search
main
0

Колесные лиры вместо самолетов

Как авиационный инженер и успешный дизайнер стал счастливым лирником

Прошедшее лето было богато на знакомства с уникальными людьми. Одна из таких встреч произошла на равнинных карельских водопадах Ахвенкоски, что в переводе с финно-угорского означает «окуневый порог». Водопады не только красивы, но и знамениты, ведь именно здесь снимались эпизоды фильма «А зори здесь тихие…».

Лирник Василий в гармонии с природой

Лирник Вася

«Поехали мы издали, поехали мы издали, // Все дорожечку пытали, все дорожечку пытали, // Нам дорожку сказывали, нам дорожку сказывали», – красиво и необычно выводил одной рукой крутивший ручку, а другой перебиравший клавиши необычного музыкального инструмента мужчина лет пятидесяти с окладистой бородой. Одет он был в старинную русскую косоворотку.

До того я много слышал и песен, и стихов духовных, но такого напева не слыхивал. Живой, причудливый, веселый, порой он становился быстрее, порой обрывался и ладом своим напоминал что-то стародавнее…

Повороты судьбы настолько непредсказуемы, что порой самый изысканный сценарист не придумает. Мог ли Василий Евхимович, выпускник Казанского авиационного института начала 90-х, представить, что 15 лет спустя он сменит шумную городскую жизнь на деревенскую глушь, из технаря превратится в лирика, полностью погрузившегося в народное творчество?

В 90-е годы Евхимович успешно работал в институте, руководство прочило ему научную карьеру, предлагало заняться диссертацией. Однако молодому ученому нужно было кормить семью, решать жилищную проблему. Словом, не до науки. Создавая дизайнерские проекты, Василий понял, что его работы ничем не уступают столичному уровню. Тогда и появилось желание перебраться в Москву. Он создал свой сайт, разослал резюме, и одна московская фирма пригласила его на работу. Но там надолго не задержался. Как говорит сам Василий: «В фирме проработал всего два месяца, сбежал, понял, что я птица вольная». Хотя и зарплата была гарантированная, и жизнь вполне обеспеченная. Но Москва его сразу насторожила своим сумасшедшим ритмом, понял, что здесь совсем другой менталитет у людей. Правда, когда стал работать самостоятельно, начал постепенно втягиваться в столичную жизнь. Василий делал дизайн помещений, появились свои клиенты, пошли заказы. Однако в глубине души понимал, что столица не его город. Душевные метания прекратились, когда в один прекрасный день он узнал о фольклорно-этнографическом центре «Дербеневка».

 

Свадьба в «Дербеневке»

Вот уже более двух десятилетий фольклорная студия объединяет людей самых разных возрастов и профессий. Их привели сюда любовь к традиционной народной культуре, желание петь и танцевать по-старинному.

Вся программа разбита на тематические циклы занятий в соответствии с народным календарем. Студийцы проживают осенины и Покров, Святки и мясоед, Масленицу и Великий пост, Красную горку, период троицких гуляний, Петровки. В конце каждого периода вечоры и гулянья. Здесь осваивают и семейно-бытовые традиции, в последнее время часто играют свадьбы.

Однако Василий не сразу пришел в студию. Размышлял, сомневался…

– Да, мне хотелось поплясать-попеть, а до этого еще хотелось пошить крестьянскую рубаху, – рассказывает Василий. – Потом подумал: ну оденусь как русский человек, попросят спеть. А что я знаю? Только «Ой, мороз, мороз». Я долго не мог решиться прийти на первое занятие.

 

Найти себя

И все же наш герой пересилил себя, начал заниматься в фольклорном коллективе, петь. Студия стала отдушиной от столичной суеты. Возвращаясь из «Дербеневки», все чаще задумывался над тем, что хорошо оказаться где-нибудь в глубинке и жить в гармонии с собой и природой. Это желание еще больше в нем укрепилось после знакомства с Борисом Ефремовым, которого в своей среде называют фольклорной глыбой. Борис – гармонист-виртуоз, великолепно играет еще на ряде инструментов, обладает энциклопедическими знаниями в области фольклора, изготавливает высочайшего класса по звучанию музыкальные инструменты. Василий до сих пор вспоминает первую встречу с маэстро, когда тот принес на занятие кучу всяких инструментов, и среди них его поразила колесная лира.

– На меня словно затмение нашло, – говорит Евхимович. – Хотелось не просто играть на лире, а на инструменте, изготовленном своими руками. Но прежде, чем сделать чертеж колесной лиры, полгода собирал информацию, занимался изучением истории этого удивительного инструмента.

В X-XIII веках это был церковный музыкальный инструмент, на котором играли в католических храмах. Впоследствии он изжил себя, возможно, его вытеснил орган. В дальнейшем колесная лира стала основным инструментом бродячих музыкантов. После Октябрьской революции инструмент почти исчез. А в 30-е годы, говорят, даже физически расправились с остатками лирников, потому как они разносили ненужную информацию, были исполнителями героического эпоса.

За десять лет Василий сделал более 60 различных по размерам и оформлению инструментов. Весит колесная лира около трех килограммов. Держать ее в руках неудобно, поэтому инструмент вешается на шею с помощью ремня.

– Скорость вращения колеса тоже имеет значение, – поясняет мастер, – потому что здесь есть такое устройство, которое называется «жужжачий носик». При резком вращении оно жужжит. А вообще колесная лира – это смычковый инструмент, по сути, скрипка или виолончель. Правда, смычок трансформировался в колесо.

– Все понятно? – сквозь густую бороду улыбается Василий. – Сразу, конечно, сложно вникнуть. Я пока свою первую лиру сделал, столько шишек набил.

…Мастер берет в руки совсем еще новенький инструмент, и он начинает издавать удивительные звуки. В этот момент Василий уже пребывает в другом измерении, сливается с музыкой своих далеких предков. Красиво и трогательно звучит его голос:

«Пойдем, братцы, вдоль улицы, // Христос воскрес, сын Божия. // Зайдем, братцы, в хозяйский двор, // Христос воскрес, сын Божия. // В хозяйском дворе серебряный дым, // Христос воскрес, сын Божия…»

Слушаю песню и представляю каждую деталь, описанную в песне. И хозяйский двор, и дом, в котором горят свечи в пасхальный день.

 

Из столицы – в глубинку

Сбылась и другая мечта Василия. Уехал-таки он из Москвы. Вначале в провинциальный городок Мышкин, что в Тверской губернии, потом в Мандроги, что на границе Ленинградской области и Карелии. Окончательно решился на такой шаг после встречи во время фольклорной экспедиции с простой бабушкой-крестьянкой в белорусском селе Столбун.

Студийцы из «Дербеневки» поехали туда, чтобы стать участниками необычного обряда «Похороны стрелы», который каждую весну проводился здесь перед посевной. Вместе с жителями шли вдоль села, бросали деньги, пели песни. Останавливались на постой у местных жителей. Василия с товарищем определили к одной из местных бабушек.

Их, москвичей, тогда, конечно, поразил уровень жизни местного населения. Дома ухоженные, внутри было самое необходимое: самодельная мебель, простенькая посуда, в красном углу – икона. Электрические пробки с «жучками». У бабушки как раз в это время перегорели эти самые «жучки». Старушка запричитала: «Господи, чаго я теперь буду делать?»

Заезжие фольклористы купили в местном сельпо бабушке новые пробки, а Василий вдруг четко осознал для себя, что весьма небогато живущая бабушка на два порядка гармоничнее его, московского дизайнера при деньгах. Она, пережившая войну, ужасы оккупации, духом сильнее Василия.

– У нее все время какие-то приговорки в ходу, скажет – жить сразу хочется, – рассказывает Василий. – Я понял, что мы живем на разных планетах. Ее жизнь во сто крат беднее, чем моя, в финансовом отношении, а ее душевное состояние гораздо богаче.

Эта встреча перевернула всю жизнь нашего героя. В ноябре 2010 года он уехал в село Михайловское Тверской губернии. Испытал себя в условиях суровой 40-градусной зимы. А летом засобирался в Мышкин. Правда, через полтора года перебрался в деревню Поводнево, что от него в шести километрах. Перевез туда и часть экспонатов из музея-мастерской. Квартировал в Мышкине, летом добираясь до деревни на велосипеде, а зимой на несколько дней оставался там. Дом-мастерская был роскошный, с высокими потолками, огромными окнами, построен еще в 1881 году.

Еще в Москве Василий задумывался над созданием музея-мастерской. В столице тогда по случаю прикупил с десяток старинных патефонов. А уже потом к ним добавились другие старинные вещи, столярные инструменты.

Однако не суждено было Василию осесть в Мышкине, через три года переехал в деревню Верхние Мандроги, расположенную на левом берегу реки Свирь. В Мандрогах Василий продолжал заниматься изготовлением колесных лир и расширением своей музейной экспозиции.

 

Интерактивный музей

Два года назад Василий вернулся в Тверскую область, правда, теперь он живет и создает свой музей-мастерскую в селе Пушкино Калининского района. Большинство предметов в музее не просто экспонаты, а необходимые для жизни и работы вещи. Экспонаты разрешается трогать, держать в руках, крутить. Столярными инструментами можно поработать, на музыкальных инструментах можно поиграть. Хотите на балалайке, хотите на гармони, а может быть, на колесной лире? Гостеприимный хозяин Василий может и сам сыграть вам на любом инструменте, а уж если песню русскую затянет, и уходить из дома-музея не хочется.

Говоря о создании музея-мастерской, Евхимович подчеркивает, что он «реализует этот проект не только для собственной радости, но и для того, чтобы люди знали свою народную культуру. От этого жизнь светлее делается, а люди становятся добрее и лучше».

Наиль ШАБИЕВ, Петрозаводск, фото автора

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте