“Из позорища на ристалище”

СНГ меняет языковые приоритеты

Половина шестимиллионного населения Таджикистана – дети до 17 лет. Если и найдутся среди них желающие выучить русский язык, то сделать это можно только в двух общеобразовательных школах и Славянском университете. Скромное получается русское поле. Турецкое выглядит солидней – 5 учебных заведений. Осваивает образовательный рынок Иран: в Душанбе открылся соответствующий университет. За неполный десяток лет суверенитета языковые приоритеты республики сильно изменились. Раньше обучение в вузах велось на русском, таджикском, узбекском. “Именно в этом порядке”, – подчеркивает Абдужабор Сатторов. Процесс перемены языковых слагаемых он прошел в должности замминистра образования Таджикистана, курирующего высшую школу. Входил в рабочую группу по созданию российско-таджикского – Славянского – университета. И вот уже четыре года его возглавляет.

Центров, где берегут и распространяют русские обычаи, язык и культуру в СНГ, не так много. В этом смысле роль Славянских университетов трудно переоценить. Пока их всего три. Первый появился семь лет назад в Киргизии, второй – в 96-м году в Таджикистане. Прошлой осенью такой университет открылся в Армении. Обучение в Славянских университетах ведется на русском языке. В основе – российский образовательный стандарт плюс утвержденные региональные компоненты. Национальный язык изучается обязательно. Деятельность университетов замыкается на две законодательные и нормативные базы, финансируют их государства-соучредители на паритетных началах. Однако и при двух родителях всем живется нелегко. В дефиците мебель, книги, компьютеры и даже стены с крышей. Российско-армянский университет еще ведет строительство. В Таджикистане хоть и выделили комплекс зданий, но в гражданскую войну он был разграблен.

Из трех Славянских университетов, собирающих на жизнь с мира по нитке, самый устроенный – российско-киргизский. Он был первенцем и за 7 лет существования сумел окрепнуть, обзавестись научными центрами, исследовательскими институтами и лабораториями, завязать международное сотрудничество с университетами Европы и США. Но проблемы и здесь те же: недостаточное финансирование, материально-техническая база, библиотечный фонд. Случаются, правда, “нечаянные радости”. Ушли российские погранвойска и оставили университету здание госпиталя. Теперь там откроют факультет повышения квалификации.

О бедах Славянских университетов хорошо знают в Министерстве образования России, потому и обсуждали этот вопрос на специальной коллегии в конце февраля. В идеале подобные университеты должны быть во всех странах СНГ. И не только ради создания общего образовательного пространства и оставшегося русскоязычного населения. Здесь, как сказал министр Филиппов, затронуты геополитические интересы. Невзирая на подписанные договоры о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи, процесс вытеснения русского языка в Содружестве идет полным ходом. В Армении, например, Славянский университет – единственное высшее учебное заведение с обучением на русском языке. В Киргизии обсуждается закон, по которому вступительные экзамены даже в Славянский университет придется сдавать на киргизском…

Что же собирается делать российское образовательное ведомство? В ближайшее время решено посетить все совместные университеты, провести лицензирование, аттестацию и аккредитацию в Таджикистане, где ожидается первый выпуск; и прежде чем появится Славянский университет в Белоруссии, навести финансовый порядок в существующих.

Завершая коллегию, министр Филиппов рассказал “забавный” случай. От русскоязычных учебников в Армении переходят к собственным. Естественно, приходится переводить термины, и слово “ракета” в учебнике по ракетодинамике превратилось в быстробегатель. Мне эти языковые процессы напомнили программу адмирала Шишкова. В начале ХIХ века он яростно боролся с заимствованиями и ради сохранения национальных корней придумывал неологизмы на отечественный лад. Греческое слово “театр” и латинское “цирк” предлагал заменить на церковнославянские “позорище” и “ристалище”, а французские “калоши” и “бульвар” – на “мокроступы” и “гульбище”. По этому поводу оппоненты адмирала сочинили пародийную фразу: “Хорошилище идет по гульбищу из позорища на ристалище”, то бишь: “Франт идет по бульвару из театра в цирк”. Однако неудавшиеся “словесные” опыты Шишкова так и остались в начале ХIХ века. Теперь, похоже, дошла очередь до национальных неологизмов на постсоветском пространстве.

Ольга МАКСИМОВИЧ