search
Топ 10

В хоре только мальчики. или «Не навреди» – правило врачей и… учителей

Если, шагая по Тверской улице, повернуть в квадратную арку возле Музея современной истории, то можно выйти к 122-й московской школе, с виду – совсем обычной и ничем с архитектурной точки зрения не примечательной. Расположенная в самом центре столицы, она принимает детей со всего города, в каком бы округе они ни жили. В 2007 году отметит свой полувековой юбилей хоровая капелла мальчиков, созданная при этой школе заслуженным деятелем искусств России, Абхазии и Грузии Вадимом Судаковым. Капелла выступала в Европе и Америке, получала приглашение в Ватикан. Детские хоровые капеллы мальчиков существуют при филармониях, дворцах культуры, а вот чтобы при обычной общеобразовательной школе… Такого в России больше нигде нет.

У 122-й школы две особенности. Первая – в углубленном изучении области знаний искусств, в музыкальной направленности (в основе которой хоровое пение), в том, что общеобразовательные предметы и музыка гармонично увязаны. Вторая особенность в том, что это школа полного дня. Пятьдесят лет назад, когда организовывалась капелла мальчиков, основной целью было отвлечь детей от улицы, «окунув» их в искусство. Время непростое было, послевоенное. Да и теперь искусство плюс еще пребывание в школе целый день не оставляют времени для подворотни.

– Эти традиции мы стремимся сохранить и по сей день, – подчеркивает заместитель директора Владислав Крылов. А директор Елена Кузьмина, заслуженный учитель России, добавляет: «В такой школе ребенок порой получает больше, чем в семье. Здесь и музыка, и хор, и игры, и спортивный зал, и выполнение домашнего задания… Все – свое. Здесь исключается то звено, которое в конечном итоге может стать криминальным».

Музыка – профильный предмет, но выпускники 122-й школы, как свидетельствует статистика, поступают в самые разные вузы. Некоторые потом приходят петь в хор, а некоторые, как, например, руководитель капеллы Леонид Баклушин или хормейстер Елена Зеличенок, – работать.

«Аве Мария…», торжественный, грустный гимн. Слушаешь, как поет капелла, и любуешься музыкальным рисунком, который создают мальчишечьи голоса. Как все продумано, как выверены каждая мелочь, каждая черточка. Мелодия то затихает, то летит ввысь и как бы ведет тебя за собой, незаметно покоряя обаянием того образа, что создают голоса. В умении их соединить и состоит мастерство, талант, уникальность хормейстера. На несколько минут забываешь все. И не думаешь, каким трудом достигается эта гармония. Когда дети поют, эмоциональный накал таков, что можно упасть в обморок. С мальчиками, кстати, такое случается часто. Девочки, те покрепче.

– Надо отметить, – говорит Леонид Баклушин, – что в последнее время вообще не проводилось конкурсов или фестивалей для хоров мальчиков, хотя они есть по всей России. Но это настолько шаткий «материал», что его очень тяжело подготовить. Можно говорить про взрослый хор, про сводный хор, но тут уже устоявшиеся голоса… Хор мальчиков недолговечен. В четвертом или пятом классе они приходят, а в восьмом уже начинается ломка голоса. То есть на сцене они могут быть максимум три года. А хор надо учить не только петь, но и стоять на сцене – это особая психологическая подготовка. Надо собрать разные голоса, чтобы они звучали в гармонии, чтобы шла мелодика… Чтобы провести конкурс, надо всем дать одинаковое произведение, а подготовка программы как минимум занимает год, учтите еще неизбежную ломку голоса. Каждый год, выезжая на гастроли, мы не знаем, кого возьмем. Некоторые произведения у нас разучиваются из поколения в поколение. На них идет подготовка младших ребят, они дотягиваются до уровня старших. Поменять репертуар для хора мальчиков – это порой очень сложно.

– В хоре все строится на…

– На авторитете руководителя. Специфика любого дополнительного образования в том, что дети за него голосуют ногами. В школу мы обязаны их вести, потому что это нужно государству и семье. А все дополнительное образование построено на желании ребенка. И определяющую роль здесь играет педагог с его авторитетом. Если между педагогом и детьми нет доверия, то на концерт лучше не выходить. Дети могут сфальшивить или запоздать с началом, и объяснений потом будет миллион. А концерт провалится.

– Я вспоминаю повесть Александра Рекемчука «Мальчики». Там тоже идет речь о детском хоре, а еще – о поиске себя, о взрослении и этой неизбежной ломке голоса, которая может стать трагедией…

– Она действительно переживается психологически очень тяжело, но в том-то и специфика нашей школы, что ребята не чувствуют себя брошенными. Они остаются в школе. Вернется голос, они становятся баритонами, басами и могут снова петь. Мы их не выбрасываем за борт. Мы, как семья. Есть еще один момент – мальчишек удержать сложно, когда они хотят еще чем-то заниматься, спортом, допустим. А у нас – все это рядом, в этих же школьных стенах.

…Музыка – предмет, позволяющий усилить, углубить общее образование, создающий совершенно особый эмоциональный фон, она формирует особое видение мира. Каждому ребенку созданы условия, чтобы познать успех. Не ладится с математикой, но ты – артист, ты поешь! А если, наоборот, постигла творческая неудача – не страшно, отличись в учебе. Гастроли – не помеха, существует система дополнительных занятий, где у каждого ребенка свой индивидуальный план.

«Счастье дано знающим» – таков девиз 122-й школы. Она предоставляет возможности выбора: предпрофильного и профильного обучения, изучение предметов естественно-математического, художественно-эстетического, гуманитарного циклов. В концепцию работы школы заложены положения о личности учителя: только творчески работающий учитель может воспитать творческую личность.

Общее образование более эффективно и более результативно именно потому, что в школе есть музыка, выстроена система ее преподавания, сложилась творческая атмосфера. Ученик волен выбрать себе то задание, которое ему по силам, из заданий трех разных уровней. В школе ведутся глубокие исследования мотивационно-стимулирующей деятельности, приоритетным направлением работы стала общность функций искусства и науки в образовании и воспитании. В учебном плане здесь не сокращен ни один час русского языка, литературы, математики, но в соответствии со статусом школы расширена область искусства в основной части.

Хочется сказать еще и о другом. Об особенности существования подобных школ при подушевом финансировании. Это вопрос непраздный. Не все родители понимают специфику и роль искусства. Не всех волнует то, что в сердце, и, что греха таить, распространяется мнение, что лучше ребенка отдать в школу с другим углубленным компонентом. Экономическим, например. Собственно говоря, набрать нужное количество ребятишек можно легко, принимая всех подряд. Но тогда окажутся под ударом лучшие традиции школы, складывавшиеся десятилетиями. Пропадет специфика. Если ребенок не захочет заниматься музыкой, он будет делать все, чтобы избежать этих занятий, а здесь – система полного дня. Видимо, подобные школы должны быть выделены в особую категорию, чтобы сохранялась их специфика, и к ним должен быть особый подход. Принцип «не навреди», он ведь не только действует в медицине, но и в педагогике тоже. Во всяком случае здесь видится серьезный повод для разговора, для поиска и принятия особых решений. Иначе выйдет, как в известной поговорке «Хотели как лучше, получилось как всегда».

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту