search
Топ 10
Школы в регионах переводят на дистанционное обучение Дистанционное обучение в школах, «Высшая лига» учителей года, отмена ЕГЭ - новости образования Учителям потребуется подтверждать, что именно они подготовили победителей Всероссийской олимпиады школьников Акт вопиющего физического воздействия и морального насилия: что случилось в школе под Калугой ОГЭ по русскому языку: как пройти итоговое собеседование Ситуация с 9-летней студенткой МГУ Алисой Тепляковой вновь привлекла внимание общественности Эксперт подсказал выход из ситуации с самой юной студенткой МГУ Алисой Тепляковой Для учителей и воспитателей Подмосковья установили выплату в 5 тыс. рублей Тайный дневник, 1900 км, 600 человек: девятые сутки под Волгоградом ищут пропавшую школьницу Международный день объятий, который отмечают 21 января, – праздник не новый, ему 35 лет

Прощай, МПГУ? Откуда берутся проходимцы с фальшивыми дипломами

В стране новый виток борьбы с коррупцией. Возникает сакраментальное: «Кто кого положит на лопатки: мы коррупцию или она нас?»

До сих пор борьба с коррупцией напоминает охоту за мухами: одних бьем, другие успешно летают, ведь следов их деятельности не убавляется. А все потому, что общество, скажем, фиксирует свое внимание в основном на родительских поборах или провокациях на взятки, которые правоохранительные органы выдают за широкомасштабную борьбу с коррупцией, а где-то совсем рядом развиваются процессы, разъедающие основы системы образования так, что неизвестно, устоит ли она в конце концов без того нравственного и правового фундамента, который нужен для настоящего качественного образования и воспитания подрастающего поколения. В течение долгого времени «Учительская газета» ведет непримиримую борьбу с коррупцией в образовании, хотя особой поддержки этой борьбе исполнительные и правоохранительные органы не оказывают. Между тем тема эта не отпускает, подбрасывая все новые и новые факты, потрясая, удивляя, поражая бесстыдством тех, кто называет себя педагогами и тем самым дискредитирует и профессиональное сообщество, и государственную систему образования.Вот факт от декабря 2013 года:«Черемушкинская межрайонная прокуратура в ходе проверки соблюдения федерального законодательства в государственном бюджетном образовательном учреждении г. Москвы «Начальная школа – детский сад компенсирующего вида №1850» выявила факт предоставления двумя сотрудниками заведомо подложных дипломов о высшем педагогическом образовании при поступлении на работу. Установлено, что дипломы об окончании учреждений высшего профессионального образования, представленные преподавателем английского языка Евгенией Логунцовой и преподавателем физической культуры Иваном Гудимом, по учетным данным вузов не числятся, им не выдавались, а были ими незаконно приобретены для трудоустройства. По материалам прокурорской проверки отделом дознания ОМВД России по району Теплый Стан были возбуждены уголовные дела в отношении Логунцовой и Гудима по ч. 3 ст. 327 УК РФ (использование заведомо подложного документа). Постановлением мирового судьи судебного участка №56 района Теплый Стан г. Москвы уголовное преследование в отношении Гудима прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения его к уголовной ответственности, а в отношении Логунцовой вынесен обвинительный приговор и ей назначено наказание в виде штрафа в размере 7 тыс. рублей в доход государства. Кроме этого межрайонная прокуратура подала исковое заявление в суд о признании полученных Логунцовой дипломов на основе поддельного диплома о высшем образовании недействительными и полученными с нарушением законодательства Российской Федерации. В настоящее время оба учителя освобождены от преподавательской работы и уволены с занимаемых должностей».Когда я прочитала эту информацию, кстати, находящуюся в свободном доступе, но взволновавшую разве что близких Логунцовой и Гудима, у меня сразу возник вопрос: а дипломы каких вузов были признаны поддельными? У Гудима – диплом об окончании факультета физической культуры, у Логунцовой – факультета иностранных языков, оба диплома МПГУ. Скажу сразу, мне показалось странным, почему уголовное преследование относительно Гудима прекращено за давностью, а относительно Логунцовой продолжается, за какие такие заслуги Гудима освободили от ответственности, а Логунцову нет? Ведь дипломы МПГУ были выданы им (или приобретены ими) в одно и то же время, номера дипломов следуют один за другим. Во всяком случае, такие данные выдает отдел кадров образовательного учреждения, где все еще пока лежит трудовая книжка Логунцовой. Как говорится, вопрос к правоохранительным органам, которые почему-то одних милуют, а других наказывают.Конечно, есть еще и другие вопросы: как в одном образовательном учреждении оказались сразу двое обладателей дипломов, признанных поддельными, почему администрацию устраивало качество подготовки таких «педагогов»? Кстати, Евгения Логунцова была к тому же еще и заместителем директора учреждения. Учреждения для детей, имеющих сильные расстройства речи. Может быть, поэтому проверяющим было трудно установить, насколько успешно Логунцова преподает английский язык детям, которые и по-русски-то говорят с трудом? А может быть, все дело в том, что Логунцова была, по словам сотрудников НШ-ДС, близкой подругой директора, а Гудим и вовсе братом руководителя? Вообще это было еще то учебное заведение, которое можно представить двумя слоями. Один, основной слой, – добросовестные специалисты, которые качественно ведут основную работу с детьми, другой – ныне не работающий директор со своей руководящей и прочей командой, считавший, видимо, начальную школу – детский сад своей вотчиной. Не буду перечислять все нарушения, которые были допущены в этой образовательной организации, интересующиеся могут запросить акт проверки у Службы финансового контроля Департамента образования Москвы, занявший аж 51 страницу и переданный в правоохранительные органы. Ясно одно – в этом учебном заведении была возможность для работы тех, кто имел поддельные дипломы.Меня тут интересует сам факт появления этих дипломов. Расследование, которое вот уже несколько лет ведет «Учительская газета» и которое почему-то никак не заинтересует Министерство образования и науки РФ, нынче тоже заявившее о намерениях бороться с коррупцией, позволило установить, что дипломы МПГУ поступают в систему образования несколькими путями. Первый – простой, ясный и законный – после обучения в педуниверситете, когда человек поступает на обучение по результатам вступительных экзаменов, сдает в течение пяти лет все экзамены, зачеты, выполняет курсовые работы, защищает диплом и получает соответствующий документ как знак качества. Ведь нельзя отрицать – в МПГУ по-прежнему работает сильный педагогический состав, уровень преподавания многих профессоров на уровне МГУ имени М.В.Ломоносова.Второй путь – банальное приобретение «корочек» чуть ли не в подземных переходах и в Интернете. Тут есть вопросы к тем, кто изготавливает фальшивки, но на них исчерпывающих ответов пока нет, между тем очень хотелось бы узнать, кто и где берет бланки, кто и как проставляет печати и какие, кто и с чего копирует подписи тех, кто удостоверяет дипломы. Третий путь – обучение в негосударственных вузах, ставших «вузами-спутниками» МПГУ, с выдачей дипломов педуниверситета непонятно на каких основаниях. Основным таким негосударственным вузом был МОСПИ, созданный когда-то на психолого-педагогическом факультете МПГУ его тогдашним деканом Виталием Сластениным, но позже сменивший учредителей и перешедший под крышу ректората педуниверситета. МОСПИ долгое время располагался на площадях МПГУ в корпусе на Юго-Западе и только недавно переехал на улицу Фридриха Энгельса. Дипломы МПГУ получали и выпускники Негосударственного гуманитарно-социального института. Об этих двух вузах довольно подробно рассказали наши коллеги в программе «Вести недели с Дмитрием Киселевым» на Российском ТВ. Московский педагогический государственный университет пообещал провести служебное расследование по фактам, изложенным в сюжете, но, во-первых, пока никто никакой информации по результатам расследования не дал, хотя что там долго расследовать, ведь главный руководитель учебного процесса в МОСПИ Ольга Шушарина как работала деканом соцфака МПГУ, так и работает, преподаватели МПГУ как преподавали в МОСПИ, так и преподают. Выяснить, каким образом выпускники МОСПИ получали дипломы МПГУ, наверное, все же проблемы не составляет. Кстати, в адрес Шушариной «снаряд», что называется, падает уже второй раз: в первый раз речь шла о фальшивых диссертациях, которым она оппонировала на одном из диссертационных советов МПГУ, во второй раз – уже о дипломах педуниверситета. Во-вторых, что с МОСПИ, что с Гуманитарно-социальным институтом должны были бы заниматься главным образом правоохранительные органы, и чем быстрее они к этому приступят, тем лучше, ведь обладатели таких дипломов приходят на работу в московские учебные заведения и качества их работе явно не прибавляют.Но есть и еще один путь появления дипломов МПГУ на горизонте образования, путь, до сих пор не заинтересовавший ни правоохранительные органы, ни органы управления образованием. Четыре года назад (!) «Учительская газета» впервые написала об увольнении по п. 11 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за предоставление поддельного документа при заключении трудового договора учителя московской Навигацкой школы-интерната Людмилы Пономаревой. Документ тот был тоже дипломом об окончании МПГУ, но получен он был при весьма драматических обстоятельствах. В конце 90-х годов, когда дефицит кадров в столичных школах перевалил за 5 тысяч, Западное окружное управление образования Москвы предложило директорам школ направлять педагогов, желающих получить второе высшее образование, на учебу за бюджетные деньги в негосударственный Институт социально-педагогических технологий и искусств. Педагоги в течение нескольких лет там отучились без отрыва от работы, получили дипломы, которые нынче признаны поддельными, потому что выданы как дипломы МПГУ, но как таковые в вузе не зарегистрированы. Директора школ могли бы об этом рассказать правоохранительным органам, на судебных заседаниях, но никто их заслушивать почему-то не захотел, никто соответствующих расследований не ведет, прежние сотрудники Западного окружного управления образования от перечисления бюджетных средств открещиваются, как и от былого события вручения дипломов успешно отучившимся педагогам (почему-то всех вмиг настиг групповой неожиданный склероз), все финансовые архивы уничтожены, так как вышел срок их хранения. Уже известно, что такой вуз был, что его учредители – бывший декан психолого-педагогического факультета МПГУ Виталий Сластенин, тогдашняя сотрудница факультета педагогики и психологии МПГУ Валерия Пряникова и пока не найденная нами А.Полякова. Однако отыскать вуз правоохранительные органы не смогли или не захотели. Все могли прояснить запросы судов: в каком году, кем и в какое учебное заведение была направлена Пономарева, кто оплачивал ее учебу, в каком году было зарегистрировано и в каком году аннулировано товарищество с ограниченной ответственностью «Институт социально-педагогических технологий и искусств» с указанием учредителей этого ТОО, в каком году была аннулирована гербовая печать МПГУ с гербом Советского Союза и в какой регистрационной палате Москвы может быть подтвержден факт уничтожения этой печати с предоставлением ее оттиска, кто и как заплатил налоги за полученные бюджетные деньги, которыми оплатили учебу учителей, но суды это не интересовало. В одном из ответов я уже как-то прочитала, что неустановленных лиц, выдавших дипломы МПГУ, нельзя-де привлечь к уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности по ч. 3 ст. 327 УК РФ. Неустановленных? Почему мы их смогли установить, а правоохранительные органы нет? В реестре лицензий Рособрнадзора этот вуз не числился, за получением лицензии на право осуществления образовательной деятельности в эту организацию он не обращался. Но Институт социально-педагогических технологий и искусств состоял на учете в налоговой инспекции с 20.09.1994 года, исключен из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа и снят с учета 03.03.2007 года. Когда появилась публикация в «УГ» в 2007 году, у правоохранительных органов была возможность выяснить, почему этот таинственный институт размещался на факультете педагогики и психологии МПГУ, почему и когда сгорел архив этого вуза, кто из преподавателей МПГУ обучал учителей, кто и сколько платил за обучение педагогов Западного округа и, самое главное, почему были выданы дипломы МПГУ, да еще фальшивые. Возможность, которой, судя по всему, так никто и не воспользовался. Сколько аналогичных дипломов было выдано за 13 лет незаконной деятельности по сути подпольного института, неизвестно, однако множество учителей до настоящего времени продолжают работать по этим дипломам.Итожим: в столице, судя по всему, большое количество дипломов МПГУ попало в руки педагогов, работающих в системе образования, разными путями. Если МПГУ хочет очистить свое доброе имя от этих криминальных и коррупционных язв, нет другого выхода, как провести масштабную проверку истинности дипломов об окончании вуза хотя бы у педагогов в Москве. У Москвы, если она на самом деле заботится о качестве образования в столичных учебных заведениях, нет другого выхода из ситуации, как проведение проверки вместе с МПГУ. Можно ли смириться с тем, что проходимцы с фальшивыми дипломами приходят в классы к детям, можно ли смириться с тем, что ставится под сомнение качество подготовки педагогов для современной школы? На этот вопрос, думаю, ответ может быть только однозначным.P.S. Просим считать этот материал официальным обращением к Минобрнауки РФ и непосредственно к МПГУ. Надеемся на детальный анализ ситуации и проверку истинности дипломов.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте