На чужой каравай рот… разевай! Казначейство собирается отобрать у госвузов внебюджетные средства

Сначала были деньги. Вернее, отсутствие таковых. Не было у государства таких средств, чтобы обеспечить высшую школу в самом начале перестройки. Разрушить оказалось гораздо проще, чем сохранить то, что годами шаг за шагом создавали отечественные вузы. Но система не рухнула, не растерялась и в рыночных условиях продемонстрировала не только свою жизнеспособность, но и умение вписываться в окружающую действительность. Как никогда интенсивными стали научные разработки по заказам и договорам, появились коммерческие отделения, реальные производства, позволяющие реализовывать придуманное и разработанное на практике. Как иначе можно было выжить? Никак. Даже в докладе рабочей группы Госсовета, посвященном развитию образования, констатируются печальные цифры: сегодня образовательные учреждения обеспечены бюджетным финансированием всего на 25-40% от расчетной нормативной потребности, а реальное недофинансирование вузов составляет от 30 до 60%. Поэтому естественно, что именно внебюджетные поступления во многом компенсировали и компенсируют нехватку средств. То, что зарабатывалось, высшие учебные заведения тратили на доплаты преподавателям, поддержку студентов, укрепление материально-технической базы, наконец, на латание дыр, которых в вузовском хозяйстве целое множество. В докладе Госсовета специально отмечено, что поток внебюджетных средств должен существенно увеличиться от 1,4 до 2,2% ВВП.
Но тут возникает деликатный вопрос об этих самых внебюджетных средствах. Автономия, данная вузам по законам “Об образовании” и “О высшем и послевузовском профессиональном образовании”, позволяет высшим учебным заведениям как самостоятельно их зарабатывать, так и самостоятельно тратить. По принципу – за то, что дает бюджет, отчитываемся вплоть до каждой копейки перед государством, за каждую заработанную копейку – перед теми, кто эти деньги заработал. Конечно, тут очень важно понимать, что деньги заработаны вузом на основе использования госсобственности, данной ему в оперативное управление, в хозяйственное ведение, а то и в собственность. Но, с другой стороны, на что же тратятся заработанные деньги? На то, чтобы по-хозяйски поддержать эту же собственность, постепенно приходящую в упадок, на ее приумножение – например, как иначе оценить процесс компьютеризации высшей школы, когда за счет самих вузов приобретаются не просто компьютеры, но создаются мощные компьютерные центры и так далее. И даже когда заработанное тратится на зарплату педагогам в самом вузе, это не трата средств налево, а укрепление кадрового потенциала, который используется в интересах государства.
Выживая, государственные вузы все время жестко конкурировали с негосударственными. Причем кто-то не очень умный постоянно накладывал ограничения на деятельность госвузов, словно специально заботясь о перенаправлении финансовых потоков. Ну, скажем, кто мешал разрешить вузам коммерческую подготовку студентов в неограниченном количестве, кто заставлял их идти на всяческие ухищрения, чтобы привлечь тех, кто может заплатить свои деньги для подготовки в государственных вузах? Сейчас многое разрешено, вузы могут спокойно зарабатывать деньги и на коммерческом приеме, и на работе по договорам, но время-то упущено. И если сегодня опять-таки возникнут какие-то препоны на пути формирования нового финансового механизма в деятельности государственных высших учебных заведений, в этих условиях их соревнование с негосударственными вузами приведет к обнищанию первых и процветанию вторых.
Надо сказать, что в государстве, особенно в верхних эшелонах власти, работа вузов находит понимание. Чего не скажешь о более низших уровнях власти, особенно об экономической, финансовой ее ветвях. Скажем, совсем недавно федеральное казначейство проинформировало свои территориальные органы о том, что все вузовские средства – и бюджетные, и внебюджетные – должны быть размещены исключительно на счетах казначейства. Соответствующие предписания стали приходить в вузы с лета нынешнего года. Казначеи обосновывали свое требование тем, что в Бюджетном кодексе 2000 года есть соответствующее положение. Ссылок на конкретную статью не было, но само по себе упоминание о кодексе делает требования обязательными для исполнения. На самом деле такой статьи в Бюджетным кодексе нет, наверное, потому что она тут же вошла бы в противодействие с законами “Об образовании” (ст. 32) и “О высшем и послевузовском профессиональном образовании” (ст. 28, п. 4), в которых четко сказано: средства, заработанные высшим учебным заведением, тратятся им по его усмотрению. Кроме этих законов, имеется Гражданский кодекс, в котором за вузом, как и за любым юридическим лицом, закреплено право иметь финансовые счета в любых банковских и кредитных организациях для хранения своих денежных средств, для осуществления любых расчетных операций. Иными словами, ни законы об образовании, ни Гражданский кодекс не ограничивают вузы количеством счетов и не ставят никаких условий для их открытия, а самое главное, не предполагают какого-либо контроля со стороны государства за движением средств. Если же вузы будут перечислять внебюджетные деньги на счета Федерального казначейства, свободы в расходовании их не получится. В нарушение законов государство будет контролировать каждую копейку, не давая вузам возможности не только тратить деньги, но и приумножить заработанное, размещая на депозитные счета, и так далее. Как считают в Академии государства и права, происходящее означает, что возникла острейшая государственная проблема, которая касается всех без исключения госвузов.
Самое интересное – в Бюджетном кодексе (ст. 42, п. 2) записано буквально следующее: “Доходы бюджетного учреждения (к которому можно отнести и образовательное), полученные от предпринимательской и иной деятельности, приносящие доход в полном объеме, учитываются в смете доходов и расходов бюджетного учреждения”. Это, по логике, предполагает, что должны существовать и бюджетный, и внебюджетный счета, и у вузов они есть в настоящее время. А дальше в Бюджетном кодексе сказано: “…и отражаются в доходах соответствующего бюджета как доходы от использования имущества, находящегося в государственной собственности”.
А теперь представим себе такую ситуацию. Открывает вуз в казначействе счет, аккумулирует там внебюджетные средства, финансисты оценивают, какие у вуза есть доходы, и рассуждают так: коль вузы заработали столько, то на такую же сумму можно уменьшить им бюджетное финансирование. В том, что кто-то попытается уменьшить госфинансирование, вузы не сомневаются, а потому испытывают немалую тревогу. Дело в том, что многие из них с большим удовольствием не пускались бы на заработки, но без этого при дефиците государственного финансирования вуз не выживет. Теперь получается, и при заработках у него не окажется никаких шансов не только на выживание, но и на самое элементарное удовлетворение хозяйственных нужд. Никого, похоже, при этом не заботит, что предлагаемое ущемляет и академические свободы высших учебных заведений, а самое главное, одним махом ставит крест на реализации тех государственных гарантий, что закреплены в законах об образовании.
Можно говорить и еще о других нюансах: например, о том, что финансируется вуз из бюджета по финансовому году, но живет в рамках года учебного, что планировать доходы высшее учебное заведение загодя не может – откуда ему знать, сколько абитуриентов будет претендовать на обучение по коммерческому приему, какие договора – срочные и среднесрочные – предложат ему подписать, какие научные разработки будут приобретены, кем и за какую сумму. И так далее, и тому подобное. С бюджетными средствами – полный ажур, с внебюджетными – много сложнее, ибо многое определяет сиюминутная конъюнктура рынка. Вузовскую деятельность в части оказания платных услуг специалисты относят к деятельности на так называемом неизвестном рынке, то есть запланировать доходы от нее чрезвычайно сложно, сложно предугадать, тем более занести их в смету доходов и расходов в начале финансового года. При этом неисполнение заранее составленной сметы наверняка повлечет некие санкции в отношении ректора и вузовского коллектива. Им придется либо срочно обосновывать бюджетный дефицит (хотя речь пойдет, в сущности, о внебюджетных средствах), либо объяснять возникновение профицита (если заработанных средств окажется больше, чем запланировано). Отсылая в казначейство заработанные внебюджетные средства, вуз, кроме всего прочего, вынужден будет ежеквартально запрашивать их, обосновывая опять-таки, на что они ему потребны. Ни в одном государстве мира поквартального планирования расходования вузовских средств нет, там вузы полностью автономны и самостоятельны. Возникает вопрос: а нашему государству все это зачем нужно? Действия финансистов ставят под сомнение не только существование, но и развитие вузов. Наверняка эта головная боль государству ни к чему.
Поскольку действия финансистов входят в противоречие с законами, воронежские вузы собираются подать в суд на казначейство и Центробанк. К ним уже готовы присоединиться нижегородские и даже московские. Депутаты Госдумы были встревожены тем, что некоторые положения принимаемого ими бюджета-2002 вошли в противоречие с существующими специальными законами об образовании, и отметили это в специальном заключении – отзыве по поводу представленного законопроекта (ст. 118), того самого, что написан в соответствии с Бюджетным кодексом.
Самое парадоксальное, что ситуация настолько сложна, что нет специалистов, которые подсказали бы выход из создавшегося положения. По идее, нужна поправка в Бюджетный кодекс, которая бы нормализовала ситуацию, внесла коррективы в требования финансистов. Обращения вузов в Минобразования РФ, к сожалению, не вызвали ни разъяснений, ни ответов, которые бы содержали советы вузам относительно того, что делать. Опасения вузов, что рухнет государственная система высшего образования, скорее всего приведут к искам в Верховный и Конституционный суды. Зачем их заставляют тратить время и силы на судебные рассмотрения, один Бог ведает.
Говорят, рассматривая любую ситуацию, нужно анализировать, кому это выгодно. Но в том-то и парадокс, что никому! И в первую очередь – самим финансистам. Не исключено, что через какое-то время именно им придется искать средства для поддержки государственной высшей школы, нокаутированной утратой внебюджетных средств.

Виктория МОЛОДЦОВА