Говорят, что…

… информация о сокращении учителей в Кемеровской области – это первый звонок министерству, что на смену проблеме нехватки учителей идет безработица…

– Да, действительно, в печати появились заметки о том, что в Новокузнецке сократили 800 рабочих мест, так как уменьшилось число учеников. Но, насколько мне известно, абсолютное большинство людей устроили в другие учебные заведения. Так что о трагедии безработицы пока говорить рано.
Из-за демографического спада мы оказались в сложной ситуации. Так, в Тюменской области построили несколько новых средних учебных заведений, но при этом детей в первые классы пришло меньше на 3 тысячи. В деревне Кузькино Самарской области, где мы были 1 сентября с Владимиром Владимировичем Путиным, в прошлом году было одиннадцать первоклассников, в этом – всего четыре.
Демографический спад, как это ни парадоксально, должен помочь системе образования. Особенно в городах: он разгрузит двух- и трехсменные школы, предотвратит физический износ помещений. Это шанс изменить содержание образования, уделить внимание здоровью ученика. Но вместе с тем, конечно, информация о сокращении рабочих мест – серьезное предупреждение органам управления образованием. Кроме опасности потерять квалифицированных специалистов, надо помнить и о том, что за каждым безработным стоит семья.
В каждом регионе должен найтись свой рецепт решения этой проблемы. В Москве, например, при переходе с 5-дневной недели на 6-дневную учителя начальных классов потеряли часть нагрузки, поэтому Комитет образования решил компенсировать ╚пропавшие╩ часы, доплачивая педагогам до полной ставки за дополнительные консультации, индивидуальную работу. Все учитывается и заносится в журнал. Субъекты Федерации могли бы использовать для таких целей также и свои внебюджетные средства. Переход на 12-летнее полное среднее образование также сохранил бы сотни тысяч рабочих мест учителей.
Раньше мы говорили о том, что у нас в школе много пенсионеров, мол, за их счет и надо производить сокращения. Но сейчас в российских школах осталось только 12 процентов учителей пенсионного возраста, причем велика доля пенсионеров – женщин в еще достаточно активном возрасте 55-60 лет. Например, в той школе в Кузькино нет ни одного пенсионера, а больше половины педколлектива – молодые специалисты до 30 лет.
В масштабах страны не хватает 1,5 процента учителей от нужного их количества. Но это, как говорится, средняя температура по больнице. Где-то – нехватка педагогов, особенно в крупных городах, а где-то, вот видите, сокращения.
На федеральном уровне мы должны задумываться о некоей информационной системе, помогающей учителям находить работу в других регионах. Знаю, что ваша газета печатает такие объявления, но надо эту работу развивать, думать о миграционной политике и помогать людям переезжать к новому месту работы. В Америке, например, люди в несколько раз чаще, чем в России, меняют место работы, переезжают с места на место, что сказывается на эффективности их работы. В США некоторые учебные заведения запрещают принимать к себе на работу выпускников, чтобы ╚обогатиться╩ знаниями и опытом выпускников других школ. Конечно, переезд в нашей стране – тяжелая проблема, связанная прежде всего с финансовыми трудностями, сложностями при получении кредита на приобретение нового дома или квартиры. Но мы все вместе просто обязаны работать над решением этой проблемы.