Было бы желание

Люблю грозу в начале мая,

Когда весенний первый гром,

Как бы резвяся и играя,

Все ходит по небу кругом.

Идем налево – песнь заводит,

Направо – сказку говорит.

Там чудеса, там леший бродит

И птичка в сени к нам летит.

Афанасий Фетчев, «Весна»

Нет, я не ошиблась в цитатах. Еще в начальной школе наш класс быстро усвоил простую истину. Как только на занятие приходили посетители или шел открытый урок, к доске вызывали именно меня. В классе четвертом, судя по большому количеству взрослых, это был открытый урок. Приглашают меня к доске, чтобы прочитала наизусть заданное на дом стихотворение. Что именно было в моей детской голове, не знаю, но я выдала приведенный выше стих… и все зааплодировали.

Да, ни один педагог не хватился, не спросил, что за произведение, кто автор. Рифмовать-то я умела всегда, но не предполагала, что взрослые специалисты не заметят подмену. Дома рассказала маме, прекрасно знавшей русскую литературу. Она расхохоталась. Объяснила, что посетители могли быть просто усталыми, а моя учительница наверняка волновалась (это мне показалось сомнительным, наша Мария Петровна просто не могла волноваться!). Мама также посоветовала учить наизусть именно то, что задано, а не декламировать свои буриме, по крайней мере на таких ответственных мероприятиях.

Сложенный из разных кусочков в детстве стишок я не раз использовала на встречах просто для юмора. Много лет спустя, слушая в учительской негодующие разговоры о том, что современные дети ничего не читают, не любят учить наизусть классику, я спросила тихо, какими учениками были сами учителя. «Вы все отличники, всегда выполняли домашние задания, читали и учили наизусть, что требовалось по школьной программе?» Ответа не последовало. Заметила улыбку на лице единственной учительницы, которая в свое время получила в школе золотую медаль, а потом в педагогическом вузе красный диплом. Она быстро склонила голову, чтобы никто не заметил ее реакции.

Вскоре подошло время очередного школьного праздника, посвященного русской классике. Было много приглашенных, ведущая – литератор – вызывала из аудитории кого-то из взрослых и предлагала прочесть наизусть какое-нибудь стихотворение. Я поняла, что подходит мой черед, встала и продекламировала свой детский стих, глядя на публику. Лишь один педагог буквально согнулся пополам, его плечи тряслись от смеха. Увы, остальные мне зааплодировали – и все. А заслуженный учитель России по окончании вечера подошел и, улыбаясь, спросил, что именно меня заставило выбрать такое стихотворение несуществующего поэта Фетчева. Я объяснила.

Мы были давно знакомы. Эрудированного педагога часто приглашали в университет для консультаций, лекций и семинаров. Хорошо запомнилось, о чем мы тогда побеседовали. «Тебя тоже в студенчестве поражало, что троечники станут будущими специалистами, будут учить детей, иногда закрепляя на долгие годы собственные ошибки?» – спросил он. Да. Однако мы сошлись в том, что встречали немало бывших троечников, которые продолжали трудиться, повышать уровень знаний и постепенно выходили на новый виток спирали. Было бы желание. Мы же педагоги, нам все по плечу.

Специфика жизни в Академгородке заключается в том, что здесь много ученых, научных сотрудников. Это порождает интересные ситуации в школах. Есть учителя, которые быстро выясняют, кем работают родители, и открыто этим пользуются. «Мне нужно место на конференции, – сообщает учитель физики. – Пусть твой муж сформулирует тему и проследит за научной частью, а ты сделай оформление». В первый раз я не совсем поняла, чего он хочет, потом рассортировала. Отец-ученый дает ребенку тему для доклада на школьной научно-практической конференции; мать-педагог следит, чтобы все было оформлено по правилам. Ученик выступает, получает место. Учитель получает дополнительные баллы, разовую доплату, включает труд семьи в свой отчет, подается на конкурс и выигрывает. Другой задает на дом задачки из учебника для первого курса университета в седьмом классе. Родители дома решают, он собирает тетради, включает в свои отчеты и т. д. Кстати, благодаря этому мы, родители, четко знали, кто из пап умеет решать какие задачки, перезванивались вечерами, наутро дети бежали в школу пораньше, чтобы все переписать друг у друга. С развитием средств связи теперь и бежать никуда не надо.

Подхожу к дому, слышу, как знакомая мама терпеливо объясняет бабушке: «Да, я знаю, что учительница сама делает ошибки, но поправлять и возражать нельзя. Нет, не говори ничего внучке, она на уроке поправит учительницу – двойка по поведению, да еще и меня вызовут в школу». Своим многочисленным родным объясняю то же самое. Вмешаешься – навредишь ребенку. Хрестоматийный случай: отец пошел выяснять, за что ребенку поставили тройку, ошибок в контрольной работе не было. Учитель долго смотрел в тетрадь и наконец торжествующе указал: «Вот, точка криво поставлена!»

В учительской открыто обсуждают, что нужно объяснять глупым родителям на собрании. Пусть дома посидят вечером со своими чадами, учитель дает сложную тему, а они должны ее проработать. Дроби, теорема Виета, беглое «е» в словах, да мало ли что еще. К чести своих коллег, отмечу, что таких всегда было немного. Прекрасных специалистов, которые считают, что их задача – дать материал на уроке, помочь разобраться с трудностями, сделать работу над ошибками, повторить контрольную работу, если надо, куда больше.

Одна из наших дочерей училась в гуманитарном классе, и мы не знали забот с физикой, математикой, экзамены сдали на «отлично». Другая – в физико-математическом классе. И уроки химии, биологии были для подростков настоящим праздником, познанием мира. Хорошо, что в силу собственного образования и профессий мы могли заполнить пустоты, исправить ошибки педагогов дома. Помогали другим семьям. А если папа – шофер, мама – кассир в магазине, что им делать?

Воспитатели в школе-интернате рассказывали, что могут помогать школьникам почти по всем предметам, кроме иностранного языка. Значит, учитель должен уметь дать любую тему так, чтобы учащиеся могли самостоятельно справиться с домашними заданиями. Здесь большую помощь может оказать методист-наставник. Не получается, не усваивается тема – нужно дать ее по-новому. Для начала понять, что не так, что мешает. Настоящий учитель всегда сумеет передать свои знания следующим поколениям.

Нина КОПТЮГ, кандидат филологических наук, Новосибирск