search
Топ 10

Нужно ли снизить возраст уголовной ответственности до 12 лет?

Депутат Госдумы от «Единой России» Сергей Вострецов поддержал идею снижения возраста уголовной ответственности до 12 лет. «Я думаю, что в этом есть логика. Сегодня мы видим возросшее количество преступлений и жестокость в подростковой среде. Все равно система наказания создана не для того, чтобы наказать, а для профилактики. Но при снижении возраста уголовной ответственности школы должны детям четко разъяснять, что если вы считаете себя взрослыми и можете вести себя очень развязно, то знайте, что будете нести за это ответственность», – сказал депутат, добавив, что родители также должны отвечать за своих детей, в том числе за их воспитание. Мы поинтересовались у наших экспертов, как они относятся к этой инициативе.

Любовь ДУХАНИНА, заместитель председателя Комитета Государственной Думы РФ по образованию и науке, координатор проекта ОНФ «Равные возможности – детям»:
– Предложенная мера не является решением проблемы. Человек, окунувшийся в столь юном возрасте в реалии уголовно-исправительной системы, вряд ли сможет вернуться к нормальной жизни. Нужно искать другие способы, чтобы вырвать детей из среды, которая толкает их на преступления. Сегодня согласно Уголовному кодексу к уголовной ответственности может быть привлечено лицо, достигшее ко времени совершения преступления 16 лет. За отдельные преступления могут быть привлечены к уголовной ответственности также подростки 14 лет. В отношении несовершеннолетних предусмотрена возможность применения специального института – принудительных мер воспитательного воздействия. Они нацелены на исправление ребенка, совершившего преступление, обеспечение возможностей позитивной социализации и развитие положительных навыков и привычек. К ним относится передача под надзор родителей, лиц, их заменяющих, или специализированного государственного органа, к которому относится комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав. При освобождении от наказания подростки могут быть помещены в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа. К наказаниям относится также штраф, который по решению суда может взыскиваться с родителей или законных представителей. Необходимо расширять профилактические меры воспитательного воздействия, создавать системы выявления и психологической помощи подросткам, балансирующим на опасной грани. И, конечно, нужно формировать условия для помощи уже оступившимся детям, выстраивать систему их исправления и реабилитации.

Евгений БУНИМОВИЧ, поэт, педагог, правозащитник, депутат Московской городской Думы:
– Почему мы удивляемся жестокости в подростковой среде, если у нас общество находится в ожесточенном состоянии? Конечно, это отражается на подростках. Когда на телевизионных шоу обсуждают подростковую жестокость, чаще всего идет смакование деталей. Подростки становятся чуть ли не героями. Готовность к повторению нежелательного поведения у подростков гораздо выше, чем у взрослых людей. Я, находясь 10 лет в должности детского омбудсмена, много раз посещал СИЗО и другие учреждения ФСИН. В этой системе есть люди, которые пытаются что-то сделать хорошее, но в большинстве случаев помещение подростка в подобное учреждение будет способствовать только трансляции криминальных привычек. Процент рецидива высокий среди подростков. Есть страны, где такой процент гораздо ниже. Например, в Германии, где решают эти проблемы иначе. Не ограничениями, связанными с лишением свободы, не заключением за решетку, а создают специальные полицейские семьи, куда помещают подростка. Он, конечно, ограничен в правах, но он не в тюрьме. Там происходит воспитание и количество повторных преступлений меньше, чем у нас. Надо заниматься профилактикой, а не снижением возраста уголовной ответственности. Поиск простых решений, свойственный депутатам Госдумы, во имя собственно пиара, контрпродуктивен.

Кирилл КАРПЕНКО, педагог-психолог, Красноярск, Красноярский край:
– По Закону «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» (от 24.06.1999 №120‑ФЗ) ребенок с 11 лет может быть помещен по постановлению судьи в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа на три года. В том числе ребенок с задержкой психического развития или с легкой степенью умственной отсталости. Эти спецучреждения подведомствены Минпросвещения. Это школы, но я не вижу сущностного отличия от тюрем: помещают туда принудительно, по решению суда; ребенок лишается свободы; в законе сказано, что сотрудники таких учреждений в исключительных случаях могут применять физическую силу к детям. Спец­школа – это суровое наказание. Также по 120‑ФЗ ребенок любого возраста может быть помещен по постановлению судьи в ЦВСНП – Центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел – на 30 дней. Поэтому инициатива депутата Вострецова мне кажется бессмысленной. Законов у нас достаточно. Проблема не в отсутствии законов, а в том, что они не работают. Законы не работают даже внутри образовательных организаций. Директора школ не обращаются в полицию по фактам насилия детей в школе, чтобы не портить статистику. Чем больше обращений в полицию, тем больше детей на учете, тем хуже показатели работы школы и ниже оценка деятельности директора. Иначе говоря, если директор всерьез начнет бороться с буллингом, его уволят. Чтобы дети чувствовали свою ответственность и вели себя культурно, нужно их хорошо воспитывать и хорошо наказывать. В России сегодня не делают ни того ни другого. Хорошо воспитывать – значит устанавливать правила для детей и развивать их коммуникативные навыки в школах. Можно позаимствовать у Рона Кларка его «55 правил» (смотрите «Учительскую газету» за 2018 год, №41 и 42). Хорошо наказывать – значит применять предусмотренные существующими законами меры борьбы с девиантным поведением детей и создать федеральную программу по борьбе с буллингом в школах. Можно позаимствовать опыт финнов, которые пресекают даже пассивные формы травли, например отказ одного ребенка играть с другим. Подробнее об этом написано в книге Тимоти Уокера «Финская система обучения».

Ирина ВОЛЫНЕЦ, председатель Национального родительского комитета:
– Давайте подумаем, откуда берется детская преступность. Она возникает из-за того, что дети ходят неприкаянными, предоставленными самим себе, когда у них нет еще жизненного опыта, когда не понимают элементарных вещей, зато есть высокий уровень энергии и отсутствие тормозов. И если рядом нет взрослых, которые могут направить в верное русло, ребенок идет по наклонной плоскости вниз. В рамках профилактики правонарушений лучше всего качественно увеличить поддержку неблагополучных семей, улучшить работу детских психологов в общеобразовательных организациях, создать масштабную, но при этом бесплатную инфраструктуру для детского развития. Нужна максимальная занятость детей во внеурочное время: кружки, бесплатные секции и классы, чтобы ребенок мог себя реализовать в любом направлении. Необходимо усилить программы работы с детьми, которые уже оказались в подростковых колониях, чтобы судьба их не была сломлена.

Геннадий САРАЕВ, уполномоченный по правам ребенка в Республике Карелия, детский психолог:
– Учреждения не готовы, системы ювенальной юстиции и судопроизводства нет, равно как и пенициарная система должна меняться для таких подсудимых. Учитывая тяжесть преступлений, подобная мера может быть только для преступлений против половой неприкосновенности и убийства. В США есть практика привлечения и десятилетних, но по их опыту это нерезультативно. Многие родители, которые не смогли себя в роли родителей реализовать, комиссия по делам несовершеннолетних и другие субъекты профилактики правонарушений получат возможность избавляться от сложных детей, отправляя их в места лишения свободы. Из обращений ко мне есть и такие: помогите устроить ребенка в кадетский корпус, суворовское училище и другие учреждения закрытого типа по причине конфликта с ребенком 10 лет и невозможностью его проживания в семье!

Дмитрий МИХАЙЛОВ, папа семиклассника, инженер, Великий Новгород:
– Возраст уголовной ответственности понижать нужно. Проблема назрела. Количество правонарушений среди подростков растет. Ложной романтикой криминального образа жизни в современных фильмах и книгах пользуются некоторые взрослые, которые привлекают ребят для совершения правонарушений и обещают при этом, что, мол, последствий не будет, возраст еще мал. Я бы предложил еще ввести большие штрафы для родителей. Если папа и мама будут знать, что к ним придут приставы и заберут их имущество в случае неуплаты штрафа, уверяю – родители сами найдут средства воздействия. Они научатся обращать внимание на то, где и с кем гуляет ребенок, не пахнет ли от него алкоголем и сигаретами, не употребляет ли он наркотики и откуда у него появляются деньги.

Александр П., учитель истории и обществознания, Воронеж:
– Давайте снизим возраст уголовной ответственности до 10 лет! И забудем о том, что дети живут в том мире, который создаем для них мы, взрослые. В помощь себе возьмем телевидение и Интернет, которые наполним насилием и «страшилками». Школьные учителя давно перестали быть авторитетом для подростков, родители тоже, поэтому воспитателями и друзьями наших детей становятся гаджеты и соцсети. Начинать надо с этого, это менять, а не сажать всех в тюрьму. В основе всегда остаются вопросы воспитания. Было время, когда сотрудники милиции организовывали для трудных подростков спортивные лагеря, воспитывали их собственным примером, и на это государство выделяло средства. Мальчишки в таких лагерях, в основном, кстати, палаточных, учились быть мужчинами, сильными и благородными. А сегодня ни палаток, ни шефства, и дети предоставлены самим себе. Считаю, нужно по-настоящему воспитывать детей, менять воспитательную политику, точнее создавать ее, потому что ее на данный момент нет. Иначе у нас будет тюремное государство с послушными гражданами-«зэками», а это мы уже проходили.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту