Я тоже – Е.С.Крылова Одни считают поборы в школе криминалом, другие – необходимостью

В редакцию “Учительской газеты” пришло письмо (см. “УГ”, N42, 15.10.02г.). Некая Елена Сергеевна Крылова, бывший директор одной из московских школ, рассуждала о том, какие поборы существуют в столичных школах и, как она подозревает, не только в столичных. В школе собирают деньги, нарушая при этом законы, и не видят в том особого криминала.
У директора школы один резон – не для себя собираю, а чтобы вашим и нашим детям учиться в ней было комфортно. У родителей другой – у нас нет возможностей брать на себя содержание школы, даже если мы очень любим наших детей и хотим создать для них нормальные условия. Итак, у каждого свое видение ситуации, и мы предложили нашим читателям вступить в дискуссию.

Я вам пишу

Ну что ж вы, братцы, право!
Вы хотели бы, чтобы директора сказали правду? А что, ваши дети не ходят в школу, с вас не дерут на каждом родительском собрании деньги за что угодно и на что угодно? У нас в школе на родительское собрание ходят по 10-12 человек (в классах по 26 учеников), а зачем туда ходить, если собрание – повод для сбора очередных немалых сумм. Школа уже планирует сбор определенных средств с родителей, директор спрашивает за это с классных руководителей. Сборы якобы добровольные, но попробуй эти добровольные не сдай! Вокруг учителей вьется стайка “заинтересованных” родителей, они-то и задают тон во всех этих сборах на покупку компьютера, на доплату учителю английского языка, на очередную сковородку – подарок. Что подарить учительнице на 8 Марта, на Новый год, на День учителя, эти усердные мамашки узнают из первых уст, от самого учителя. Знаю даже случай, когда одна учительница заказала таким образом кожаное пальто и до сих пор его носит. Мы же свою снабдили всем кухонным инвентарем, и далеко не простым. Мне хочется, чтобы на ваш призыв высказаться откликнулись не директора, а родители, потому что только они могут открыть истинное положение вещей. Директора правды не скажут никогда. Наша директриса на общем собрании говорила родителям о недособранных средствах так, как будто мы ей зарплату не заплатили. Вы приезжайте в Железнодорожный, посетите школу N11, побывайте у директора в кабинете, посидите на зеленых креслах, которые, наверное, куплены спонсорами, то есть родителями очередных отличников. От постоянных поборов родители уходят, переводя своих детей из 7-х, 8-х классов в другие школы.
Считайте, что я тоже Е.С.КРЫЛОВА

Итак, Крылова – 2, а на самом деле анонимщица из Железнодорожного, которая боится подписаться своим именем потому, что могут пострадать от гнева педагогов ее дети, тем не менее дала нам конкретный адрес – школа N11. Школа не простая, гимназия, а в гимназиях (во всех) существует множество самых различных дополнительных занятий, которые проходят как образовательные услуги, причем платные. Это – во-первых. Во-вторых (скажем заранее), в кабинете директора стоят вовсе не зеленые, а почти черные кресла, из чего можно сделать много выводов. Например, такой, автор письма никогда в кабинете директора сама не бывала. Или другой: автор письма дальтоник, а потому некоторые факты видит не в том свете. Но самым парадоксальным оказалось то, что зовут директора 11-й гимназии Татьяна Анатольевна Крылова. Сами понимаете, с человеком с такой фамилией наш разговор приобрел особую пикантность. Вот магнитофонная запись нашего диалога.
– Татьяна Анатольевна, вы действительно выступаете на родительских собраниях и ругаете родителей за “недосбор” денег?
– Выступать выступаю, но ругать не имею права никого. Имею право просить, но в основном с просьбами я обращаюсь к родительскому комитету школы, в который входят представители всех классов. Тема денежных сборов для родителей не нова, особенно если их дети учатся в нашей гимназии с первого класса. Кстати, у них есть право отказаться, не помогать, не делать ничего для школы. У меня, к сожалению, нет в руках закона, сославшись на который, я могла бы призвать родителей обязательно оказывать гимназии любую помощь, в том числе и материальную.
– Скажите, а действительно родители переводят детей в другие школы из-за того, что поборы в вашей гимназии им не по карману?
– Через меня проходит каждый выбывающий из гимназии. Я родителей спрашиваю о причинах ухода. И, если это связано с деньгами, если родители не могут сдавать столько денег, сколько требуется, я обращаюсь в родительский комитет класса и говорю: “Эта семья, эти родители неспособны и не будут сдавать деньги на нужды школы”.
– А на что сдают деньги родители в вашей гимназии, какие нужды они должны удовлетворять из своего кармана?
– На приобретение любой техники, начиная с магнитофона, телевизора и кончая компьютером. Если нужны пробирки-склянки в кабинет химии, вольтметры, амперметры в физический кабинет, мы приобретаем их на деньги родителей. Если идет ремонт, я прошу о помощи, в том числе и материальной.
– А как родители сдают вам деньги, кто их собирает?
– Родительский комитет собирает деньги в классе наличными. Тут, как вы понимаете, есть большая проблема. Если бы мы собирали деньги через банк, то пришлось бы платить процент государству. Родительский комитет школы изучал этот вопрос и решил собирать деньги наличными. Я в ответе за каждую собранную родителями копейку. Один из моих родителей, который работает в МВД, заезжал ко мне, смотрел документы, которые являются подтверждением произведенных сборов и расходов. Он согласился, что так можно отчитываться перед родителями, никакого криминала тут нет.
– Может быть, вы не так его поняли? По закону нельзя собирать с родителей наличные деньги, минуя банк. Вы ведь об этом знаете?
– Знаю. Знаю, что такое “черный нал” и обо всех последствиях его сбора. Но если мы собираем по 50-70 рублей в четверть с родителей, а из них надо еще выплатить в Сбербанк некоторую сумму, то что вообще тогда останется у нас на школьные нужды?
– Татьяна Анатольевна, скажите, а какая мебель стоит у вас в кабинете и на какие средства вы ее приобрели?
– У меня стоит стенка, мягкая мебель черного цвета, стол и слегка обшарпанные стулья вокруг стола. Диван подарен мне депутатом, дети которого в нашей школе не учились.
– Скажите, Татьяна Анатольевна, а есть ли у вас попечительский совет или совет школы?
– Нет, есть только родительский комитет. Совет школы был, но практика взаимодействия оказалась не совсем удачной. Попечительский совет тоже был, я надеялась, что он меня поддержит, но на первом же заседании члены попечительского совета в открытую мне сказали: “Давайте мы лучше сдадим деньги, а вы за это нас не будете дергать!” Люди оказались не заинтересованными в том, чтобы искать деньги, а не собирать их с родителей. Конечно, им так легче, а директор из-за них попадает в трудное положение. Обидно, ведь я два раза в год с большой папкой документов прихожу на заседание родительского комитета, предлагаю родителям обсудить вместе со мной все проблемы и принять оптимальное решение. Я отчитываюсь дважды в год перед родителями: сколько денег собрали, на что потратили. Если остались деньги, предлагаю, как их потратить в интересах школы. Два года на ремонт город не дает ни копейки. В одночасье можно превратить здание в руины, если не заботиться о нем.
– Может быть, вам не удается всех родителей сделать своими единомышленниками, поэтому, не желая, не решаясь вам перечить, на самом деле они очень недовольны?
– Но ведь никто не заставляет их говорить мне постоянно: “В нашей школе как в сказке, так все чисто, аккуратно, красиво”. Им есть с чем сравнивать.
– Что будете делать дальше?
– У нас есть один директор, на которого жаловались, так он плюнул на все, и мы увидели, во что в течение полугода можно превратить школу. Я бы не хотела работать в свинарнике и об этом родителям честно сказала. Я – директор этой школы вот уже 20 лет, но без помощи родителей создавать условия для учебы детей не могу.