search
Топ 10

Не ко двору

У экранизации повести Владимира Тендрякова была сложная судьба

«Не ко двору» – первая новомирская публикация писателя-фронтовика и бывшего сельского учителя Владимира Тендрякова. Сама повесть, впервые напечатанная в 1954 году, уже забылась. Но ее название никуда не делось. Оно сопровождало писателя вплоть до его кончины в 1984 году. Тендряков действительно несколько десятилетий со своими честными книгами был не ко двору. Его постоянно клевали, цензурировали и даже запрещали. И били по нему не только партийные чиновники. Нередко писателю сильно доставалось и от своих же коллег. Вспомним хотя бы историю его повести «Саша отправляется в путь» (она была опубликована в начале 1956 года в журнале «Новый мир») и снятого по этой вещи фильма «Тугой узел».

О чем были повесть и фильм? О послевоенном селе. Люди только вздохнули. Они увидели какие-то светлые перспективы. Но наметившимся переменам воспротивились районные начальники. Местные аппаратчики завязали такие узлы, что их ну никак невозможно было разрубить. Надо было убирать с пути ортодоксов. А как?

За сценарий Тендрякова сразу ухватился режиссер Михаил Швейцер. Поддержал молодого писателя и руководитель «Мосфильма» Иван Пырьев. Но тут бдительность проявил один из главков Министерства культуры СССР. Кто-то усмотрел в критике секретаря райкома партии покушение на основы нашего строя. Тендрякова вызвали к заместителю начальника министерского главка по производству фильмов Рачуку, который потребовал часть эпизодов из сценария исключить. Писатель на словах принял это требование, но все убирать не стал, а Рачук не проконтролировал.

Съемки фильма начались летом 1956 года в Костромской области. Кстати, на одну из главных ролей Швейцер пригласил никому тогда не известного молодого актера Олега Табакова.

Сдача картины была назначена на киностудии на 30 декабря 1956 года. Но увиденное повергло киношное руководство в шок. Однако начальство побоялось запретить фильм своими руками. Оно эту функцию возложило на парторганизацию художественно-производственных работников «Мосфильма» (ХПР), точнее на его секретаря Леона Саакова.

Заседание партбюро ХПР состоялось 4 января 1957 года. Что оно решило? Ответ находим в архивах (РГАНИ, ф. 5, оп. 36, д. 50, лл. 32-34):

«Партбюро ХПР, просмотрев и обсудив кинофильм «Саша выходит в люди» (сценарий Тендрякова, режиссер-постановщик Швейцер), отмечая некоторые художественные достоинства фильма как в режиссерской, так и в операторской работе (оператор Тимерин, художник Виницкий), считает, что этот фильм содержит серьезные идейно-политические ошибки. В фильме настойчиво и последовательно показывается, что все представители партийного руководства – парторг колхоза, инструктор райкома, секретарь райкома, секретарь обкома – являются носителями низких человеческих качеств – трусости, карьеризма, лицемерия, что они преступно безразлично относятся к нуждам народа. С другой стороны показан народ – колхозники, рядовые члены партии, безуспешно борющиеся против этих партийных руководителей, показаны простые люди, ищущие «правду». В результате всего этого в фильме имеет место противопоставление партийного руководства народу.

Все действие фильма, направленное на раскрытие этой основной «задачи», поставленной авторами, происходит в атмосфере подавленности и под знаком гнетущих неблагополучий, происходящих вокруг (несчастная любовь, печальная судьба жены секретаря райкома, самоубийство председателя колхоза).

Партбюро считает, что ошибки, допущенные в фильме «Саша выходит в люди», оказались возможными не только в результате политического недомыслия авторов фильма, но и вследствие серьезного политического просчета тт. Пырьева, Чекина, Добродеева, являющихся ответственными за идейно-художественное качество этого фильма.

Степень их ответственности повышается тем более, что ни текущий материал, ни смонтированный фильм не был показан ни худсовету, ни сценарному отделу студии.

Большую ошибку допустили партбюро ХПР и творческая секция, не уделившая должного внимания этому важному фильму.

Тот факт, что отснятый материал фильма получал, как правило, отличные оценки, перевод смонтированного фильма на одну пленку, а также то обстоятельство, что этот вариант фильма получил одобрение автора сценария т. Тендрякова, говорят о том, что данный фильм отвечает тем задачам, которые были поставлены его авторами.

Таким образом, все существенные недостатки повести Тендрякова получили в фильме доминирующий характер и приобрели силу обобщения и неверной тенденции.

Партбюро постановляет:

  1. Принять к сведению заявление режиссера Швейцера о том, что согласен с большинством замечаний, сделанных в процессе обсуждения на партбюро, и принимает меры для исправления фильма.
  2. Решительно устранить имеющие место случаи нарушения принципов коллегиального руководства в вопросах творческой деятельности студии и добиться создания подлинной творческой обстановки, дающей возможность широкого обмена мнениями и творческой взаимопомощи.

Партбюро ХПР обращает внимание студии на недопустимую проволочку в деле организации художественно-производственных объединений, создание которых сыграло бы решающую роль в повышении идейно-художественного уровня фильмов.

  1. В условиях имеющего место в настоящее время обострения борьбы на идеологическом фронте партийная организация художественно-производственных работников должна считать своей основной задачей борьбу за чистоту ленинских принципов в искусстве.
  2. Считать целесообразным обсудить фильм «Саша выходит в люди» после внесения в него поправок».

Швейцер и Тендряков устно по­обещали Саакову учесть всю критику и переделать фильм. Но на деле они ничего кардинально менять в картине не стали. На что режиссер и сценарист рассчитывали? Что никто из киношного начальства вновь не проконтролирует исполнение своих указаний? Нет. Теперь Швейцер и Тендряков опирались на общественное мнение.

Смотрите. 16 января 1957 года в газетах появилось сообщение, что Тендряков оказался в числе соискателей Ленинской премии. А на такую премию не допускался абы кто. Это означало, что повесть получила одобрение в соответствующих инстанциях. Кроме того, одновременно эту вещь Тендрякова переиздала массовым тиражом «Роман-газета». А это издание тоже вряд ли бы стало выпускать идейно сомнительную книгу. Исходя из этого, Тендряков не стал вносить в сценарий существенные изменения. Так же поступил и Швейцер.

1 марта 1957 года Швейцер представил худсовету «Мосфильма» новый вариант фильма. И этот вариант имел все шансы быть утвержденным. Но вдруг заартачился секретарь парткома «Мосфильма» Агеев, который давно находился в контрах и с Пырьевым, и со Швейцером. Не найдя понимания у Пырьева, он пожаловался секретарю ЦК КПСС Дмитрию Шепилову.

После этого начались разборки на всех уровнях. И речь пошла уже не только об экранизации повести Тендрякова. Воспользовавшись ситуацией, Пырьев и Ромм повели наступление на руководство Министерства культуры СССР, которое, по их мнению, превысило свои полномочия и стало насаждать художникам собственные вкусы.

В начале апреля 1958 года на «Мосфильме» состоялась творческая конференция, на которой, с одной стороны, многие именитые сотрудники киностудии выступили за фильм «Тугой узел», а с другой – Пырьев и Ромм дали бой заместителю министра культуры СССР Сурину.

Докладывая Шепилову о состоявшейся конференции, замзаведующего отделом культуры ЦК Борис Рюриков и завсектором кино Сазонов сообщили (РГАНИ, ф. 5, оп. 36, д. 50, л. 45):

«Кинорежиссер т. Пырьев согласился с тем, что кинокартина «Тугой узел» является ошибочной, но в то же время с раздражением говорил о «сигнализаторах» и «проработчиках», которые после неудачи с данной картиной стали указывать на недостатки в других сценариях и фильмах. Он заявил, что министерство и главк подрывают авторитет художественного совета студии. В частности, он привел пример, когда, несмотря на двукратное рассмотрение художественным советом кинокомедии «Мертвое дело», в которой критикуется бюрократизм, министерство запретило снимать данный фильм.

На конференции выступил заместитель министра культуры СССР т. Сурин. В своем выступлении он уделил основное внимание критике высказываний тт. Ромма, Пырьева и Карена. Не сумев убедительно опровергнуть выступления тт. Ромма и Пырьева, т. Сурин заявил, что они способствуют разобщению творческих работников киностудии и восстанавливают их против государственного руководства киноискусством. Остановившись на оценке кинокартины «Тугой узел», он заявил, что она характеризует порочность мировоззрения отдельных киноработников. В своей речи он допускал неточные формулировки, которые вызывали протестующие возгласы участников конференции.

В заключительном слове кино­режисcер т. Ромм остановился главным образом на выступлении т. Сурина. Он заявил: «Я не согласен во многом с тт. Михайловым и с Суриным в вопросах руководства киноискусством, но это не значит, что я против государственного руководства кино­искусством».

Выступление т. Ромма было направлено против методов руководства киноискусством со стороны Министерства культуры СССР. В частности, т. Ромм привел несколько примеров неоперативности и неумелого подхода к решению вопросов кино со стороны т. Сурина».

Дальше прошло заседание худсовета «Мосфильма», целиком посвященное экранизации повести Тендрякова. Но и оно прошло не в том духе, на который рассчитывало руководство Министерства культуры СССР. Рюриков и Сазонов доложили руководству (РГАНИ, ф. 5, оп. 36, д. 50, лл. 46, 47):

«10 апреля с. г. в киностудии «Мосфильм» было проведено заседание Художественного совета студии с творческим активом, на котором был поставлен на обсуждение план переделок и исправлений фильма «Тугой узел». В заседании приняли участие министр культуры СССР т. Михайлов, работник МК, секретари райкомов партии и председатели колхозов, ранее ознакомленные с этим фильмом.

И. о. директора студии т. Фролов и выступавший вслед за ним с сообщением о плане переделок фильма режиссер М.Ромм заявили, что анализировать пороки фильма «Тугой узел» на данном совещании не следует, поскольку на Художественном совете и открытом партийном собрании работников студии этот вопрос в достаточной мере рассмотрен, о фильме имеется единое мнение, как о идейно-порочном произведении.

Выступавшие на совещании сценарист т. Папава, режиссер фильма «Тугой узел» т. Швейцер, режиссер И.Пырьев в общих словах заявляли о необходимости избавить фильм от существующих в нем недостатков и выпустить фильм на высоком идейно-художественном уровне.

Однако доложенный ими план исправлений фильма свидетельствует о том, что основные пороки фильма ни его постановщиком, ни отдельными членами Художественного совета до конца не уяснены. Намечаемые исправления фильма сводятся к изъятию из картины отдельных кадров и реплик, к частичному изменению образов действующих лиц, что приглаживает картину, но не устраняет ее пороки.

Выступивший на совещании режиссер т. Райзман настаивал на том, чтобы при исправлении образа секретаря обкома и других персонажей фильма фигуру секретаря райкома Мансурова надо наделить еще большими отрицательными качествами и в финале разоблачить его как карьериста.

Выступавшие председатель колхоза «Луч» т. Пряхин и секретарь Красногорского РК КПСС т. Петровичев подвергли критике фильм как совершенно не отвечающий жизненной правде и клевещущий на партию. Они в осторожной форме выразили сомнения, насколько предложенные поправки полностью изменят существо фильма.

Художественный совет не утвердил план поправок и принял решение заслушать на ближайшем заседании доклад режиссера Швейцера о плане пересъемок фильма на основе предварительной переделки сценария совместно с автором.

Следует отметить, что автор сценария фильма «Тугой узел» т. Тендряков на заседании Художественного совета отсутствовал. При этом было сообщено, что с основными предложениями по исправлению фильма он согласился, по ряду же других замечаний имеет другую точку зрения.

И творческая конференция работников студии «Мосфильм», и заседание Художественного совета показывают, что по ряду важных вопросов киноискусства у деятелей кино имеются неясности и сомнения, что обязывает Министерство культуры СССР и МГК КПСС серьезно усилить работу по идейному воспитанию этих кадров».

Такой разворот событий очень напугал министра культуры СССР Николая Михайлова. Ведь что получалось? Многие киношники прямо обвинили все ведомство и его лично в некомпетентности. У секретаря ЦК КПСС Дмитрия Шепилова появлялся повод для постановки в Кремле вопроса о смене министра.

Страшно испугавшись за свою судьбу, Михайлов срочно взялся за письмо в ЦК. Он хотел показать, как последовательно он сам и все министерство боролись за идейность, но столкнулись с противниками партийности.

«Министерство культуры СССР, – доложил он 8 мая 1957 года в ЦК, – сделало вывод из уроков с фильмом «Тугой узел» – надо усилить руководство студиями, осуществлять более глубокий контроль за их деятельностью, вовремя предупреждать возможность ошибок и извращений» (РГАНИ, ф. 5, оп. 36, д. 50, л. 38).

Правда, в реальности Михайлов тронуть Пырьева и Ромма побоялся, а взъелся на Агеева, который заварил кашу, а потом спрятался в кустах и стал выжидать, чья возьмет, чтобы успеть на последнем этапе примкнуть к победителю.

В своей записке в ЦК Михайлов отдельно остановился на Тендрякове (РГАНИ, ф. 5, оп. 36, д. 50, л. 38).

«Особо надо сказать о т. Тендрякове, – написал министр. – Он, к сожалению, до сих пор не понимает своих идейных ошибок и занимает явно неправильную позицию. Даже после того, как Художественный совет высказался против выпуска фильма, т. Тендряков продолжает отстаивать фильм. На днях – третьего мая с. г. – он беседовал с зам. директора студии т.  Фроловым. Тов. Тендряков категорически отказался делать какие-либо исправления в картине.

– Плохое мнение о фильме, – заявил он, – это мнение не Художественного совета, а Министра т. Михайлова.

– Если бы я имел два миллиона, – продолжал он, – я бы тогда внес их вам в уплату за картину, но так как я таких средств не имею, то вынужден соглашаться на переделки. Если картина от этого пострадает, я сниму свою подпись.

Считаю, что партийная организация Союза советских писателей должна помочь т. Тендрякову понять его порочную позицию, наносящую вред развитию нашей кинематографии и мешающую студии нормально работать».

На записке Михайлова осталась пометка: «Ознакомить секретарей ЦК. Д.Шепилов». И дальше свои автографы оставили Поспелов, Суслов, Аристов, Брежнев, Фурцева и кто-то еще из секретарей ЦК.

Судя по всему, Кремль решил ограничиться полумерами. Никакой публичной порки он никому устраивать не стал. И министр Михайлов, и руководитель «Мосфильма» Пырьев остались на своих местах. Совсем запрещать снятый Швейцером фильм тоже власть не захотела. Ее устроило, что киношники изъяли из картины лишь несколько сцен.

Премьера фильма состоялась уже 9 июня 1957 года.

Вячеслав ОГРЫЗКО, писатель, литературовед

 

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте