search
Топ 10

Какие книги нужны нашим детям?

​Общероссийская общественная организация «Всероссийское педагогическое собрание» организовала и провела в Московском авиационном институте (НИУ) Всероссийскую видеоконференцию, посвященную обсуждению инициативы Президента Российской Федерации Владимира Путина о формировании списка 100 книг, которые должен прочитать каждый школьник.В мероприятии участвовали учителя русского языка и литературы, библиотекари, работники музеев Москвы, Подмосковья, Тверской области. На видеосвязи были представители учительской общественности Архангельской; Волгоградской области (Светлый Яр); Краснодарского края (Темрюк); Нижегородской, Пензенской, Пермской, Ульяновской, Ростовской областей; Республики Башкортостан (Мелеуз); городов Вязьма и Гагарин Смоленской области. Почетным гостем и участником видеоконференции стал руководитель лаборатории гуманной педагогики при Московском городском педагогическом университете Шалва Амонашвили.

Как известно, в своей статье «Россия: национальный вопрос» Владимир Путин предложил сформировать список из 100 книг, определяющих отечественный «культурный канон»: «Давайте проведем опрос наших культурных авторитетов и сформируем список 100 книг, которые должен будет прочитать каждый выпускник российской школы. Не вызубрить в школе, а именно самостоятельно прочитать. И давайте сделаем выпускным экзаменом сочинение на темы прочитанного. Или, по крайней мере, дадим молодым людям возможность проявить свои знания и свое мировоззрение на олимпиадах и конкурсах». По мнению Владимира Путина, образованию принадлежит «огромная роль» в деле укрепления национального «культурного кода». Всероссийское педагогическое собрание первым откликнулось на эту инициативу Президента РФ. В 76 региональных отделениях ВПС после обсуждений в формате круглых столов, конференций были составлены рекомендации, на основании которых в Москве экспертный совет ВПС подготовил список из 100 книг и предложил обсудить его участникам видеоконференции.Шалва АМОНАШВИЛИ, руководитель лаборатории гуманной педагогики при Московском городском педагогическом университете:Нам нужно отобрать сто книг из океана хорошихС этим списком связаны проблемы, к решению которых он не имеет никакого отношения. В нем прекрасные авторы, прекрасные книги, но, когда говорят о том, что дети должны самостоятельно их прочесть, возникает вопрос: а возьмут ли дети эти книги? В моем детстве дети читали, потому что не было других развлечений. Книга была самым главным источником познания. А сейчас источников познания много – один Интернет чего стоит. А соблазнов столько, что глаза разбегаются, для книг у ребят просто не остается времени. Но самое главное, чтобы читать, у них нет не только времени, но и мотива. В книге Рея Брэдбери «451 градус по Фаренгейту» нарисована такая мрачная картина будущего, когда наша цивилизация поглощает культуру, когда люди даже боятся читать книги, когда  книги сжигают. Надеюсь, до этого дело не дойдет, но вот эту книгу Брэдбери надо внести в список, чтобы дети знали, какая культурная ценность – книга.Проблема не в том, что внести в список, ведь прекрасных книг много, есть море классической современной литературы. Как отбирать из этого моря литературы нужные книги? Современные дети – другие дети, дети другого качества жизни. Хорошего или плохого – вопрос не так стоит, но точно иного, чем в 60, 70, 80-е годы и тем более в годы моего детства. Они имеют свои склонности. Поэтому мы должны хорошо познать психологию не вообще среднестатистического ребенка, а современного детства, найти такие книги, которые совпадут с интересами этого детства.Даже если эти 100 книг будут прекрасно изданы, будут хорошего полиграфического качества, потянется ли рука ребенка к этим книгам? Какой мотив заставит его взять эту книгу? Ребенок испытывает некое голодание по части опыта, ему его не хватает, надо его набирать. Литература – это наука, которая исследует свой предмет. Литература исследует судьбы человеческие, не было бы проблем, не было бы литературы. Если ребенок не поймет, в чем суть литературы, он не будет читать. Но здесь все упирается в учителя. Мне прискорбно это говорить, но в наших школах учителя сами малоначитанный народ, а если учитель неначитанный, требовать, чтобы он воспитал читающего ученика, бессмысленно. Так же как благородство воспитывается благородством, начитанность воспитывается начитанностью. Речь идет не только об учителях литературы, речь идет о любом учителе, преподающем математику, физику, историю, биологию.Еще одна проблема – методика уроков. Уроки литературы нынче такие, что воспитывать ЧИТАТЕЛЯ, любителя книги, имеющего вкус к тому, что читать, не могут. У нас как урок математики проходит, так и урок литературы – параграф за параграфом, глава за главою, контрольная, проверочная. Вкус не воспитывается, формируется только верхний этаж знания людей. Эти знания лежат, но отношения к этим знаниям не рождаются, потому и мудро сказано Президентом РФ, чтобы они прожили то, что читают, чтобы сами это свободно прочли. Если обучение будет такое, то, конечно, будут участвовать сердце, чувства, будут и переживание, и слезы будут, и будет прожита судьба другого человека, который становится твоей судьбой.Проблема методики заключается еще и в том, что многие дети просто не умеют читать. С первого класса мы формируем только навык чтения, а нам надо хорошо подумать, как взращивать вкус к чтению и как научить детей уметь читать, познавать. Ведь другого назначения у чтения, кроме одного – познавать мир, познавать себя, – не существует. Через ваш опыт я познаю себя. Но возьмем стандарты, там записано, как воспитать это умение – читать не только текст, а подтекст, научиться переживать, создавать себе образы прочитанного? А если все это выкинуть, то мы возвращаемся к верхнему этажу, где знания будут храниться для ЕГЭ, а потом выброшены за ненадобностью.Я когда-то был членом Верховного совета Советского Союза и помню, как выступал на съезде депутатов Дмитрий Лихачев – совесть России. Он защищал тогда сельские библиотеки, говорил о том, что нельзя их закрывать, ущемлять, а надо обогащать, потому что другого источника познания на селе нет. Ведь и сейчас не в каждом селе есть компьютеры, Интернет, поэтому книга может играть огромную роль. А как живет сейчас школьная библиотека, как она оснащается и пополняется, как пополняется семейная библиотека, почему исчезло и семейное медленное чтение? Я просматриваю  списки 100 книг. Они очень хорошие. Многие педагоги, особенно из регионов, дают хорошие рекомендации. Это хороший, но сырой материал, если собрать достойную комиссию, привлечь ученых из Российской академии образования, то они на основе своих наработок создадут список, который хотя бы отчасти смог выдержать нашу критику. Думаю, этот список будет иметь какую-то полноту, не в смысле авторского состава, а в смысле тех направлений, которые должны в нем отражаться. Бывает так: книга есть, но там нет духовных ценностей, тогда зачем она нам, но сейчас бездуховных, безнравственных книг становится все больше. Я не знаю, по каким направлениям будет формироваться полный список, но хочу, чтобы там нашли место такие реликвии, которые составляют достоинство и честь разных народов, например, книги Абая, Руставели. Я не нашел их в списках, неужели мы так далеко разошлись, что уже не хотим смотреть в глаза друг другу? А Данте? А Ричард Бах и его «Чайка», философская мировоззренческая книга, которой  тоже нет в списке? Ни в одном списке я не нашел Сухомлинского, который создал целое пособие по воспитанию гражданина своими сказками, рассказами, нет Макаренко, Корчака. Экзюпери – это целая жизнь для детей, был даже эксперимент – давали читать «Маленького принца» детям третьего класса, с какой страстью дети его читают, как переживают, плачут, рисуют! Некоторые книги надо читать несколько раз. Поэтому, если есть в списке какая-то книга, например «Маленький принц», в третьем классе, пусть она повторится в восьмом, в десятом. Людмила АБРАМОВСКАЯ, учитель русского языка и литературы Центра образования №1408:Список должен задать ориентирыТо, что дискуссия по поводу списка 100 книг длится уже несколько месяцев, на мой взгляд, прекрасно. Значит, тема действительно актуальна, значит, вопросы, которые задает Правительство РФ, адресованы и нам. Получается, что нас услышали – как родителей, как педагогов. Многих смущает цифра сто. При этом никого не смущает, что в школе нужно учиться 11 лет и эта цифра тоже когда-то была определена. Меня цифра 100 не смущает нисколько, потому что она условна: у кого-то окажутся прочитанными 200 книг, у кого-то 1000. Все мы прекрасно понимаем, что ученик, оканчивая школу, должен сдать обязательный минимум по предметам, который определен федеральным стандартом. Мало того, никого не возмущает, что этот стандарт определяет обязательные предметы для получения аттестата и предметы по выбору. Давайте представим себе, что этот список – обязательные для прочтения книги, потому что чтение их – основа формирования культурной памяти человека. Но мне кажется, более важно то, что определяет качество списка. Я, как учитель, нисколько не переживаю, окажутся ли в этом списке «Один день Ивана Денисовича» и «Матренин двор» Солженицына, окажутся ли в этом списке «Преступление и наказание» и «Бесы» Достоевского. Я знаю, что фамилии этих авторов в списке будут обязательно, а значит, человеку будет показан ориентир. Эти ориентиры нужны учителю, потому что учитель тоже хочет ориентироваться в списке современной литературы. Этот ориентир нужен семье, чтобы воспитывать детей. Наконец, он нужен ребенку, потому что ребенок ищет, и он обязательно должен найти. Неправда, что любая читающая семья приобщит ребенка к чтению по некоему умолчанию, потому что мы, учителя, регулярно слышим вопросы родителей о том, что бы мы рекомендовали для чтения современному подростку. Теперь я знаю, что рекомендовать, – список для обязательного прочтения. Единственное, чего бы мне как учителю хотелось, чтобы это был список не из ста книг, а из ста авторов. Тогда будут показаны ориентиры, где каждый будет искать то, что он хочет найти. Где читать эти книги? Внеклассное ли это чтение? Я скажу нет, наверное, возродить традицию уроков внеклассного чтения стоит, это была прекрасная традиция, но когда я вижу в этом списке сказки, «Мифы Древней Греции», Чарскую, Солоухина, рассказы Казакова, «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына, я понимаю, что эти книги можно изучать на уроках истории. Почему нет? И рекомендованы они могут быть к чтению учителем истории. А «Крохотки» Солоухина я могу изучать на уроках русского языка. Мне достаточно будет и времени, и материал будет прекрасный, чтобы говорить о стилистике родного языка. Поэтому я обрадовалась, когда увидела в списке книг нобелевских лауреатов, книги на военно-патриотическую тему, когда в списке есть зарубежная литература. Но я хочу найти в этом списке «Гамлета» Шекспира, «Кармен» Мериме, хочу видеть имена Хемингуэя и Ремарка, хочу найти имена современных авторов. Но все эти книги должны быть одной направленности, это должна быть литература об общем стремлении людей к добру, к прекрасному, к человечному. Список не догма, поэтому у меня есть вопросы: «А будет ли он изменяться?», «Сколько он будет существовать неизменным – год, два, пять лет?», «На какой временной отрезок будет рассчитан список, который нам предлагают?». Думаю, он должен быть подвижным, должен быть принят не только учителями литературы, но и учителями географии, истории, тогда, наверное, мы достигнем того результата, о котором и говорит наше правительство.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту