search
Топ 10
Школы в регионах переводят на дистанционное обучение Учителям потребуется подтверждать, что именно они подготовили победителей Всероссийской олимпиады школьников Акт вопиющего физического воздействия и морального насилия: что случилось в школе под Калугой ОГЭ по русскому языку: как пройти итоговое собеседование Ситуация с 9-летней студенткой МГУ Алисой Тепляковой вновь привлекла внимание общественности Эксперт подсказал выход из ситуации с самой юной студенткой МГУ Алисой Тепляковой Международный день объятий, который отмечают 21 января, – праздник не новый, ему 35 лет Тайный дневник, 1900 км, 600 человек: девятые сутки под Волгоградом ищут пропавшую школьницу Прошел первый урок «Высшей лиги» – Екатерина Костылева рассказала о трех китах педагогики XXI века Регионы вводят в школах дистант и закрывают детсады из-за коронавируса

Была ли Куликовская битва? Заприте десять историков в камере, но ответа не найдете

Изучение истории в школе в настоящее время представляет собой противоречивый процесс: с одной стороны, увлекательный для учителей, с другой – непростой для школьников, особенно старших классов.

Логика перехода на девятилетнее обязательное образование в начале 90-х годов вполне оправданно потребовала изменения структуры исторического образования. Но внедрение именно концентрической структуры до сих пор вызывает споры и возражения среди учителей. Вероятно, это происходит потому, что в самой идее заложено противоречие.
Курс истории России второго концентра предполагает не столько повторение, сколько углубление на более высоком, проблемно-теоретическом уровне ранее изученного материала: “Это не столько система повторного изучения всего объема учебной информации предшествующих курсов истории на более высоком уровне, сколько профильное углубление курсов, акцентирование обобщающих, аналитических проблем мировоззренческого характера, несущих прежде всего теоретическую, а не информативную нагрузку╩. Но “мировоззренческий характер╩ и тем более “теоретическая нагрузка╩ невозможны без мощного информативного фундамента.
Изучение истории России первого концентра дает определенное представление об исторических событиях и формирует у школьников определенное мировоззрение. Но вот перед ними второй концентр. На подростков вдруг обрушивается поток информации, теорий, гипотез и фактов, часто противоречащих друг другу и разрушающих прежние представления.
Несмотря на то, что в пояснительных записках и в замечаниях к учебным пособиям авторы отмечают, что усвоение собственно исторического материала должно быть минимальным, на практике происходит с точностью наоборот. Например, битва на Куликовом поле – событие огромного масштаба и значения на уроках в неполной средней школе – рассматривается прежде всего как этап борьбы русского народа против ига Золотой Орды (наиболее распространенный учебник Преображенского А.А., Рыбакова Б.А.). А в X классе с целью критического восприятия на более высоком теоретическом уровне учащимся предлагается рассмотреть различные точки зрения историков. Были ли монахами Пересвет и Ослябя? Благословлял ли на битву князя Дмитрия игумен Сергий Радонежский? Выступил ли Дмитрий против Золотой Орды или против узурпатора хана Мамая и т.д.?
Для элементарного ознакомления с этими выводами необходимо привести факты, и, как вы понимаете, довольно значительные по объему. Интересна наиболее распространенная реакция старшеклассников: а была ли вообще Куликовская битва? И это понятно. Для серьезного рассмотрения научных исторических теорий и гипотез необходима и серьезная подготовка, которой старшеклассники реально не имеют. Так надежда на развитие критического восприятия на практике превращается в критиканство. У старшеклассников создается ложное представление, что в истории все очень просто – достаточно иметь свою точку зрения по той или иной проблеме. В этой ситуации неудивительно, что благодатную почву на уроках истории находят различные околонаучные произведения.
Какие же теории лежат в основе курса истории России второго концентра? В основном западные. Но понятно, что эти теории рассматривают историю России сквозь призму своих западноевропейских ценностей. Ничего плохого в этом нет. Даже интересно, как нашу историю воспринимают со стороны. Однако механический перенос этих теорий, в основе которых лежит сравнение истории России с историей Европы именно с позиций последней, приводит к странным однобоким выводам. Причем эти выводы, как правило, не в пользу отечественной истории. Традиции, уходящие в далекое прошлое, когда иностранцы склонны были видеть в России только “варварство╩.
Историческая наука и ее изучение в школе – это два разных процесса. Совершенно недопустимо переносить научные дискуссии по тем или иным проблемам исторического развития страны на уроки истории в средней школе. “Заприте десять историков в комнате или камере, дайте им один и тот же набор источников, и они обязательно придут к десяти разным выводам╩, – утверждал М.Гилдерхуз. Но это утверждение относится прежде всего к начальной стадии исследований в исторической науке. Постепенно в результате научных споров, новых открытий устанавливается общепринятая концепция исторических событий. Ее-то и необходимо использовать в учебном процессе.
В конце концов главное, что требуется от школьника, – дать последовательное, логичное и развернутое изложение того или иного исторического материала. Это требуется и на экзаменах по истории в школе, и при поступлении в высшее учебное заведение. Но самое важное – не убить, а развить интерес ребенка к истории. И пусть потом он отыщет и прочитает научную или популярную информацию о прошлом своей страны и самостоятельно осмыслит ее. Задача школы – лишь подготовить человека к такому осмыслению.

Андрей ИГНАТОВ,
учитель истории 1004-й московской средней школы, кандидат исторических наук

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте