Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Работать вместе и на общий результат. Алексей ГОЛОВАНЬ, Уполномоченный по правам ребенка в городе Москве

Учительская газета, №20 от 15 мая 2007. Читать номер
Автор:

Доклад о соблюдении и защите прав, свобод и законных интересов ребенка в 2006 году. Часть 5

О нарушениях прав детей в связи с отказом в регистрации в общежитиях по месту жительства их родителей

Уполномоченного особенно тревожат многочисленные случаи, связанные с отказом в регистрации несовершеннолетних детей по месту жительства их родителей, зарегистрированных на койко-местах в общежитиях, которые изначально были предназначены для проживания одиноких граждан.

Эта проблема была обозначена в докладе Уполномоченного за 2005 год. Однако и до настоящего времени она не получила своего разрешения.

В результате отказа в регистрации несовершеннолетних по месту жительства родителей граждане не могут реализовать и защитить права и интересы своих детей: семьи с детьми не ставят на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий, возникают проблемы с назначением и выплатой социальных пособий, устройством детей в образовательные учреждения, в том числе дошкольные, оформлением полиса обязательного медицинского страхования, паспорта гражданина Российской Федерации.

К Уполномоченному обратился Ш. в интересах своих несовершеннолетних детей.

Ш. зарегистрирован и проживает на койко-месте в общежитии, которое предназначено для проживания одиноких граждан (мужчин) и принадлежит ЗАО «Моспромстрой» на праве собственности. Фактически Ш. проживает вместе с супругой и двумя детьми 1993 и 2001 года рождения, занимает отдельную комнату. Место в общежитии Ш. получил в 1985 году в связи с принятием на работу в Моспромстрой.

Мать детей зарегистрирована по месту жительства в общежитии, расположенном в Московской области и предназначенном для проживания одиноких женщин.

Дети Ш. нигде не зарегистрированы.

Администрация Фирмы «Уют» ЗАО «Моспромстрой» (эксплуатирующая жилищный фонд организация) отказалась давать разрешение на регистрацию детей к отцу, ссылаясь на то, что общежитие не является семейным, по санитарным нормам и правилам в нем не предусмотрено проживание детей, не принимая во внимание, что у детей Ш. нет другого места жительства.

Запрет на проживание семей в общежитиях для одиноких граждан установлен на основании пункта 1.7 Санитарных правил устройства, оборудования и содержания общежитий для рабочих, студентов, учащихся средних специальных учебных заведений и профессионально-технических училищ, утвержденных Главным государственным санитарным врачом СССР 1 ноября 1988 года №4719.

Считаю, что отказ в регистрации детей неправомерен, поскольку противоречит статье 20 Гражданского кодекса Российской Федерации и статье 1 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года №5242-I «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации».

Указанные нормы устанавливают, что местом жительства несовершеннолетних, не достигших 14 лет, признается место жительства их родителей, и каких-либо ограничений, касающихся общежитий для одиноких граждан, не содержат. Ограничение права граждан на выбор места жительства может быть установлено только федеральным законом, но не санитарными правилами и нормами.

К тому же действующие нормативно-правовые акты не предусматривают необходимость получения согласия должностных лиц эксплуатирующей организации, ответственных за регистрацию и оформление заявление по форме № 6, в случае регистрации несовершеннолетних по месту жительства родителей.

Так, в соответствии с пунктом 28 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года №713, регистрация по месту жительства несовершеннолетних, не достигших возраста 14 лет и проживающих вместе с родителями, осуществляется на основании документов, удостоверяющих личность родителей, и свидетельства о рождении этих несовершеннолетних путем внесения сведений о них в домовые (поквартирные) книги или алфавитные карточки родителей.

Аналогичное положение закреплено в пункте 3.3 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в городе Москве, утвержденных постановлением Правительства Москвы от 31 октября 2006 года №859-ПП.

Более подробно эта процедура регламентируется в пункте 5.11 Инструкции о применении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 23 октября 1995 года №393.

В связи с заявлением Ш. и других граждан по аналогичным нарушениям прав детей Уполномоченным были направлены обращения в Управление Федеральной миграционной службы по городу Москве. Руководство Управления согласилось с изложенными в них доводами. Дети были зарегистрированы в общежитиях по месту жительства и регистрации их родителей. Должностные лица фирмы «Уют» ЗАО «Моспромстрой» и ГУП «ДЕЗ, ИСК «Монтажспецстрой» (этой организации также принадлежат общежития для одиноких), ответственные за регистрацию, были извещены органами регистрационного учета о принятом решении и необходимости внести сведения о детях в поквартирные карточки и выписки из домовой книги.

Однако должностные лица указанных организаций категорически отказались выполнить указания Управления Федеральной миграционной службы по городу Москве.

Граждане, проживающие в общежитиях ЗАО «Моспромстрой», неоднократно предъявляли иски к организации об обязанности зарегистрировать детей в общежитии по месту жительства родителей.

Однако суды отказывали в регистрации детей, руководствуясь положениями статей 209, 288 Гражданского кодекса Российской Федерации, регламентирующих полномочия собственника, в частности тем, что собственник по своему усмотрению распоряжается принадлежащим ему имуществом. Суды исходили из того, что если собственник отказывает во вселении и регистрации ребенка в общежитие, то родители ни при каких условиях не могут вселить и зарегистрировать детей по своему месту жительства.

При этом следует отметить, что суды не учитывали положения пункта 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации, в котором сказано, что местом жительства несовершеннолетних, не достигших возраста 14 лет, признается место жительства их родителей. Данную норму суды не применяли, ссылаясь на санитарные правила и нормы, ограничивающие права человека (право на жилище, выбор места жительства), несмотря на то что ограничение прав граждан допускается исключительно федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации).

Очевидно, что в данной ситуации возникает коллизия правовых норм одинаковой юридической силы, конфликт интересов, с одной стороны, собственника общежития, с другой стороны, несовершеннолетних (необходимостью наилучшего обеспечения их интересов). Возникает вопрос о том, какие нормы должны применяться, чьим интересам надо отдать предпочтение. При этом суды отдавали приоритет интересам собственника общежитий, несмотря на то что у детей не было другого места жительства не только в Москве, но и в ином населенном пункте на территории Российской Федерации.

При разрешении вопроса о коллизии интересов необходимо руководствоваться требованиями статьи 3 Конвенции о правах ребенка, в которой сказано, что во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание должно уделяться наилучшему обеспечению интересов ребенка.

О нарушении прав детей отделами Федеральной миграционной службы России

В 2006 году к Уполномоченному продолжали поступать обращения граждан с жалобами на незаконные действия сотрудников Федеральной миграционной службы России. Остался прежним и характер обращений.

Заявители жаловались на незаконные действия сотрудников отделов Управления Федеральной миграционной службы России по городу Москве при оформлении детям общегражданских и заграничных паспортов, вкладышей в свидетельства о рождении, подтверждающих наличие у несовершеннолетних гражданства Российской Федерации, регистрации детей по месту жительства родителей, приобретении несовершеннолетними и подтверждении наличия гражданства Российской Федерации.

В 2006 году на контроле Уполномоченного находилось заявление матери несовершеннолетнего Никиты М., который родился 1 марта 2006 года в городе Москве от родителей состоящих в браке. Мать ребенка имеет гражданство Молдовы, отец – гражданин Российской Федерации. 28 декабря 2005 года отец мальчика умер.

В марте 2006 года мать Никиты М. обратилась в отдел Федеральной миграционной службы России в Южном административном округе города Москвы с просьбой документировать ребенка вкладышем к свидетельству о рождении, подтверждающим наличие у несовершеннолетнего гражданства Российской Федерации, и зарегистрировать сына по месту жительства отца. Однако получила необоснованный отказ.

Сотрудники отдела Федеральной миграционной службы России в ЮАО города Москвы потребовали личного заявления умершего отца и не нашли оснований для выдачи Никите М. вкладыша к свидетельству о рождении, подтверждающего наличие у несовершеннолетнего гражданства Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 12 Федерального закона от 31 мая 2002 года №62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации» ребенок приобретает гражданство Российской Федерации по рождению, если на день рождения ребенка один из его родителей имеет гражданство Российской Федерации, а другой родитель является иностранным гражданином, при условии, что ребенок родился на территории Российской Федерации.

На основании части 2 статьи 48 Семейного кодекса Российской Федерации «если ребенок родился от лиц, состоящих в браке между собой, а также в течение трехсот дней с момента расторжения брака, признания его недействительным или с момента смерти супруга матери ребенка, отцом ребенка признается супруг (бывший супруг) матери, если не доказано иное».

Таким образом, поскольку Никита М. родился в городе Москве от отца – гражданина Российской Федерации, в течение трехсот дней после его смерти имеются все законные основания считать несовершеннолетнего гражданином Российской Федерации по рождению. В подтверждение этого сотрудники отдела Федеральной миграционной службы России обязаны выдать вкладыш к свидетельству о рождении, подтверждающий наличие у несовершеннолетнего гражданства Российской Федерации (приказ МВД России от 18 апреля 2003 года №257 «О порядке оформления и выдачи вкладыша в свидетельство о рождении, подтверждающего наличие у ребенка гражданства Российской Федерации»).

На основании статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 3.3 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в городе Москве, утвержденных постановлением Правительства Москвы от 31 октября 2006 года №859-ПП, при обращении родителей несовершеннолетнего уполномоченные органы обязаны зарегистрировать ребенка по месту жительства родителей.

Квартира, где проживает Никита М. с матерью, старшим братом и бабушкой, приватизирована. Собственники жилого помещения – бабушка и старший брат – дали согласие на регистрацию малолетнего Никиты М.

Полагаю, что в 2007 году в связи с вступлением в силу приказа МВД России от 7 декабря 2006 года №1003 «О внесении изменений в Инструкцию о порядке оформления и выдачи вкладыша в свидетельство о рождении, подтверждающего наличие гражданства Российской Федерации, утвержденную приказом МВД России от 18 апреля 2003 года №257», отменяющего необходимость оформления вкладыша в свидетельство о рождении несовершеннолетних, таких обращений к Уполномоченному поступать не будет.

Необходимость оформления вкладыша в свидетельство о рождении, подтверждающего наличие у несовершеннолетнего гражданства Российской Федерации, не только создавала лишние проблемы родителям детей, но и породила не основанные на законе требования органов и учреждений социальной защиты населения, здравоохранения и образования о необходимости предоставления вкладышей. Это привело к тому, что практически все родители, являющиеся гражданами Российской Федерации, были вынуждены оформлять своим детям вкладыши в свидетельства о рождении, подтверждающие наличие у несовершеннолетних гражданства Российской Федерации, для того чтобы реализовать права детей в социальной сфере (прикрепление к детской поликлинике, посещение дошкольного образовательного учреждения, различные социальные выплаты).

К Уполномоченному продолжали поступать обращения граждан с жалобами на необоснованные отказы в документировании детей общегражданскими паспортами.

К Уполномоченному обратилась К. в защиту прав своего сына Ильи, 1991 года рождения. Ребенок в 1994 году был зарегистрирован по месту жительства в городе Зеленограде вместе с отцом и бабушкой.

В июне 2006 года К. вместе с сыном обратились в отдел Федеральной миграционной службы России в городе Зеленограде с просьбой документировать Илью общегражданским паспортом. Оказалось, что еще в 2004 году несовершеннолетний ребенок без ведома и согласия матери был снят с регистрационного учеты по месту жительства. Местом убытия несовершеннолетнего указан город Самара, что не соответствует действительности.

Для решения вопроса документирования Ильи К. общегражданским паспортом Уполномоченный для проверки законности снятия несовершеннолетнего с регистрационного учета по месту жительства обратился в Управление Федеральной миграционной службы по городу Москве и прокуратуру города Зеленограда.

Считаю, что большинство обращений с жалобами на нарушения прав детей органами Федеральной миграционной службы России были связаны с низким профессиональным уровнем сотрудников, их некомпетентностью, неумением, а порой и не желанием исполнять свои служебные обязанности.

К Уполномоченному обратилась москвичка О. с жалобой на действия начальника паспортно-визового отдела ОВД района Северное Бутово (в настоящее время отдел Федеральной миграционной службы России по району Северное Бутово).

7 июля 2005 года женщина обратилась за вкладышем в свидетельство о рождении своему сыну, имея на то законные основания и необходимые документы. Однако получила отказ сначала в приеме документов, а затем в оформлении вкладыша. Заявительница обратилась с исковым заявлением в Зюзинский районный суд города Москвы, который своим решением от 15 сентября 2005 года отказал в удовлетворении искового требования. Заявительница обжаловала в кассационном порядке указанное решение суда. Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 14 февраля 2006 года решение Зюзинского районного суда было отменено и вынесено новое решение: признать необоснованным отказ начальника паспортно-визового отдела ОВД Северное Бутово в оформлении ребенку вкладыша в свидетельство о рождении и обязать указанное должностное лицо оформить вкладыш в свидетельство о рождении, подтверждающий наличие у сына заявительницы гражданства Российской Федерации.

Однако начальник отдела Федеральной миграционной службы России по району Северное Бутово отказался исполнить постановление суда, сославшись на то, что указанное в определении суда и исполнительном листе «паспортно-визовое отделение ОВД района Северное Бутово» уже не существует, оно переименовано в отдел Федеральной миграционной службы России, и он не может выдать заявительнице вкладыш в свидетельство о рождении ее сына, так как в решении суда сказано «оформить».

Мы по-прежнему убеждены в необходимости скорейшего урегулирования вопросов приобретения гражданства Российской Федерации. После вступления в силу Федерального закона от 31 мая 2002 года №62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации» было принято более двух десятков подзаконных актов, регулирующих вопросы приобретения гражданства, которые не смогли исчерпывающим образом решить имеющиеся в этой области проблемы и улучшить положение лиц, желающих приобрести гражданство Российской Федерации.

В феврале 2004 года И. прибыл на постоянное место жительства в Российскую Федерацию из Узбекистана, получил в установленном порядке разрешение на временное проживание в городе Москве. В ноябре 2005 года И. приобрел гражданство Российской Федерации и был документирован общегражданским паспортом.

И. бывший военнослужащий, его старший сын родился в городе Москве в 1985 году, младший – в городе Чите в 1990 году.

В июле 2005 года из Ташкента в Москву переехала семья И.: жена и два сына.

На момент переезда младший сын был документирован свидетельством о рождении и внесен в паспорт матери (в Узбекистане детей документируют в возрасте 16 лет).

В декабре 2005 года старший сын И. – Павел И. – получил разрешение на временное проживание, жене было отказано из-за отсутствия квоты.

Разрешение на временное проживание для жены И. было получено в феврале 2006 года, но при этом Паспортно-визовым управлением ГУВД по городу Москве было разъяснено, что мать не имеет права вписывать в свое заявление несовершеннолетнего сына в связи с отсутствием у ребенка паспорта гражданина Узбекистана (1 февраля 2006 года мальчику исполнилось 16 лет).

На сегодняшний день мать и старший сын подали документы на приобретение гражданства Российской Федерации в упрощенном порядке. Для получения разрешения на временное проживание младшему сыну И. родителям было рекомендовано сначала получить ребенку национальный паспорт гражданина Узбекистана. Иначе ребенку пригрозили депортацией в Узбекистан.

Процедура приобретения гражданства, оформления вида на жительство или разрешения на временное проживание крайне сложна и перегружена различными справками и разрешениями. Список документов, необходимых для оформления разрешения на временное проживание, включает в себя более 20 наименований. При этом заявителю необходимо проявить чрезвычайную активность и успеть не только собрать все справки и документы, но и вовремя их сдать в Федеральную миграционную службу России, так как некоторые справки действительны в течение месяца.

К Уполномоченному обратился гражданин Российской Федерации, москвич С. в связи с нарушением прав сына его жены.

С. женился в 2001 году на гражданке Украины. В сентябре 2001 года супруга с сыном сдали документы для оформления вида на жительство в 4 ОВИР УВД ЮАО города Москвы.

В апреле 2003 года Паспортно-визовое управление ГУВД по городу Москве отказало супруге С. и ее сыну в оформлении вида на жительство из-за отсутствия согласия Департамента жилищной политики и жилищного фонда города Москвы на их регистрацию по месту жительства и регистрации С. и его родителей в квартиру, находящуюся в собственности города Москвы.

В 2006 году С. снова обратился за разрешением на временное проживание жены и ее сына в отдел Чертаново-Центральное Федеральной миграционной службы России. В приеме документов было отказано в связи с отсутствием договора поднайма.

Более пяти лет С. не может отстоять свое право на создание семьи, право двух малолетних детей (в семье родился второй ребенок) жить и воспитываться в полной семье, пользоваться жилым помещением, получать медицинское обслуживание и социальные льготы.

Требования, предъявляемые Управлением Федеральной миграционной службы России по городу Москве, не только нарушают гражданские права членов семьи С., но и противоречат действующему законодательству о гражданстве.

Сотрудникам Федеральной миграционной службы России необходимо неукоснительно соблюдать законодательство и установленные сроки рассмотрения заявлений о приобретении гражданства Российской Федерации, так как очень часто этот процесс растягивается на годы.

О нарушениях прав детей в условиях споров о порядке осуществления родительских прав

Споры о порядке осуществления родительских прав являются чрезвычайно сложной категорией дел как для рассмотрения уполномоченными государственными и муниципальными органами, так и для последующего исполнения. Сам предмет этих споров подразумевает крайнюю степень эмоциональности сторон, которая нередко принимает весьма агрессивные формы и не позволяет участникам спора трезво оценивать ситуацию.

Соблюдение прав и интересов ребенка при рассмотрении этих споров является основной задачей и в то же время главным камнем преткновения. Интересы ребенка нередко подменяются сторонами такими понятиями, как материальное или жилищное положение, мнение ребенка о споре, которое не всегда отвечает его интересам или может быть внушено одним из родителей, родственниками и т.д.

При разводе родители часто по-разному видят будущее своих детей. Несовпадение их взглядов подпитывается взаимными обидами из-за распавшегося брака и может превратиться в банальное выяснение отношений между бывшими супругами, когда ребенок становится дополнительным веским аргументом, а его интересы подменяются интересами враждующих родителей.

Подавляющее большинство нарушений прав несовершеннолетних при указанных спорах происходит в результате неправильного, непримиримого поведения родителей.

Практика обращений к Уполномоченному по данной категории дел свидетельствует, что на досудебной стадии их рассмотрения типичными являются следующие виды нарушений прав детей.

1. Нарушение одним из родителей права ребенка на общение с другим родителем и иными родственниками, психологическое воздействие на ребенка.

Специалисты органов опеки и попечительства муниципалитетов внутригородских муниципальных образований в городе Москве стараются примирить родителей ребенка в целях заключения соглашения о порядке осуществления родительских прав. К большому сожалению, это удается далеко не всегда.

Один из системных недостатков такого подхода – изучение вопроса только в юридическом и общежитейском аспектах, без привлечения квалифицированных специалистов в области семейной психологии, конфликтологии и педагогики.

Практика показывает, что при наличии спора о порядке осуществления родительских прав, если достичь соглашения сторон не удается, необходимо, как минимум, проведение экспертизы детско-родительских отношений, а в некоторых случаях желательно психологическое сопровождение таких семей. При наличии спора вопрос об экспертизе рано или поздно все равно встанет, а затягивание рассмотрения спора однозначно не соответствует интересам ребенка.

В настоящее время в городе Москве недостаточно государственных учреждений, способных квалифицированно проводить такого рода экспертизы и оказывать реальную помощь в разрешении сопутствующих конфликтных ситуаций.

К сожалению, кардинально изменить положение только путем привлечения квалифицированных психологов и педагогов вряд ли возможно, так как всегда найдутся особо непримиримые родители, которые попросту не захотят обращаться к специалистам по рекомендациям или требованиям органов опеки и попечительства или суда. Как правило, именно такие родители длительное время удерживают детей у себя, не позволяют им общаться с другим родителем и его родственниками, настраивают детей в соответствии со своей позицией.

Противостоять таким проявлениям «родительской любви» с помощью имеющихся механизмов государственного воздействия крайне тяжело.

В ряде стран, членов ООН, в таких случаях практикуют превентивное вмешательство уполномоченных государственных органов. Это может выражаться, в частности, во временном изъятии ребенка из конфликтной атмосферы разрушающейся семьи до разрешения спора по существу, что позволяет оградить его от давления со стороны эмоционально возбужденных родителей. Изъятие ребенка из семьи может осуществляться с временным помещением его в иную семью, которой доверяют стороны, в патронатную семью или в специализированный реабилитационный центр. В каждом из таких случаев родители могут общаться с ребенком, навещать его, участвовать в процессе его воспитания до разрешения спора по существу. Такой подход позволяет оградить ребенка от психологического давления и дает возможность контролировать реальное положение дел.

К сожалению, в нашей стране государство не использует подобных механизмов и фактически пускает «семейное дело» на самотек, оставляя возможность надеяться только на порядочность и здравый смысл родителей.

Пренебрежение превентивной ролью государства в этой области приводит к существенному нарушению прав и законных интересов детей, которые подвергаются постоянному психологическому насилию и вынуждены участвовать в спорах взрослых. Эксперты утверждают, что нередко дети, пережившие такой стресс в несовершеннолетнем возрасте, впоследствии не способны создать собственные полноценные семьи. Полученные ими эмоциональные травмы бывают настолько глубокими, что оставляют свой след на протяжении всей жизни.

Именно поэтому Правительству Российской Федерации и Государственной Думе необходимо принять безотлагательные меры для укрепления правовых основ превентивного вмешательства государственных органов в соответствии с подпунктом «d» пункта 47 заключительных замечаний Комитета ООН по правам ребенка.

Превентивное вмешательство государства в область семейного права необходимо также во многих других случаях, в частности, для ограждения ребенка от физического или сексуального насилия, в таких случаях не нужно будет дожидаться наступления деструктивных последствий для запуска громоздкой машины государственного обвинения.

Отсутствие механизмов превентивного вмешательства государства на ранних стадиях рассмотрения споров порождает порочную практику вынесения неисполнимых судебных решений. Через месяцы, а иногда и годы судебных тяжб ребенок просто не узнает, а нередко и боится родителя, который не имел возможности общения с ним.

Необходимо очень внимательно отнестись к этой проблеме и разработать дифференцированный механизм превентивных мер, которые позволят ребенку общаться с обоими родителями и исключат возможность оказания на него психологического давления.

Применение превентивных государственных мер нельзя рассматривать как нарушение преимущественного права родителей на воспитание своих детей, если данные меры направлены на защиту прав и интересов ребенка. Только оперативность и открытость этой процедуры позволят эффективно осуществлять государственную защиту прав и законных интересов детей от злоупотреблений со стороны родителей.

Введение в Российской Федерации системы ювенального правосудия могло бы обеспечить квалифицированное применение превентивных мер и создание стабильной судебной практики по делам, касающимся интересов несовершеннолетних. Однако вопрос о применении указанных мер в настоящее время мог бы решаться и в системе общего правосудия в максимально короткие сроки до разрешения спора по существу.

К сожалению, во многих случаях органы опеки и попечительства вынуждены ограничивать свои действия по защите прав несовершеннолетних от злоупотреблений со стороны родителей лишь рекомендациями и предупреждениями, которые могут попросту игнорироваться теми, кому они предназначены.

2. Формальное отношение органов опеки и попечительства к спору или их предвзятая позиция.

Человеческий фактор часто является определяющим при обращении граждан к специалистам уполномоченных органов для защиты прав несовершеннолетних детей. Нередко от отношения конкретного должностного лица к служебным обязанностям зависит судьба ребенка.

На контроле Уполномоченного находился следующий факт. Специалист органа опеки и попечительства муниципалитета внутригородского муниципального образования Южное Бутово в городе Москве провел обследование жилищно-бытовых условий по адресу, указанному Г. (отцом малолетнего Саши) и его нынешней супругой, и составил акт данного обследования с указанием наименований и характеристик конкретных предметов мебели и интерьера, указав в заключении, что ребенку целесообразно проживать именно в этой квартире.

Решением Нагатинского районного суда города Москвы местом жительства ребенка было определено место жительства его матери, Г. был обязан передать ей ребенка.

Выехавшие по указанному Г. адресу судебные приставы-исполнители обнаружили, что дома по данному адресу не существует.

По запросу Уполномоченного Зюзинской межрайонной прокуратурой города Москвы была проведена проверка указанного факта, по результатам которой руководителю муниципалитета внутригородского муниципального образования Южное Бутово в городе Москве было внесено представление о недопущении подобных нарушений и привлечении виновных должностных лиц к дисциплинарной ответственности.

Глубоко убежден, что формальное отношение к работе, связанной с детскими судьбами, абсолютно недопустимо.

3. Недостаточный уровень подготовленности специалистов органов опеки и попечительства, нестабильная правоприменительная практика в их деятельности.

В заключительных замечаниях Комитета ООН по правам ребенка (пункт 21) выражается обеспокоенность тем, что не все специалисты, работающие с детьми и в интересах детей, получают надлежащую подготовку в области прав ребенка.

В настоящее время органы опеки и попечительства определяют стратегию своей деятельности самостоятельно, что в некоторых случаях приводит к формированию порочной правоприменительной практики и ухудшает ситуацию по защите прав детей в конкретных внутригородских муниципальных образованиях в городе Москве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 Конвенции о правах ребенка «государства-участники обеспечивают, чтобы учреждения, службы и органы, ответственные за заботу о детях или их защиту, отвечали нормам, установленным компетентными органами, в частности… с точки зрения численности и пригодности их персонала, а также компетентного надзора».

Никакого компетентного надзора за деятельностью органов опеки и попечительства при сложившимся положении дел установить невозможно.

Необходимо создать в городе Москве целостную систему органов опеки и попечительства, деятельность которых будет подконтрольна соответствующему государственному органу, уполномоченному Правительством Москвы.

На стадии судебного разбирательства наряду с проблемами, возникающими на досудебной стадии, появляются иные формы нарушения прав несовершеннолетних.

Уполномоченный неоднократно в своем ежегодном докладе указывал на конкретные случаи, когда суды не допускали к участию в деле его представителей. Причем такие отказы чаще всего обусловлены тем, что судьи совершенно не знакомы с деятельностью Уполномоченного и воспринимают его исключительно как лишнего участника процесса. Они полагают, что участие в деле органов опеки и попечительства обеспечит надлежащую защиту прав несовершеннолетних. Однако должность Уполномоченного учреждена для дополнительной защиты прав ребенка. Его деятельность не подменяет и не дублирует работу органов опеки и попечительства.

Имеют место случаи, когда органы опеки и попечительства злоупотребляют своими обязанностями или заблуждаются относительно интересов ребенка, не знают, как поступить в той или иной конкретной ситуации, и оставляют вопросы, подлежащие квалифицированной оценке специалиста, на усмотрение суда. В таких случаях участие Уполномоченного в процессе будет способствовать правильному рассмотрению дела.

Большое количество нарушений прав детей на стадии судебного разбирательства указанных споров обусловлено неправильной оценкой как органами опеки и попечительства, так и судом интересов ребенка, что приводит к вынесению решений, не соответствующих его правам и интересам.

Частью 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации и пунктом 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации (СК РФ) гарантировано равенство прав родителей в отношении их детей. При этом неправильное понимание этого равенства прав родителям внушают некоторые юристы, которые трактуют семейные правоотношения только в аспекте взаимных прав и обязанностей сторон, забывая о том, что определяющее значение имеют подлинные интересы ребенка, а не те интересы, которые ему более выгодны с точки зрения гражданского права. Вопрос об имущественном положении сторон нельзя ставить во главу угла, поскольку обязанность содержать своего ребенка может и должна исполняться независимо от места его жительства и порядка общения с родителем, проживающим отдельно. Для родителей, отказывающихся добровольно участвовать в содержании собственного ребенка, существует правовой институт алиментных обязательств.

5 сентября 2006 года представитель Уполномоченного участвовал в судебном заседании Кунцевского районного суда города Москвы по иску Б. к Е. о расторжении брака и об определении места жительства несовершеннолетних детей. Б., отец несовершеннолетних Риты, 1996 г.р., и Светы, 2000 г.р., с конца января 2006 года, то есть с момента фактического прекращения супружеских отношений с Е., матерью девочек, удерживает дочерей у себя, не позволяет матери общаться с ними. Представлявший интересы Б. по доверенности индивидуальный предприниматель Ч. настойчиво пытался убедить суд в том, что двум малолетним девочкам лучше проживать с отцом, который до момента разрыва супружеских отношений их воспитанием не занимался. Причем в качестве основного аргумента необходимости проживания девочек совместно с отцом Б. и его представитель предлагали учитывать мнение малолетних девочек, которые после разрыва отношений между родителями «стали бояться свою мать». Но в чем выражается эта боязнь и что явилось ее причиной, ни Б., ни его представитель доходчиво объяснить не смогли. Б. не отрицал того факта, что девочки любили свою мать, не боялись, хотели с ней общаться, когда она жила вместе с ними. Кроме того, Б. утверждал, что если супруга к нему вернется, он сможет сделать все, чтобы дети перестали ее бояться и захотели жить вместе с ней. Перечисленные факты указывали на то, что дети высказывали свое мнение под давлением отца, который навязывал им страх к их собственной матери и всячески настраивал против нее. Б. использовал своих детей как средство в борьбе за сохранение брака, распад которого он глубоко переживал. На вопрос суда: «Настаиваете ли Вы на расторжении брака?» – Б. ответить не смог, это за него сделал его представитель.

К счастью, благодаря твердой позиции квалифицированного адвоката Е. и органа опеки и попечительства муниципалитета внутригородского муниципального образования Можайское в городе Москве и участию в процессе представителя Уполномоченного решением суда местом жительства девочек было определено место жительства их матери. Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда решение суда первой инстанции было оставлено без изменения. Однако, учитывая непримиримую позицию Б. и характер его влияния на девочек, следует предположить, что их мать непременно столкнется с трудностями исполнения вступившего в законную силу судебного решения.

К сожалению, приведенный пример не является редкостью в практике рассмотрения подобных дел. В эмоциональном порыве родители способны совершать поступки, не соответствующие интересам детей, которые в первую очередь отражаются на хрупкой детской психике. Во избежание этого, например, в указанном случае на начальном этапе развития конфликта девочек можно было изъять из семьи путем применения превентивных государственных мер и избежать психологического давления на них со стороны отца. Это способствовало бы объективному, беспристрастному и оперативному разрешению вопроса по существу и значительно бы упростило исполнение судебного решения.

В последнее время в


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту