На чтение: ≈ 11 мин.Николай РАЗДОБАРОВ, директор технологического колледжа №21: – Обсуждение проблем, которые поможет решить новая городская целевая программа «Рабочие кадры», – дело чрезвычайно важное и актуальное. Реформирование сети профессионального образования позволило колледжам выстроить работу не только со значительной частью здоровой молодежи, но и продолжать подготовку лиц с ограниченными возможностями здоровья. Такая подготовка – серьезная проблема. В нашем учебном заведении, где обучаются свыше 3000 учащихся и студентов, около 500 – лица с ограниченными возможностями здоровья по слуху, с психическими расстройствами. Когда мы начинали эту работу, понимали, что это не просто работа, которая важна для общества, для родителей, для подростков этой категории, она важна и для педагогического коллектива, который должен быть профессионально, психологически и морально готов к тому, чтобы адаптировать детей к нормальной жизни в обществе, дать им возможность продолжать жизнь в обществе, знать и уметь хотя бы обслуживать себя, получить какое-то ремесло.
Опыт работы нашего колледжа показывает, что многие задачи нам удалось решить. 180 учащихся с проблемами слуха (а это слабослышащие и полностью глухие дети) обучаются у нас по трем профессиям начального профессионального образования, они получили серьезные знания – за 3-4 года обучения освоили школьный материал.
Но мы всегда в колледже думали, что с этими детьми будет дальше. Да, мы такого ребенка обучили и дали ему профессию. Однако потом он придет домой и будет находиться у себя в квартире, потому что он не в состоянии интегрироваться в производственную среду, так как на многих предприятиях нет сурдопереводчиков. Должны быть созданы и условия для работы детей этой категории, а на предприятиях этого практически нет. Поэтому в течение трех последних лет мы работали над проектом создания мини-типографии для глухих учащихся, которые обучаются у нас, в частности, по профессии «брошюровщик», с помощью Департамента образовании нам удалось решить эту проблему. В марте 2007 года мы открыли мини-типографию, где работают наши выпускники, получая за это зарплату. По условиям квотирования мы создали триста пять рабочих мест, и, конечно, это каторжный труд, потому что каждый месяц я должен зарабатывать 300 тысяч рублей, чтобы выплатить зарплату работникам типографии – подросткам с проблемами слуха.
Учитывая, что у нас рынок и трудно на этом рынке пробиться к оказанию типографских услуг, понятно, как нам трудно приходится, но мы решаем эту проблему пусть не на 100 процентов, но на 80 процентов точно. Выборы, которые состоятся в декабре, слава богу, нам помогли: сейчас мы заключили договоры на выполнение заказов по выпуску брошюр, книг, других материалов.
Следующая проблема, которая нас тревожит, – обучение и трудоустройство детей с психическими расстройствами. Это вообще удивительная тема, она крайне тяжела для общества и для нас. Мы занялись этой проблемой два года назад, вначале набрали двадцать инвалидов детства, в этом году еще добавили пятнадцать. Понимая свою задачу и решая ее в учебно-воспитательном процессе, мы адаптируем эту молодежь, давая ей рабочую профессию, но и тут мы думаем, что с этими ребятами будет дальше. Сами мы планируем создание Центра ремесел на базе нашего колледжа, чтобы в течение двух-трех лет адаптировать эту молодежь, дать ей возможность закрепить полученные знания и плавно вывести ее на предприятия и в организации города.
Конечно, у нас есть общественные организации-партнеры, с которыми мы работаем, но львиная доля расходов должна, безусловно, идти через государственные структуры и, наверное, через спонсоров – мы прекрасно относимся к слову «спонсорство», но скажу честно, мы не можем найти ни одного спонсора. Спонсоры появляются только тогда, когда в той или иной спонсорской организации есть больные дети той или иной категории. У одного из руководителей нефтегазовой компании, скажем, болен ребенок, и он нам выдал 500 тысяч рублей для того, чтобы мы купили оборудование. Но, наверное, это должна быть не только спонсорская, а и государственная помощь в рамках госпрограммы.
Когда мы говорим, что нужно увеличивать программу подготовки рабочих кадров, то знаем: по различным оценкам специалистов, только детей с психическими заболеваниями в Москве около 30 тысяч. Это равносильно нашему годовому приему в городские учреждения СПО. Конечно, они не могут учиться везде, но, вероятно, ту программу, которую разработал Департамент образования, в соответствии с которой мы должны привлекать к учебе в своих учреждениях и создавать структурные подразделения для работы с детьми, имеющими ограниченные возможности здоровья, нужно считать не только правильной, но и реально исполнимой. Однако есть проблемы, которые, как мне кажется, можно и нужно решать вместе с Департаментом социальной защиты.
Те 35 инвалидов детства, которые обучаются в нашем колледже, которые отработают у нас, когда-то должны уйти в большую жизнь, однако их сопровождение со стороны социальных служб не предусмотрено. Департамент социальной защиты говорит так: мы им платим пенсию в 2000-3000 рублей, и этого достаточно. Но, наверное, эту категорию молодежи нужно все же сопровождать дальше, когда она станет работать на промышленных предприятиях.
Сегодня мы подготовили проект по созданию Центра ремесел, и я четко представляю себе все муки ада, которые придется пройти. До этого я бился над созданием мини-типографии три года, теперь, если мы опять пойдем по этому же пути (а я передаю этот проект в Комитет общественных связей Москвы) и попросим средства для создания этого центра, пройдет не менее двух с половиной лет, половина средств, которые мы заложили в создание центра, обесценится, и мы не получим того эффекта, который нам необходим.
В этом году мы принимали участие в конкурсе инновационных профессиональных программ развития для инвалидов. При подаче документов чиновники федерального уровня нам сказали так: куда вы лезете, нужно думать о здоровых, вы же представляете проект для больных. А ведь это колоссальная проблема для общества, и, наверное, в комиссии, которую создали для экспертирования инновационных проектов и программ, должны быть представители не только олигархов и работодателей, но и социальных служб, общественных организаций инвалидов по слуху, зрению, инвалидов дэцэпэшников и так далее. Обучение инвалидов – государственная программа, одним нацпроектом ее, конечно, не решить, но решать нужно.
Могу сказать, что основная часть обучающихся в нашем колледже – здоровые молодые люди. Сегодня это сварщики, слесари, столяры, которые нужны Москве. 21 августа я собрал своих выпускников-сварщиков, которые закончили учебу и были направлены на предприятия ЖКХ. Из 35 человек пришли 18, 7 еще не устроились на работу, 10 устроились на работу в предприятия ЖКХ Восточного округа. Что говорят ребята – классные сварщики, победители московского городского конкурса сварщиков? Пришли в организацию, предложили свои услуги, но им сказали: «Вы не нужны!» Одному сказали: «Возьмем, но будем платить от 10 до 12 тысяч рублей в месяц!» А он согласен работать много, но получать 20-25 тысяч рублей в месяц. Предприятию это не нужно. Конечно, парень вместе с единомышленниками создали свою компанию, будут варить батареи в квартирах и зарабатывать хорошие деньги. Но, наверное, эту проблему нужно все-таки решать. Если мы хотим, чтобы наша молодежь задерживалась на предприятиях и организациях, нужно платить ей хорошую зарплату. Средняя зарплата по Москве – от 25 до 30 тысяч рублей, но московским ребятам такие деньги работодатели платить не хотят, им проще взять гастарбайтеров и платить им мало. Мой выпускник сварщик Петя говорит: «Пусть предприятие платит мне 10 тысяч, но дает подработку в 17 тысяч, тогда я на этом предприятии работал бы и, возможно, остался бы там постоянно, пусть бы я год отработал за 10 тысяч рублей в месяц, но мне гарантировали прибавку через год до 25-30 тысяч рублей».
Если мы не будем думать о достойной оплате молодых рабочих, мы никогда не решим тех задач, которые ставит перед нами город.
Выбор читателей
Комментарии