е так давно Министерством образования обнародовано письмо “О преподавании литературы в общеобразовательных учреждениях”, которое в качестве одного из возможных вариантов допускает перенос в курс 10-го класса таких ключевых тем курса 9-го, как “Д.Г.Байрон “Корсар”, “А.С.Пушкин. Лирика”, “Евгений Онегин”, “М.Ю.Лермонтов. Лирика”, “Герой нашего времени”, “Н.В.Гоголь “Мертвые души”. Очевидно, что этот перенос прежде всего существенно расширит курс 10-го класса (и без того самый об’емный в школе: только четыре тома “Войны и мира” чего стоят!).

Безумно жаль и действующий ныне курс 9-го класса! Лишенный центральных тем, он неизбежно – из разряда “старших” перекочует в “средние”, потому что будет строиться уже по методологии курсов 5-8-х классов. Это единообразие, радующее, возможно, глаз чиновника, добившегося, наконец, “завершенности” неполного среднего литературного образования (хотя, конечно, следует еще разобраться, что считать “завершенностью” и почему без “Евгения Онегина” курс 9-го класса нужно считать более “завершенным”, чем с романом Пушкина), вряд ли удовлетворит старшего подростка. А это самое существенное, ибо разве не возможность полноценного развития ученика определяет ценность содержания образования? Вот почему то глубокое сомнение, которое порождает знакомство с рассмотренным выше предложением Министерства образования, можно сформулировать тоже, “отправляясь” от старшего подростка: найдет ли он в заведомо облегченном курсе литературы ответы на те трудные вопросы, которые во весь рост встают перед человеком, переживающим “трудный возраст”?

Отечественная методика в качестве основы курса 9-11-х классов берет историю литературы. В чем ценность такого решения? В том, что момент выхода нашей культуры нового времени на просторы мировой рассматривается на подлинно научном уровне. Ведь учебный материал в этом случае обобщается уже не столько в границах одного, отдельно взятого произведения (как в предшествующих классах), сколько на уровне всемирного литературного процесса. Это дает возможность рассмотреть вхождение отечественной культуры в контекст всемирной во всей сложности и противоречивости.

“Учащиеся должны осознать место произведения в непрерывном развитии и будущем нашей культуры.., дать себе отчет не только в отдельных творениях, но и в истории литературы”, – эта выписка, сделанная из французской “Педагогической энциклопедии”, показывает, что с учебным материалом, обобщенным на уровне литературного процесса, дело имеют не только наши школьники. Весьма характерно, однако, что встреча с ним происходит во Франции позднее, в более старшем возрасте. Что же касается курса 9-го класса как такового, то можно предположить (с большой степенью вероятности), что отечественная методика литературы решает проблему развития старших подростков на таком уровне научности, которого в мире нигде больше нет.

А если так, то надо ли, руководствуясь сиюминутными, кон’юнктурными соображениями, разрушать то, что в логике развития нашей национальной культуры складывалось десятилетиями? Разрушать без какой бы то ни было мало-мальски серьезной экспериментальной проверки? Да еще сразу во всех типах средних учебных заведений? А как же быть тогда с вариативностью образования, которую ныне прославляют на каждом углу? Почему бы, например, не предоставить гимназиям право сохранить у себя трехгодичный курс на историко-литературной основе (а вместе с ним и повышенный уровень литературного образования для своих воспитанников)? Как видим, предложение “застандартизировать” сокращение старшей ступени литературного образования на одну треть порождает больше вопросов, нежели ответов. Оправдано ли оно (тем более в таком скоропалительном варианте), когда дело идет об одном из элементов отечественной педагогики, в конечном счете – нашем национальном достоянии?

Михаил БАБИНСКИЙ,

кандидат педагогических наук,

старший научный сотрудник

Лаборатории литературного

образования РАО