей эпонимов, дабы не давать повода потомкам судить о нем только как о человеке, лечившем чахотку? Или принудительная стерилизация – меньшее зло, на которое можно закрыть глаза? По крайней мере, никто вопрос так не ставит, более того, в Германии каждые три года присуждается премия имени Редекера за успехи в борьбе с туберкулезом. Вот так.

Немецкий врач египетского происхождения Юсуф Ибрагим (27 мая 1877 – 3 февраля 1953) был педиатром, написал немало научных трудов, посвященных врожденному кожному кандидозу (болезнь Бека – Ибрагима). Может показаться, что человек, который лечит детей, должен обладать гораздо большими гуманизмом и добротой по сравнению со своими коллегами, однако, к сожалению, в нацистской Германии Ибрагим участвовал в программе детской эвтаназии, что подтверждено документально. Это тем не менее не помешало ему в дальнейшем, уже при новом режиме, в ГДР, стать известным и уважаемым медиком, который прославился достижениями в обучении медсестер, социальной педиатрии и снижении младенческой смертности. Более того, его назначили почетным гражданином города Йена, а его именем назвали клинику детской и подростковой медицины (!) при университете Фридриха Шиллера, а также улицу и национальную премию по педиатрии (!). Правда, в 2000 году, когда были обнародованы документы об активности Ибрагима в годы Второй мировой войны, клинику и улицу было решено переименовать обратно. Но эпоним «болезнь Бека – Ибрагима» никто тронуть не решился, наверное, потому что «это другое, вы не понимаете!».

Нередко упоминаемая в медицинских сериалах болезнь Вегенера названа в честь немецкого патолога Фридриха Вегенера (7 апреля 1907 – 9 июля 1990). В 1932 году он вступил в НСДАП и даже был членом военизированного отделения нацистской партии, которое участвовало в жестоких конфликтах. Во время Второй мировой войны проводил эксперименты над заключенными, но в итоге так никакого наказания и не понес. Вплоть до 2000 года его имя числилось в ряду в знаменитых ученых XX века, а в 1989 году один медицинский колледж в США даже присудил Вегенеру премию «Мастер-клиницист». Но после того как вскрылись новые факты его нацистского прошлого, премию отменили, также была проведена кампания по переименованию гранулематоза Вегенера в ANCA-ассоциированный гранулематозный васкулит. В настоящее время это название широко используется в научной литературе, хотя эпоним «болезнь Вегенера» в словарях присутствует до сих пор. Вероятно, кто-то просто не в курсе. Или же в курсе, но им все равно.

Болезнь Аспергера (синдром Аспергера) известна всем, кто сталкивался с аутистическим нарушением психического развития, серьезными трудностями в социальном взаимодействии, а также с ограниченным, стереотипным, повторяющимся репертуаром интересов и занятий. Свое название недуг получил в честь австрийского педиатра и психиатра Ганса Аспергера (18 февраля 1906 – 21 октября 1980). Этот человек служил в Третьем рейхе военным врачом и, по некоторым данным, также участвовал в программе детской эвтаназии. Формально после войны он не понес никакого наказания, ибо лично никого не убивал, однако это был человек, разделявший идеи нацистской партии, которая открыто продвигала идеи о расовой чистоте. И все же, как утверждают коллеги педиатра, его исследования пусть и служили жестоким целям, но это не означает, что стоит игнорировать научную ценность его открытий. Значит, Аспергер как ученый реабилитирует Аспергера как нациста?

Про фашистского изувера Йозефа Менгеле («ангела смерти» Освенцима) сегодня знают все, для каждого нормального человека это имя – синоним палача и садиста, лично уничтожившего десятки тысяч узников концлагеря. А вот кто помнит про его коллегу Юлиуса Галлервордена (21 октября 1882 – 29 мая 1965)? Не переживайте, помнят: в Большой медицинской энциклопедии есть статья, посвященная описанию болезни Галлервордена – Шпатца (прогрессирующей ригидности). Правда, там не упоминается о том, что Галлерворден во времена Третьего рейха руководил кафедрой невропатологии Института исследования мозга имени кайзера Вильгельма и собрал огромную коллекцию препаратов, которые он изготовил из мозгов, извлеченных из казненных заключенных конц­лагерей и пациентов психиатрических клиник (причем, подчеркну, казненных весьма изощренными способами). Вроде бы сам невролог к убийствам не причастен, однако мрачная тень прошлого не позволяет оценить его работы по достоинству. Особенно если учесть, что Галлерворден был членом СС с 1933 года и членом НСДАП с 1939 года. Или все-таки мне это только кажется, а человека судят лишь по выдающимся научным достижениям?

Оставим врачей, иначе может показаться, будто представители остальных профессий сильно отличаются от них по своим морально-нравственным убеждениям.

Знаменитый немецкий шахматист Эмиль Йозеф Димер (15 мая 1908 – 10 октября 1990) стал членом НСДАП в 1931 году, за два года до того, как она стала правящей партией Германии. Несмотря на то что он представлял вид спорта, казалось бы, совершенно не связанный с политикой, за ним сразу же закрепилось прозвище «шахматный репортер великого германского Рейха», ибо в своих статьях он открыто прославлял идеи нацизма. После войны ему это припомнили, и Димер долгое время не мог найти работу. Однако все проходит, и его в конце концов допустили к соревнованиям, а в 1956 году он стал победителем открытого чемпионата Нидерландов. Возможно, поэтому в книгах по шахматам до сих пор можно встретить словосочетание «гамбит Блэкмара – Димера». Это же не про фашизм, а про спорт.

Германский химик Карл Вальдемар Циглер (26 ноября 1898 – 12 августа 1973) в 1963 году совместно со своим итальянским коллегой Джулио Наттой получил Нобелевскую премию по химии за работу по исследованию полимеров. Также он прославился изобретением метода ядерно-квадрупольного резонанса, применяемого в спектроскопии. И совсем не хочется вспоминать о том, что Циглер тоже был членом СС, правда, в статусе Furderndes Mitglied der SS (то есть не состоял на военной службе, но поддерживал эту организацию финансово). И что в 1940 году его наградили крестом 2‑го класса уже именно за военные заслуги. Но, разумеется, ради подобных мелочей никто не будет переименовывать ставшие классическими эпонимы «реакция Циглера», «реакция Воля – Циглера», «реакция Торпа – Циглера» и так далее.

Можно продолжить этот список. Однако тут все-таки уместно остановиться и еще раз задать себе вопрос: где проходит та граница, за пределами которой мы уже не вправе говорить, мол, не важно, каких взглядов он придерживался и в чем участвовал, главное, что он был выдающимся биологом, врачом, химиком, художником и так далее, а должны называть вещи своими именами. Точнее, подходить к этим именам более трезво.

И можно сколько угодно повторять, что все эти люди были вынуждены подчиниться режиму, подстраиваясь под него, чтобы выжить и получить возможность творить, но…

Почему-то немецкий физик Густав Адольф Федор Вильгельм Людвиг Ми (29 сентября 1868 – 13 февраля 1957) не стал прославлять фашизм, а ушел в оппозицию, став членом философского кружка Freiburg Circles.

Почему-то немецкий математик Давид Гильберт (23 января 1862 – 14 февраля 1943) нашел в себе мужество в разговоре с нацистским министром образования Бернхардом Рустом, который спросил, насколько успешно продвигается в Геттингене наука, после того как она освободилась от еврейского влияния, ответить: «Математика в Геттингене? Ее больше нет».

Почему-то коллега Франца Редекета терапевт Герберт Ассман (25 ноября 1882 – 27 февраля 1950) не захотел терпеть, когда в его присутствии оскорбляют ученых, и, когда в его университете нацисты проводили лекцию о пагубном влиянии евреев на студенческую жизнь и начали оскорблять доктора Пауля Эрлиха, демонстративно покинул аудиторию.

И почему-то основатель французской нейрохирургии Тьерри де Мартель (7 марта 1875 – 14 июня 1940) не стал сотрудничать с гитлеровцами, а покончил жизнь самоубийством при взятии немецкими войсками Парижа.

Выбор есть у каждого. Просто сделать его очень трудно…

 

Комментарий

 

Армен ГАСПАРЯН, политолог, журналист, публицист, автор исследований, посвященных проблеме денацификации:

– В описанных примерах нет ничего удивительного. Дело в том, что по окончании Второй мировой войны денацификация зачастую носила весьма и весьма своеобразную форму. Были, конечно же, люди, которых судили за совершенные военные преступления (обычно вспоминают Нюрнбергский трибунал и так называемые малые Нюрнберги). Но сразу после них в массе своей люди, которые активнейшим образом сотрудничали с Третьим рейхом, участвовали во всевозможных медицинских, образовательных, политических и любых других нацистских программах, грубо говоря, «проскакивали юзом». Причем это было как на территории ФРГ, так и в ГДР.

И уже к 50‑м годам о темном прошлом огромного количества граждан просто постарались забыть. Или, по крайней мере, об этом перестали упоминать. А в конце XX – начале XXI века о столь неприятной проблеме вообще знали лишь люди, серьезно изучавшие историю гитлеровской Германии. И если внимательно присмотреться к биографиям многих видных ученых, окажется, что некоторые моменты там тщательно подкорректированы или просто вырезаны. Беда в том, что практически никому до этого не было никакого дела. Да, периодически возникали прецеденты, связанные с громкими разоблачениями отдельных историков-энтузиастов, откопавших в архивах что-нибудь сногсшибательное, но это скорее исключение. Запад эту страницу просто закрыл для себя, дескать, хватит жить прошлым, у нас же об этом просто мало кто знал. Наши политики и историки, конечно же, использовали момент напомнить при случае, что в составе Национал-демократической партии Германии (НДПГ) до сих пор много людей, пришедших туда из Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП), но на этом все и заканчивалось. Про прошлое лидеров ГДР вообще никто не говорил, это была запретная тема, равно как и упоминание о связи с нацистами многих политических деятелей Венгрии, Чехословакии, Румынии, Польши, Болгарии и так далее. Увы, с тех пор мало что изменилось. Поэтому, собственно, мы до сих пор продолжаем считать перечисленных в статье ученых прежде всего учеными, а об их преступлениях и отношении к идеологии нацизма никто не вспоминает. В том числе потому, что просто не знает. А если и знает, то молчит. Короче говоря, с этой проблемой системно так никто и не пробовал справиться. В большей степени потому, что просто не считали это проблемой.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту