Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Российская школа: взгляд в будущее. Дискуссию на эту тему предложили организаторы Гайдаровского форума-2016

УГ - Москва, №05 от 2 февраля 2016. Читать номер
Автор:

Участники обсуждения – министр образования Москвы, руководитель Департамента образования Москвы Исаак Калина, первый заместитель министра образования и науки Российской Федерации Наталья Третьяк, ректор Московского городского педагогического университета Игорь Реморенко, проректор, директор Института бизнеса и делового администрирования РАНХиГС, президент Российской ассоциации бизнес-образования Сергей Мясоедов, научный руководитель Ломоносовской школы Марат Зиганов, директор школы №57 Сергей Менделевич, директор школы №1329 Вероника Бурмакина, директор гимназии №1306 Елена Спорышева – не только высказали свое мнение по поводу будущего российского образования, но и ответили на такие важные вопросы:

Как школе не потерять ценностный фокус в эпоху турбулентности? Как помочь директорам и педагогам не утонуть в море инноваций и псевдоинноваций? Как научить школьника думать, а не запоминать, если учат запоминать, а не думать? Каким должен быть учебник в эпоху информационного взрыва и Википедии? Как помочь выпускникам школы стать успешными в новых условиях? Что важнее для страны: выпускники, настроенные на лидерство и рекорды, или члены общества, подготовленные к социальной адаптации и «маленькому человеческому счастью»? Каково должно быть соотношение между знанием родного языка и владением иностранным в сегодняшнем мире? Сколько языков надо знать для работы в России? Где учиться лучшим: в России или за рубежом? Как преодолеть кризис компетенций учителей: профессиональное выгорание, «болезнь показной инноватики», работа на показатели вместо учеников? В чем опасность подмены проектного метода яркими картинками презентаций? Новые ФГОС и подготовка к ЕГЭ/ОГЭ: как сгладить противоречие в целях?Модератором дискуссии был председатель Комиссии по образованию Московской городской Думы, учитель года Москвы Антон Молев.Герман ГРЕФ, президент Сбербанка: Нам нужно успеть поменять модель образования- Мы живем в очень интересное время. Известный технический футуролог Рэй Курцвел составил прогноз на ближайшие годы:2019-й – провода из любой сферы уйдут в прошлое;2020-й – компьютеры достигнут мощности, сравнимой с человеческим мозгом;2025-й – появление массового рынка гаджетов-имплантатов;2028-й – солнечная энергия будет удовлетворять всю энергетическую потребность человечества;2030-й – расцвет нанотехнологий в промышленности, удешевление производства всех продуктов;2031-й – 3D-принтеры для печати человеческих органов будут использовать во всех больницах;2042-й – первая потенциальная реализация бессмертия;2044-й – небиологический интеллект станет в миллиарды раз более разумным, чем биологический;2045-й – наступление технологической сингулярности. Земля – один гигантский компьютер;2099-й – процесс технологической сингулярности распространится на всю Вселенную.Если говорить о будущем, ключевую роль как играло, так и будет играть государство. Нужно изменять государственные институты. Ключевая роль в этом, не устаю об этом говорить, принадлежит образованию – от детских садов до вузов, но вся модель образования должна быть изменена. Я не верю в онлайн-образование прошлого века, онлайн-образование должно быть изменено, оно сейчас пока такое, как и традиционное, то есть мы перевели систему традиционного образования в онлайн. На мой взгляд, и то и другое – лузеры. Онлайн будут использовать, но содержание и методы образования будут совсем другими. Нам нужно успеть поменять модель образования (причем это нужно сделать не когда-то, а вчера, начинать хотя бы сегодня). Мы пытаемся воспроизводить старую советскую, абсолютно негодную сегодня модель образования, напихивая в детей огромное количество знаний. Между тем за это время знания мультиплицированы колоссальным образом, и сотрудники системы образования, учителя, родители в шоке от того, что им нужно делать, какую информацию впихнуть в несчастного ребенка, какое количество часов его по времени занять, в какой период времени начать его напихивать всем этим ненужным барахлом. На мой взгляд, это очень серьезная развилка. Мы много этим занимаемся, мы в прошлом году создали наш благотворительный фонд «Вклад в будущее», у нас есть на эту тему какие-то свои мысли и подходы, которые мы будем стараться развивать. Я не верю ни в науку, которая не связана с практикой, ни в образование, которое не связано с практикой и наукой, я не верю в бизнес, который не связан с образованием и наукой. Сегодня это триединство. Нам нужно на уровне общества сделать серьезные выводы и прогнозы о том, где мы окажемся не когда-то, а через десять лет. Михаил КОВАЛЬЧУК, президент «Курчатовского центра»:Мы можем складывать новую единую картину мира, возвращаясь к целостному восприятию природы- Мы можем вернуться в природу, стать ее частью, создав природоподобный технологический уклад, вернув технологии в замкнутый ресурсооборот природы. Природа – единая и неделимая. Будем грубо считать, что наука родилась во времена Ньютона. Человек посмотрел вокруг, попытался понять природу, не понял и обожествил. Но дальше, чтобы понять, мы начали делить природу на мелкие сегменты, вычленяя кусочки, в которых нам легко было разобраться. Таким образом, мы создали узкую специальную систему знаний, систему науки, образования и основанную на этой научно-образовательной системе отраслевую экономику. Но надо отдавать себе отчет в том, что мы, не понимая целого, не разобрались, что в природе нет отдельно физики, химии, любых других дисциплин. Мы их искусственно нарисовали. Теперь фактически мы построили на этом технологии, которые не отражают полноту природы, и поэтому возник антагонизм между построенной нами техносферой и природой. Вот, собственно, в чем причина всего. Сегодня, поскольку мы достаточно глубоко, детально разобрались в природе, которую напилили на мелкие части, может начаться противоположный процесс. Мы фактически имеем коробку с пазлами, где пазлы – узкие дисциплины, теперь мы можем из них складывать новую единую картину мира, возвращаться к целостному восприятию природы. Это сегодня на самом деле главная тенденция, которая существует. Природоподобные технологии основаны на воспроизведении живой природы. Но есть риски: с одной стороны, могут быть уникально новые возможности в самом широком смысле – в качестве жизни, в медицине, в энергетике, во всех областях, но, с другой стороны, мы вмешиваемся в процесс жизнедеятельности живых организмов, человека в первую очередь. Мы должны отдавать себе отчет, что переход к междисциплинарности и конвергенции, вся созданная система науки и образования сегодня объективно антагонистична этому процессу. Та страна, которая это поймет раньше других и сможет найти инструменты для того, чтобы это сделать, будет лидером. Наталья ТРЕТЬЯК, первый заместитель министра образования и науки РФ:- Каким будет будущее российской школы? Безусловно, центральным событием в системе образования в прошлом году стало заседание Госсовета, посвященное проблемам общего образования. Это говорит о том, что образование – один из ключевых приоритетов государственной политики. Президент Российской Федерации Владимир Путин поставил цель, которая во многом сегодня определяет направление обсуждения будущего российской школы, – сделать российскую школу одной из лучших в мире. Какие предпосылки послужили для того, чтобы мы сегодня могли серьезно говорить о том, что эта цель реалистична? Если мы вернемся на десять лет назад, то вспомним, что произошли события, на тот момент достаточно серьезные и знаковые и для России, и для российской школы. Мы тогда впервые стали говорить о необходимости поддержки лучших образовательных практик и лидеров, эта ставка была сделана абсолютно правильно. Мы стали говорить о серьезной технической модернизации и оснащении школ. Да, десять лет назад мы говорили о необходимости строительства теплых туалетов для школ, но за десять лет мы прошли значительный путь и теперь с уверенностью можем говорить, что сегодня большое число наших детей занимаются в современных условиях. Мы говорили о необходимости поддержки учителей и достойном вознаграждении за учительский труд. За десять лет мы преодолели тенденцию дефицита педагогических кадров. Могу с уверенностью сказать, что за последние пять лет эта проблема из школы ушла. Наши учителя действительно стали получать зарплату, сравнимую со средней зарплатой по экономике, эта норма стала не просто правилом, эта норма стала законом. Наши дети стали демонстрировать очень высокие показатели в сопоставимых международных исследованиях даже по тем направлениям, по которым российская школа показывала невысокие результаты, теперь мы показываем очень динамичный и очень позитивный тренд. Самое важное, что, на мой взгляд, произошло в системе образования, – это то, что мы изменили требования к назначению и цели образования. Мы ушли от идеологии контролирования процесса в системе образования, перешли к требованиям результата. Напомню, в 2008 году был принят закон, который определил структуру Федерального государственного стандарта общего образования. Ключевым в этом стандарте стало то, что мы предъявляем единые требования к результатам образования. При этом мы говорим не только об учебных достижениях наших учащихся, но и о тех практических навыках, которые позволят нашим детям быть успешными и конкурентными в их будущей взрослой жизни. Мне кажется, что это основное событие, которое изменило направление развития российской школы. Именно этот комплекс мер позволит сегодня говорить о тех успехах, которых достигла российская школа, и реалистичности той задачи, что поставлена Президентом РФ Владимиром Путиным. Что нам необходимо сделать? Какую школу будущего мы видим? Мы говорим, что одним из важных и обязательных условий повышения конкурентности государства и высокого качества образования становится обеспечение единства образовательного пространства Российской Федерации. Когда я говорю «единство», то имею в виду не единообразие, а то, что каждому нашему ребенку должна быть предоставлена равная возможность доступа к определенному объему, уровню и качеству образования независимо от его социального положения, места проживания и состояния здоровья. В этом мы видим обязанность государства на каждом уровне управления. Мы говорим о том, что школа должна учитывать индивидуальные потребности ребенка, что мы должны развить те таланты и те способности, которые характерны именно для этого ребенка. Задача государства – создать для этого необходимые условия, на федеральном уровне разработать и внедрить ту систему законодательства, которая позволит реализовать эти механизмы. Напомню, что в 2012 году был принят Федеральный закон «Об образовании в РФ», который ввел в жизнь школы такие понятия, как «сетевое взаимодействие», «дистанционные образовательные технологии», «интерактивные образовательные технологии», идет реализация масштабных образовательных программ, связанных с повышением квалификации учителей, формированием у них тех компетенций, которые позволяют работать с разными детьми. Наш лозунг – «Нет неталантливых детей, каждый ребенок талантлив!». Наша задача – раскрыть этот талант. Если школа сможет это делать, значит, она действительно школа будущего, которая может претендовать на звание лучшей системы образования в мире. Мы, конечно, говорим о развитии материально-технической среды образовательного учреждения, но на этом витке развития мы говорим и о том, что школа должна быть обеспечена самыми современными средствами обучения, что сама среда вокруг школы должна развивать ребенка, что школа должна поднастроиться под индивидуальные потребности ребенка, чтобы он мог работать и в коллективе, развивая именно свои таланты и способности. Мы говорим о том, что в школе усиливается воспитательная компонента. Именно в потоке информации, когда очень много разных мнений, когда информация, с которой сталкивается ребенок, в разы, в десятки, сотни раз превышает тот объем информации, с которым сталкивались в свое время мы, у ребенка должны быть устойчивые моральные принципы. Он должен четко понимать, что плохо, а что хорошо, критично относиться к той информации, которую получает из внутренних и внешних источников, это очень важная задача школы, которая сегодня стоит перед ней. Именно через передачу духовных и нравственных ценностей, понимание, знание истории и культуры своей страны мы сможем сформировать в будущем уверенного в себе человека, человека, который способен принимать решение и не зависеть от внешнего воздействия. Безусловно, мы должны говорить о том, что в современной школе в разы возрастает роль учителя, меняется назначение парадигмы учителя, это не просто источник, который передает знания, этот человек должен так научить ребенка, чтобы тот в будущем был готов к изменениям, к получению новых знаний, к развитию и конкуренции. В конце концов он должен быть способен в будущем быть счастливым человеком. Следующее направление, в котором работает Министерство образования и науки РФ, – это поддержка учителей. Мы запускаем достаточно много проектов, направленных на реализацию поставленных задач и целей, принимаем соответствующие меры, чтобы помочь школам уйти от излишней нагрузки педагогов. Мы разработали такой информационный продукт, который позволяет школе, соответствующим образом сформировав сайт и загрузив туда один раз те данные, которые с него запрашивают через личные виды отчетности, в автоматическом режиме генерировать все виды статистической отчетности, которые существуют в РФ, не запрашивая эту информацию с учителей, не собирая ее постоянно. Это всего лишь нажатие одной кнопки, в ближайшие годы министерство будет рекомендовать всем школам России перейти на такую форму отчетности.Исаак КАЛИНА, министр образования Москвы:- Организаторы дискуссии предложили нам ответить на вопросы, среди которых и был один несколько провокационный: «Как помочь выпускникам школы стать успешными в новых условиях? Что важнее для страны: выпускники, настроенные на лидерство и рекорды, или члены общества, подготовленные к социальной адаптации и маленькому человеческому счастью?» Откровенно говоря, я не очень понял противопоставление, но хочу отнестись ровно к этой задаче, поставленной перед нами. Понятно, что, для того чтобы быть успешным, человеку нужно обладать определенным набором качеств, навыков. Какими же качествами должен обладать выпускник школы, чтобы быть успешным? Для ответа на этот вопрос достаточно посмотреть на Федеральный образовательный стандарт, утвержденный Министерством образования и науки РФ в 2010 и 2011 годах. Основной взгляд на выпускника российской школы был заложен в эти годы. Могу признаться, что с большим удовлетворением посмотрел материалы «Новый взгляд на образование», подготовленные проектной группой Давосского экономического форума-2015, и понял, что через пять лет после утверждения российских Федеральных государственных стандартов Давосский форум, по сути дела, сформулировал шестнадцать навыков XXI века, которые абсолютно сонаправлены с тем, что было сформулировано пять лет назад во ФГОС. Я попытался соединить в какую-то короткую формулу все эти навыки, качества, которые должны быть у нашего выпускника, не претендуя на единую точку зрения. У меня все получилось примерно так: это навык принятия собственных решений по основным вопросам организации собственной жизни, ответственность перед собой, семьей, обществом, страной за свое поведение, за свою жизнь, за свою свободу. Тогда возникает вопрос: а у кого человек может перенять, научиться такому качеству, такому навыку? Конечно, воспитанием такого человека должна заниматься не одна школа, а в Москве точно не только школа. Но вопрос в том, может ли человек научиться всему этому в школе? Думаю, может, если сама школа как целостная воспитательная организация обладает такими качествами и навыками. Тут надо каждому вспомнить свою школу, попробовать наложить качество, навыки самой школы на требования Федерального государственного образовательного стандарта, на материалы того же самого Давосского форума. Мы выдаем выпускникам документ, который в старину назывался «аттестат зрелости». Можно ли нашей школе выдать такой «аттестат зрелости», чтобы у нее, как у зрелой, взрослой воспитательной организации, учились наши дети? Думаю, что многим школам выдать такой аттестат можно. Собственно, ради этой, по-моему, великой педагогической, социальной задачи московские школы и идут по пути все большего согласия на предложенную им свободу и принятия на себя ответственности на свою свободу. Но для этого пришлось поменять весь характер, все принципы финансовых, экономических, организационных, правовых отношений между учредителем, которым выступает Департамент образования Москвы, и самими школами. Как именно, разговор отдельный и очень длинный. В «Учительской газете-Москва» очень подробно описаны все инструменты. Могу сказать одно: сегодня московская школа и ее директор, решения школ и их директоров очень мало зависят от решения чиновников Департамента образования. При этом должен сказать, что значение департамента в жизни школ все меньше и меньше, а результаты у школ, слава богу, все лучше и лучше. Это подтверждают все независимые показатели, которыми измеряют результативность школ. Почему я говорю о том, что школы все меньше зависят от департамента? Финансирование школ идет строго по формулам – никто из нас, чиновников, не может в это вмешаться, оценка работы школ – независимый рейтинг, в основном теперь аналогичный федеральному, хотя московский появился в 2011 году, а федеральный начался в 2013-м. Прием на работу директора проходит через аттестацию, транслируемую в Интернете, каждый может посмотреть, объективна или нет, а в аттестационной комиссии чиновников почти нет. Теперь мы аттестуем не только директоров школ, но и их заместителей. Зарплату директора определяют точно по формуле, и никакого влияния на это ни руководитель департамента, ни кто-то еще оказать не может. Поэтому я уверен, что школа далеко не только место, где учатся. Школа – это коллективная личность, у которой учатся тому, что она сама делает, перенимают те качества, которыми сама школа обладает, а не те, о которых только рассказывают. Поэтому, так как есть надежда, что все больше московских школ благодаря новым механизмам, в том числе и финансовым, начинают обладать свободой и ответственностью за свою свободу, то все больше выпускников будут тоже обладать этими качествами, а значит, смогут стать успешными в жизни, это не помешает им быть и немножко счастливыми. Перефразируя классика русской литературы, я хочу сказать, что успех – это, конечно, еще не счастье, но успешность ближе к счастью, чем неуспешность. Я уверен, что будущая школа будет развиваться как субъект, а не как место воспитания, она станет школой, у которой, не в которой учатся. Позволю себе при этом сослаться на мнение нашего президента: еще в 2004 году при вступлении в должность Президента РФ Владимир Путин сказал: «Только свободные люди в свободной стране могут быть по-настоящему успешными. Это основа и экономического роста России, и ее политической стабильности. Мы будем делать все, чтобы каждый человек смог проявить свой талант и свои способности». Я уверен, что все больше и больше московских школ вносят вклад в решение этой задачи. Надеюсь, что у московской школы есть огромное будущее как у школы одного из субъектов РФ, но очень важного для наших детей субъекта воспитания. Игорь РЕМОРЕНКО, ректор МГПУ:- Наш университет участвует в создании Национальной технологической инициативы, там тоже есть компонент образования, идут дискуссии. Я ловлю себя на мысли, что когда люди собираются обсуждать будущее и говорят: теперь надо сказать о подготовке педагогов, то утверждают, что с ней им все понятно. Со школой и вузами им не все бывает понятно, а вот с подготовкой педагогов им все ясно. Хотя, с другой стороны, если посмотреть на это, чем меньше понятно в той сфере, для которой начинаешь готовить специалистов, тем с самой подготовкой должно быть больше неясностей. Есть какие-то внутренние характеристики, которые присущи изменениям института образования, они касаются и подготовки учителей. Первая вещь, которая мне здесь очевидна, – это гибкие жизненные, производственные, индивидуальные технологии развития. Еще в 80-е годы, когда я учился в школе, поступал в университет, мне казалась совершенно нормальной такая жизнь: приду куда-то на работу, буду всю жизнь работать, заведу семью, когда получу квартиру, а когда-то с этого места работы уйду на пенсию. У меня, как у абитуриента, у многих моих друзей и коллег это была совершенно нормальная траектория, которая сейчас перестала быть таковой. Никто из ребят, которые сейчас приходят в педагогический вуз, да, думаю, и в другие вузы тоже, не идет туда из соображений выучиться и всю жизнь провести в той сфере, для которой учится. Это уже принципиально другое представление о жизни. Человек пришел в педвуз (и мы часто за это критикуем наших студентов) под времяпрепровождение – это этап жизни, и он должен быть интересным. Многие наши сильные ребята после третьего курса уходят из национальных исследовательских университетов, из федеральных университетов, не потому что академически неуспешны, а потому что сам этот этап жизни для них ценен, его важно как-то прожить. С другой стороны, сама будущая жизнь – это разные проекты. Человек сегодня вовлечен в определенный проект, и он пошел преподавать в школу, потому что ему интересно возиться с детьми, затем пошел в летние лагеря, потом ему стало интересно фотографировать и он полтора года работает фотографом, а затем снова вернулся в школу. Какие-то меняющиеся жизненные траектории коснулись и педагогической работы в образовании. Уходят династии, я знаю множество людей, испытывающих колоссальную жизненную проблему, в связи с тем что они медики в шестой династии, а их сын не стал медиком, а другие, что они педагоги, а их сын не стал педагогом. Наступает какой-то проектный этап жизни, который касается и, естественно, подготовки в вузовской сфере, и педвузов в том числе. Мы это называем гибкими образовательными траекториями, или широкими гуманитарными компетенциями, когда человек стремится работать в системе взаимодействия с другими людьми или в соответствующих структурах компетенций. Это колоссальный вызов, а для нас огромная проблема, потому что мы тогда и обучение должны выстраивать по-проектному, предлагать переходы на другие образовательные траектории и будем сейчас это делать после второго курса. Мы должны предполагать возможность зачета каких-то дисциплин при сетевом взаимодействии. Образование в этом смысле выходит за пределы школы и становится проектно-ориентированным применительно к тому, где и какие навыки можно получить. Более того, одни и те же навыки могут быть получены на разных предметностях, например, коммуникативные навыки могут быть получены на этой группе курсов и дисциплин, а могут быть получены на другой группе. Но по результату образования в этом смысле это одни и те же навыки. Мы со всем этим сейчас сталкиваемся и находимся на пороге осознания. Марат ЗИГАНОВ, научный руководитель Ломоносовской школы:- Москва – один из регионов, в котором дела обстоят хорошо, и все это нужно тиражировать. Но для этого Исааку Калине нужно предоставить возможность создать какую-то собственную маленькую школу, учить там детей так, как надо, предъявлять регионам, каких людей им надо воспитывать. Москве повезло: с одной стороны, пришел такой человек, с другой стороны, в стране наступило время реорганизации. Объединение школ в Москве синергетическим образом повлияло на то, что в столице теперь все хорошо с образованием. О чем журналисты спрашивают у ребят, когда подходят к школе и вузу? Чему вас научили? Как будто это главное. На самом деле журналисты давным-давно учились в школе, и напичкивание знаниями тогда было главным. Сейчас дело обстоит совершенно иным образом. Знаниевая парадигма нынче не доминирует, но существует противоречие между федеральными требованиями – ФГОС – и ЕГЭ. Я говорю о метапредметных компетенциях и о предметных компетенциях. Противоречие есть, но оно тоже разрешимо, во многих регионах, в том числе в целом в России и в Москве в частности, эту проблему решают. Какой же должна быть российская школа? И может быть, какой мы хотим, чтобы она была? Куда нам надо стремиться? То, что делают с помощью разработанной нами образовательной технологии «Интеллект», позволяет разрешить противоречие между требованиями ФГОС и ЕГЭ. Елена СПОРЫШЕВА, директор школы №1306:- Самым большим достижением за последние 20 лет я считаю вариативность системы образования. Появление разных типов школ, у которых есть своя концепция деятельности и развития, свое «лицо», дает системе в целом возможность лучше отзываться на изменяющиеся и очень разнообразные в настоящее время потребности родителей, лучше отвечать их запросам и больше соответствовать современным требованиям.Самая большая проблема, которую надо решить, на мой взгляд, – это управление системой образования, баланс зон ответственности и более точное определение сфер принятия решений федерального, муниципального и внутреннего уровней.Тремя ключевыми инновациями или отличиями средней школы через 20 лет будет, конечно, информатизация обучения, развитие дистанционных форм, изменение роли учителя в процессе приобретения учеником знаний, навыков и компетенций. Не уменьшение, хочу подчеркнуть, а именно содержательное изменение. Информатизация позволит развивать индивидуализацию, она необходима, она обязательно предполагает широкую вариативность – как самих организаций, так и программ, и методики, и технологий образования. Мне кажется, возможно, будет развиваться более ранняя дифференциация образовательных траекторий.Думаю, что через 20 лет уже вся система среднего образования сделает тот шаг, ради которого мы создали нашу Школу молодых политиков, международную гимназию №1306. Это шаг в направлении того, что мы назвали для себя «неогуманитарное образование», включение в программы большого количества новых предметов, дающих ребенку всесторонние знания именно и прежде всего о человеке и культуре, предметов, которые будут учить его жить среди людей, понимать их, находить совместные решения, компромиссы и взаимопонимание.


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту