На чтение: ≈ 20 мин.Проводя историческую аналогию с крахом царской России в феврале 1917 года, некоторые русские историки и педагоги приходят к выводу: одной из глубинных причин разрушения Советского Союза, как и дореволюционной России, была его система образования, некогда лучшая в мире, но за последние сорок лет ставшая в результате бесконечных “реформ” и экспериментов по сути дела антинациональной.
Великий русский педагог К.Д.Ушинский говорил: “Дело воспитания такое важное и такое святое, именно святое. Здесь сеются семена благоденствия или несчастья миллионов соотечественников, здесь раскрывается завеса будущего нашей Родины”.
Это очень точные и емкие слова. И сказаны они в связи с проблемой, которую Ушинский считал главной: как сделать наше образование истинно народным, т.е. национальным, КАК СДЕЛАТЬ РУССКИЕ ШКОЛЫ РУССКИМИ? К сожалению, большинство нынешних российских школ русскими назвать нельзя. Это космополитические, а зачастую и антирусские школы. Ибо все те ценности и идеалы, которые составляют ядро русской национальной культуры, изгнаны из них и заменены “общечеловеческими”, т.е. западными, прежде всего американскими ценностями. А история и культура России в них поливаются грязью, фальсифицируются и извращаются.
Что происходит сегодня в нашем народном образовании? Происходит катастрофа, последствия которой для страны и для народа могут быть самыми трагическими. Наше некогда лучшее в мире народное образование сегодня растеряло все свои преимущества: приоритетный характер финансирования, единство и общедоступность школы, построенной на принципе социальной справедливости, ясную и высокую цель – воспитание Личности гражданина-патриота, национальную составляющую в содержании и технологиях образовательного процесса. Сегодня в наши школы и детские сады внедряются зарубежные, в основном западные образовательные модели и технологии. Сегодня в школах пышным цветом цветет безудержное экспериментаторство над детьми, за результаты которого никто не несет ответственности. Сегодня наша нищая не только в материальном, но и в духовном смысле школа перестала выполнять свои функции – быть главным социальным институтом, обеспечивающим единство общества и прочность государства. Школа идейно дезорганизована и беспомощна перед лицом современной жизни. Она не знает, что ей делать: каких людей воспитывать, чему, для чего и как учить? Больше того, она работает на дальнейшее разрушение страны, подрывая не только духовно-нравственное, но и физическое и психическое здоровье учеников. Сегодня только 5% выпускников школ являются практически здоровыми, остальные же 95% страдают заболеваниями различной тяжести, в том числе и нервно-психическими.
Именно за годы “радикальной реформы” школы резко снизился статус таких понятий, как духовность и патриотизм. В результате по уровню уважения к своей стране, ее истории и культуре нынешняя российская молодежь уверенно занимает нижние места при сравнительных социологических исследованиях в разных странах. Повторяется ситуация начала XX века. Чем она кончилась для Российской империи, напоминать, я думаю, не нужно.
Причин такого положения вещей две: антинародная, антинациональная политика нынешнего режима, с одной стороны, и пассивность педагогов и родителей, помогающих этому режиму своим непротивлением, – с другой. Сегодня надо прямо и честно сказать: народное образование России сознательно, целенаправленно и безжалостно уничтожается. Уничтожается для того, чтобы на его месте создать другое образование – антинародное. Когда говоришь об этом, то люди не верят. У “реформаторов” школы, дескать, не было злого умысла, они, мол, хотели как лучше. Но давайте обратимся к тексту инициатора “радикальной реформы” школы Эдуарда Днепрова. Вот что пишет он в своей книге “Четвертая школьная реформа в России”, изданной Фондом Сороса в 1994 году в качестве учебного пособия для учителей: “Школа должна быть построена по чертежам общеевропейского, общемирового дома”, “школа должна стать инструментом изменения менталитета общества”. Ключевые задачи реформы образования он определяет так: “смена системы ценностей”, формирование “рыночной культуры и рыночного сознания”. Образование, по его мнению, должно стать “одним из главных источников новой социальной идеологии, …новой культурной матрицы, которая будет определять тип личности, тип народа”. Короче, это будет звучать так: духовный геноцид нации. Ведь “менталитет” – это исторически сложившийся способ мышления, образ мироощущения народа и способ его жизнетворчества, коренящийся в многовековых традициях национальной культуры. Вот где истоки нынешнего разгрома народного образования: реформаторы хотят штамповать людей и целые народы, словно банкноты, по изобретенной ими новой “культурной” матрице.
А теперь поставим вопрос: что, учителя всего этого не знали? Так почему же они допустили разгром школы? Ведь это их руками и языками “реформаторы” проводили свою иезуитскую политику.
То же самое можно сказать и о родителях, не вставших на защиту народной школы, оказавшихся равнодушными к будущему своих детей. Сегодня большинство родителей, по сути дела, устранились от воспитания собственных детей, передоверив их школе, СМИ, ТВ, улице, молодежным тусовкам. А в результате дети оказались брошенными на произвол судьбы.
Сегодня у нас возрождаются такие типы учебных заведений дореволюционной России, как гимназии и лицеи. Многие энтузиасты их возрождения считают это идеалами русской национальной школы. Но так ли это?
Российская дореволюционная школа русской не была. Это отмечали многие наши мыслители и педагоги: Ломоносов, Пушкин, Гоголь, Пирогов, Достоевский, Ушинский. Очень точно сказал об этом Василий Розанов незадолго до революции, назвав российскую школу беспочвенной: ” У нас нет совсем мечты своей родины… У греков есть она. Была у римлян. У евреев есть. У француза – “chere France”, у англичан – “старая Англия”. У немцев – “наш старый Фриц”. Только у прошедшего русскую гимназию и университет – “проклятая Россия”… У нас слово “отечество” узнается одновременно со словом “проклятие” (“Уединенное”, 1912). В результате учебные заведения России в основой массе своей выпускали не патриотов своего Отечества, а космополитически настроенную интеллигенцию, не знающую и не понимающую России, ее культуры, жизни ее народа и стремящуюся переделать ее на основе западных ценностей. Почему так случилось? Потому что российские гимназии и лицеи имели своими прообразами западные модели. Например, знаменитый Царскоселький лицей был создан при участии масона М.М.Сперанского и в основу его была положена образовательная модель идеолога Великой французской революции масона Ж.-А.Кондорсе. Ушинский призывал сделать русские школы русскими, но его не услышали. И, к сожалению, история ничему нас не научила: мы и сегодня занимаемся педагогической гидропоникой – создаем беспочвенные школы, называя их при этом русскими. Это тупиковый путь. И дело тут не в названии – лицей, гимназия (названия, кстати, тоже не русские), а в том, что пытаются копировать и учебные планы, и программы, и содержание образования, и методики преподавания – т.е. весь образ и строй учебных заведений столетней давности, приведшие Россию к краху.
Возможно, народные школы допетровской Руси были истинно русскими по духу. Но о них до нас дошло очень мало сведений. Думаю также, что по направлению к национальной модели развивалось советское народное образование в 30-50-х годах – до смерти Сталина. Именно в это время, после личного вмешательства Сталина и прекращения троцкистских экспериментов в образовании 20-х годов, национальное содержание пришло в наши школы, несмотря на идеологические заслоны, поставленные ему марксистскими идеологами-интернационалистами. Наша школа стала обретать свои национальные черты. В основу содержания образования была положена русская национальная культура. В школьные программы и учебники пришли великие люди Земли Русской: князья и цари, государственные деятели, полководцы, воины, ученые, писатели. Уроки истории и литературы учили школьников любви к своему Отечеству, к народной культуре. Школа стала воспитывать патриотов. Особенно ярко это проявилось на волне патриотического подъема, связанного с победой в Великой Отечественной войне. Кстати сказать, экономическая эффективность советского народного образования того времени не имела себе равных в мире. Она примерно в 3-4 раза превышала экономическую эффективность образования США. Именно та система народного образования, которая была по праву признана лучшей в мире, позволила Советскому Союзу создать мощную промышленность, выиграть великую войну, в кратчайшие сроки восстановить разрушенное войной хозяйство, опередить Запад на важнейших направлениях научно-технического прогресса и первыми выйти в космос.
Но в середине 50-х годов к власти снова пришли скрытые троцкисты, и один из первых ударов они нанесли именно по школе. Она снова потеряла почву под ногами. И одной из главных причин краха Советской России явилась скрытая ориентация ее школы в последние сорок лет развития на западные ценности.
Какой же должна быть русская национальная школа?
При ее создании есть опасность пойти по самому легкому пути: воспроизведению внешних атрибутов русской культуры без уяснения и усвоения ее живого духа. Это путь в национальную резервацию. К сожалению, многие сегодня выбрали именно его. Образ грядущей русской школы определяется теми задачами, даже сверхзадачами, которые стоят сегодня и будут стоять завтра перед Россией и русским народом. Нам предстоит преодолеть нынешний разгром страны, восстановить порушенное Отечество в новой силе и славе, создать на просторах России принципиально новую, еще невиданную в истории цивилизацию, превосходящую не только пресловутую американскую, но и ВЕЛИКУЮ СОВЕТСКУЮ ЦИВИЛИЗАЦИЮ в пору ее наивысшего расцвета.
Как говорил Достоевский, “Россия сама спасется и весь мир спасет”. А для этого русская школа должна воспитывать не “новых русских”, а “грядущих русских”. Выпускник русской школы XXI века должен быть богатырем по силе духа и тела, человеком, стоящим на уровне самых современных научно-технических знаний и технологий, быть предприимчивым, способным осуществить прорыв в будущее и в то же время обладать высочайшей духовностью, бескорыстием, нравственностью, самодисциплиной, жертвенной любовью к Отечеству, благородством – т.е. ему должны быть присущи лучшие черты русского национального характера в их наивысшем развитии.
Грядущая русская школа должна ставить перед собой высочайшую, может быть, даже кажущуюся недостижимой цель. Она должна быть и ХРАМОМ, и МАСТЕРСКОЙ русской культуры, и ПОЛЕМ БИТВЫ за нее. Это должна быть не “школа радости”, о которой нам все эти годы пели разные педагогические “новаторы”, а школа самосозидания, творческого труда и самодисциплины. В ней должна царить не “педагогика сотрудничества”, а педагогика наставничества. Будучи основана на лучших традициях русской национальной педагогики, она должна быть устремлена не в прошлое, а в будущее. Только такая школа поможет России преодолеть великую смуту и ее последствия, восстановить устойчивость биосферы и превратить Россию и всю планету в цветущий сад. Ставить перед собой задачу менее масштабную, чем эта, значит перестать быть русскими. И еще. Сегодня против нашего народа ведется психологическая война – война на поражение сознания. В этой войне применяется страшное информационное оружие. Поэтому современная русская школа должна учитывать и эту ситуацию, аналогов которой не было в нашей истории. Выпускник русской школы должен владеть современными информационными технологиями и не поддаваться психозомбированию.
Но нашей целью должно быть не выжить, а победить. Идеология выживания – это для нас тупик, ибо в ней нет сверхзадачи для великого народа. “Выжить” и “обустроить” Россию и т.п. – это задачи ближайшие, частные, временные, тактические. Но всегда при этом надо иметь в виду главную, перспективную, стратегическую цель. Иначе, “выживая” и “обустраивая”, мы рискуем переродиться, перестать быть самими собой. Замечательный русский педагог В.Н.Сорока-Росинский в своей работе “Путь русской национальной школы” (1916) писал о том, что “нация, отказавшаяся от великих целей, от несбыточной мечты, перестает быть великой нацией, перестает жить, ибо для нее жить означает быть готовой на жертвы и подвиг”. Нам потому и подсовывают идеологию “выживания”, чтобы мы перестали быть великой нацией. Великому народу нельзя исповедовать теорию “малых дел”. У русского народа и России в истории – вселенская миссия, и забывать об этом нельзя. А на вопрос о соотношении выживания и победы я бы ответил так: человечество сможет выжить только в том случае, если Россия победит.
Итак, можно ли сегодняшние антинациональные школы, антинародное образование сделать национальными, истинно народными?
Да, для этого у нас есть все необходимое. Нужны только искреннее желание, добрая воля, понимание цели, единство действий и самоорганизация. В педагогических технологиях мы опередели Запад на несколько десятилетий. Более двадцати лет доктор Владимир Базарный разрабатывает свои здравоохранительные технологии, которые дают на практике потрясающие результаты. Существуют уникальная педагогическая теория и практика воспитания творческой личности Игоря Волкова. Педагогическая система семейного воспитания супругов Никитиных, которая принята сегодня на вооружение в Японии, но не у нас. Кто может запретить нам воспитывать своих детей русскими и в русских школах? Президент? Министр образования? Чиновники и директора школ? У нас около двух миллионов русских педагогов и десятки миллионов русских родителей. Все упирается лишь в отсутствие идейного и организационного единства среди них. А это уже задача наших патриотических организаций, партий и движений, которые, к сожалению, не понимают приоритетного значения проблем народного образования не только в жизни общества в период его нормального развития, но и в плане ведения политической борьбы. Наша школа сможет выйти из нынешнего тяжелого состояния только тогда, когда обретет под собой надежную почву русской идеологии. Когда вместо пустоты “общечеловеческих ценностей” и абстрактных “прав человека” сделает своим содержанием русскую национальную культуру.
Владимир ГОРЯЧЕВ,
Православное информационное агентство “Русская линия”
Выбор читателей
Комментарии