Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10
Управление

Все познается на практике

Что происходит со школьным самоуправлением?
Учительская газета, №29 от 20 июля 2021. Читать номер
Автор:

Яндекс-поиск выдает миллион ссылок на эту тему. Сразу заметны несколько общих черт. Во-первых, имеется в виду деятельность учащихся. Во-вторых, авторов, как правило, интересует: самоуправление в школах – это миф или реальность, и если миф, то почему его сегодня нет. В-третьих, количество статей, дискуссий, указаний и постановлений огромно. Но если этого самоуправления нет, о чем же люди спорят? Нужна ли подобная деятельность в школе, если не учащиеся, а школа, взрослые педагоги отвечают за образование? Возможна ли она в условиях пандемии, непредсказуемости действий властей по части ограничений, внезапных переходов от очного к дистанционному обучению и обратно, неуверенности даже в том, как будут проходить очередные выпускные и вступительные экзамены? Результаты ЕГЭ-2021 ясно показали, насколько пагубно все эти обстоятельства сказались на результатах итоговой аттестации.

Во времена моего детства школьное самоуправление тоже существовало, хотя никогда не было регулярным, обязательным и длительным явлением. У нас в школе заранее объявлялись дни ученического управления. Старшеклассники готовились, решали, кого выберут на должность директора, кто будет преподавателями-предметниками. Старались задействовать всех, не забывая медсестру, повариху, библиотекаря. «Сама виновата, лучше всех учишься – будешь директором!» – так сообщили мне. И я, как всегда, вела уроки английского языка, особенно если нас посещали инспекторы районного отдела образования. Моя подруга рисовала специальный выпуск школьной стенгазеты. Уроки математики, физики вели по двое, так как наш самый гениальный математик совершенно не умел объяснять, и это делал его друг. Одна из любимых должностей – завхоз – на протяжении ряда лет оставалась, между прочим, весьма востребованной.

Помогали ли такие дни в выборе будущей профессии? Конечно. Я, например, точно поняла, что никогда не буду преподавать. Однако подозреваю, что одновременно в моем юном сознании отложились два важных понятия. С одной стороны, я четко осознала, что управлять – не мое. С другой – пришла к выводу, что вести урок все-таки смогу, но это знание пришло из какой-то параллельной реальности. К слову, бабушка, с 14-15 лет работавшая учителем и с 24 лет директором школы, объясняла специфику профессии и разных должностей. Если станешь директором, будешь администратором и станешь тосковать по нормальному преподаванию. Если будешь просто учителем, то следи, чтобы твоя работа не перевесила семейную жизнь. Работа с детьми занимает все время, отнимает силы, заполоняет мысли. Моя тетя, всю жизнь работавшая учительницей русского языка и литературы, любила напоминать: «Мы спать ложимся и встаем вместе с учениками». Думаю, все вместе и определило мою профессиональную жизнь – после окончания МГУ я проработала преподавателем более 25 лет.

Академгородок – место небольшое, нравы у нас простые. Меня хорошо знают, как и всех учителей и врачей, долго проработавших именно здесь. Опросить группы подростков не проблема, просто подхожу во дворе и спрашиваю. Конечно, я всегда помню нашу специфику, большинство детей, живущих вокруг, из научных и преподавательских семей. Практически 100% выпускников местных школ продолжают обучение в вузах.

Нет, о самоуправлении они никогда не слышали. Оживляются, расспрашивают. Не­уже­ли так бывает, чтобы школьникам давали право активно участвовать в жизни школы, что-то самим решать, предлагать какие-то изменения? А знаю ли я, что ждет их в следующем учебном году? Опять скачки к «удаленке» и обратно? Тогда вообще о чем говорить?

Но выплывает и другой аспект, иной взгляд на тему: «Школа вообще ничего не дает в плане подготовки к взрослой жизни! Предметы сами по себе, хочешь не хочешь, учи. Зачем мне эта физика (математика, химия и т. д. по списку), если я хочу быть филологом (физиком, математиком, химиком…)?». Все согласны с тем, что хороший учитель, умеющий не только увлечь предметом, но и объяснить, как, чем он пригодится в дальнейшей жизни, играет важную роль. «А вот Мариванна говорит, мы все тупые, ну мы и тупим на ее уроках». Честно говоря, до боли знакомо. Помню, мы с подругой до предпоследнего класса мечтали стать химиками, ходили в кружок при университете. А потом сменилась учительница, она кричала на нас за то, что мы такие глупые, вот мы ими и стали на «ее» химии. И поступили учиться на другие специальности.

Небольшое отступление. Мой британский коллега много лет работает в Японии, преподает английский язык. И все годы делится со мной своими проблемами: японские школьники просто не будут изучать предмет, если учитель не сумеет им доказать, что это пригодится в дальнейшей жизни. В Голландии очень развита система школ типа наших бывших профтехучилищ. Мне показалось, один из основных уроков, который дети там получают, – это понимание важности, полезности любой профессии. Во многих странах по-разному стараются решить проблемы сочетания достаточно жесткой школьной программы с реальными запросами и возможностями учащихся. Наше родное «три пишем, два в уме» в мире практически отсутствует, хотя знакомо любому педагогу.

В одной из опрашиваемых мной групп оказался бойкий юноша, по разговору я поняла, что несколько лет назад похожие ответы и рассуждения мне давал его старший брат. Но была заметна существенная разница. Родители и деды ребят – научные сотрудники.
Старший же мечтал работать шофером скорой помощи и «волынил» по всем предметам. Окончил школу, пошел в армию, научился водить все машины, вернулся домой и работает в службе неотложной помощи. А младший, мечтающий о той же профессии, с энтузиазмом объяснил, для чего ему нужны разные предметы. «Наша химица-биологиня показывает, как важно понимать процессы, происходящие в человеческом организме. Вдруг мне придется оказывать медицинскую помощь? И английский нужен: а если попадется иностранец? Они же по-русски не говорят!»

Мне задают неизбежный вопрос уже много лет: «Неужели не все выпускники школ мечтают поступить в вуз, а что же они делают?!» Сам вопрос, кстати, показывает удаленность от жизни, неумение видеть очевидное. Отвечаю одинаково: «Вы замечали вокруг продавцов, шоферов, медсестер, дворников, слесарей?.. Да, все профессии важны. Главное – желание быть полезным членом общества».

Возможно, самоуправление в школах либо изжило себя, либо стало слишком формальным, забюрократизировалось. Специфика подросткового мышления такова, что молодежь встречает в штыки указания, идущие свыше, и терпеть не может формализма. В современных условиях по понятным причинам самоуправление просто сошло на нет. Может быть, стоит обратить внимание на другой подход? Продумать, чем же важен тот или иной предмет, и постараться донести взрослое понимание до учащихся. Давайте вспомним старинное высказывание, звучащее немного по-разному в зависимости от перевода: «Суха теория, мой друг, а древо жизни пышно зеленеет» (И.-В.Гете, «Фауст»).

За четверть века работы в вузе и школе через мои руки прошли сотни студентов и учеников. Работают в самых разных сферах. Встречая меня, радостно приветствуют по-английски.

Нина КОПТЮГ, Новосибирск


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt