Молодые не нужны

Проблема работающих пенсионеров и молодых учителей коснулась и моей семьи. Раньше я переживала за своих выпускников, которые пошли в педвузы, поверив, что учитель – это нужная и востребованная профессия. Теперь они вынуждены подвизаться в магазинах, охранных фирмах, вплоть до техничек. Дипломированные учителя, чтобы как-то выжить в этой жизни, ибо в школе мест им нет, рады любому заработку.

Сейчас в сложной ситуации оказалась и моя дочь. Она выпускница Бийского педуниверситета, закончила вуз с красным дипломом, ее специальность «учитель обслуживающего труда и черчения». В школе работает восьмой год. Пока с учебной нагрузкой было терпимо, она работала спокойно. Но за последние три года число детей уменьшилось, уменьшилось и количество часов. И вот уже идут разговоры, чтобы дочь настраивалась на поиски себе другой работы. Ведь у нее только вторая квалификационная категория, а у других высшая и первая. А где же набраться опыта молодому учителю? Где и как ему повышать мастерство? Ведь вместо наставничества со стороны старших коллег – нездоровая конкуренция, подсиживание, подсчет промахов и неудач. Делается все, чтобы выжить молодежь из школы.

Администрация пока занимает очень странную позицию: не вмешивается ни во что.

В прошлом учебном году все учителя-предметники сумели договориться так, что учебная нагрузка была распределена равномерно, и каждый учитель чувствовал себя хоть чуточку увереннее в материальном отношении, что немаловажно в наше сложное время. И только у учителей обслуживающего труда часы распределились следующим образом: у двух учителей по 18 часов, а у моей дочери – 4 часа.

Это при том, что у нее муж бюджетник и на иждивении четырехлетний ребенок. На семейном совете в прошлом году мы решили, что потерпим, «затянем потуже пояса», а там видно будет.

Судя же по ситуации, больше часов у дочери, вероятно, не станет.

Что же делать дочери? Чего и сколько ждать, куда обращаться, где искать помощи? Получается, что высшая категория пенсионера – это нечто вроде индульгенции: нельзя сократить, нельзя уволить. Так, по крайней мере, мы поняли ситуацию исходя из разъяснений администрации школы и председателя районного профсоюза работников просвещения. А молодой учитель, его судьба, судьба его семьи? Некоторую надежду внушает озвученная министром Фурсенко мысль о том, что пребывание пенсионера на рабочем месте в школе целесообразно лишь в том случае, если это не сказывается на положении молодого учителя. Но это было высказывание по телевидению, а законодательно нигде не подтверждено.

Сама я на пенсии уже 5 лет, ушла из школы сразу, «в затылок мне дышали молодые учителя». Я прекрасно понимала, что им растить детей, зарабатывать кусок хлеба, пенсию, в конце концов.

Конечно, с зарплатой жить веселее, учительские пенсии мизерны, но ведь речь идет об учителях, которым негоже забывать о профессиональной этике. Очень уж неприглядна нравственная сторона проблемы, когда на уроках мы сеем разумное, доброе, вечное, а в жизни за рубль готовы исковеркать судьбу молодого учителя.

Я не стала бы к вам обращаться, если бы это был частный случай. Но я почти сорок лет отдала школе, у меня звание «Отличник народного просвещения», звание «Ветеран труда», я участник первого краевого конкурса «Учитель года». Обе мои дочери закончили педвузы с красными дипломами, один зять тоже учитель. Мы – учительская династия. И проблему молодого учителя на селе я вижу изнутри и прекрасно понимаю, что ситуацию замалчивать больше нельзя. Необходимо на самом высоком уровне заняться разрешением этой проблемы.

Село умирает, молодежь разъезжается по городам, а те, кому уехать не удается, от безысходности пьют, употребляют наркотики, воруют. Нет работы, нет жилья, нет будущего.

В классах все больше и больше детей из неблагополучных семей, у большинства этих детей задержка психического развития. Никакая компьютеризация тут не спасет. В школе – компьютеры, а дома – пьяные безработные родители и нечего есть.

Я утверждаю это исходя из собственного опыта и наблюдений. Если раньше в классе было 1-3 трудных ребенка, то сейчас 1-4 хорошиста, а отличники – вообще редкость. Какое будущее мы готовим себе? Очень надеюсь, что мое письмо привлечет внимание к проблеме.

Ведь просто так из школы уйти нельзя, если ты пришел туда по велению сердца. В нашей семье со школой связано все, девочки и росли, сидя на задней парте, пока я вела уроки…

С уважением Людмила ГЮЛЬ-АХМЕДОВА, Алтайский край

P.S.

Жизнь порою закручивает сюжеты почище детективных историй. Долго я ломала голову над письмом уважаемой Людмилы Рауфовны с Алтая, уж очень злободневную и важную проблему высветила педагог. Все попадает в точку, действительно, молодым учителям сегодня в коллектив войти и удержаться непросто. Я сама начинала педагогическую деятельность на Алтае в сельской школе. Было это в те времена, когда молодые специалисты обязаны были отработать три года после вуза. Нас тогда прибыло в Долганскую школу четверо. Сразу дали жилье, наставников – и закипела работа. Теперь-то холодные сибирские зимы вспоминаю с удовольствием. Кружки в школе, вечера в сельском клубе, выступления перед селянами, открытые уроки. Жили интересно. На второй год меня уже прочили в завучи по воспитательной работе. Но «журналистика меня совратила». А те трое остались педагогами. Да и я в какой-то мере не очень уклонилась от педагогической стези.

Вот на какие раздумья вывело письмо из Алтайского края. Но на следующий день в почте оказалось послание от белгородских учителей. Недовольны пенсионеры, что их назвали «древними» и намекнули, что пора уступить дорогу молодым. Сначала захотелось вместе с ними обидеться. Еще раз перечитала оба письма… Захотелось обсудить эту проблему в самом широком кругу наших читателей. На чьей вы стороне?

Пишите! Ждем.

Надежда ТУМОВА, ведущая рубрики «Письма»