search
Топ 10
Школы в регионах переводят на дистанционное обучение Дистанционное обучение в школах, «Высшая лига» учителей года, отмена ЕГЭ - новости образования Учителям потребуется подтверждать, что именно они подготовили победителей Всероссийской олимпиады школьников Акт вопиющего физического воздействия и морального насилия: что случилось в школе под Калугой Эксперт подсказал выход из ситуации с самой юной студенткой МГУ Алисой Тепляковой Для учителей и воспитателей Подмосковья установили выплату в 5 тыс. рублей Тайный дневник, 1900 км, 600 человек: девятые сутки под Волгоградом ищут пропавшую школьницу Международный день объятий, который отмечают 21 января, – праздник не новый, ему 35 лет Мне есть что спеть: 25 января – день рождения поэта, барда, актера Владимира Высоцкого Гурманы отметят необычный праздник – Международный день эскимо, которому исполняется 100 лет

Брошенные Однажды отказавшись от ребенка, нетрудно это сделать во второй раз

Есть жизни, которые пересекаются с чужими драмами. Они не становятся от этого трагичнее или горше, текут своим ходом, но какой-то грустный налет все же появляется в глазах. Такие глаза у Татьяны Алексеевны Мосиной, главного специалиста по охране прав детей Химкинского района Москвы. Детское горе безутешнее, чем взрослое. Она это видела десятки раз. Но никогда не привыкнет.

Ты не бываешь к этому готов… Был у нас один мальчишечка. Вырос в детдоме. И вернулся обратно. Мама от него отказалась, когда ему было три месяца, но жилье на него успела получить. Мальчик поступил в институт, на факультет социальной педагогики. Сам, пройдя через детдом, решил помогать остальным. И вот приехал в детдом. Жить где-то надо. Пошли в дом втроем к матери. Я, он и Светлана Ивановна Холмогорова, тоже специалист по охране прав детей. Идем, а сердце дрожит. Представляю, что чувствовал он! Хоть и девятнадцать, а все равно – мальчишка. Вошли, позвонили. Открыла мать. И, не глядя на нас, процедила: “Я знаю, кто ты. Но ты здесь ничего не получишь. Ты мне не нужен”. Постояли мы минут пять – и на улицу. Он всю дорогу молчал. Потом на остановке сказал: “Спасибо. Я все понял”. Так, сгорбившись, и уехал…
Да, они все разные. А степень переживания у всех одна – высокая. С чем они знакомы с пеленок, так это с одиночеством.
“Пожалуйста, помогите отыскать мою маму, – написала бывшая воспитанница детдома. – Мне уже 22 года, но я очень одинока. Нет ни прошлого, ни будущего”.
– Многие из отказных детей убеждены, что в детский дом они попадают случайно, – невесело говорит Татьяна Алексеевна. – Не видя родителей, придумывают свой семейный мир, живут в нем. И чем взрослее, тем идеальнее для ребенка его мать или отец. Но те родители, которые переступили через себя однажды, переступят и во второй раз. Некоторые вообще забывают, что когда-то кому-то дали жизнь. Самое тяжелое, когда поднимешь архивы, найдешь эту маму, придешь… и поймешь, что все, конец. За тобой судьба ребенка, а ты ничего, ничего не можешь сделать. Одна девочка у нас добивалась встречи с матерью. Серьезная, умная девушка. Оттягиваю момент встречи. Мама – не приведи Господи! Но никуда не денешься, свидание состоялось. Мало того, что мать пьет, она и во второй раз отказалась от дочери. Каково девочке!..
Был ли случай, когда родителей можно оправдать?.. Как-то семья военного отказалась от ребенка. Зарплату не платили, родители и той и другой стороны не помогали, а тут малыш родился. Отдали в детдом. Сами уехали. Не знаю, вроде и можно понять, а подумаешь, как в войну-то было, и не можешь простить. Сердце не принимает.
И все же бывают такие моменты, когда понимаешь, ты не зря жил. Расскажу один… Сошлись молодые. Жена попалась пьющая да гулящая. Родилась девочка. Года через три муж не выдержал. Развелись. Родители жены настроились против молодого человека, не разрешая видеться с дочкой, но денежную помощь принимали. Потом мать лишили родительских прав, и бабушка с дедом разменяли квартиру, чтобы оградить девочку от попоек и побоев. Вскоре бабушки не стало. Дед попал в больницу. Девочку отправили в приют. У нее день рождения, а в приюте это обычный полдник. Ровно в пять – лишь кусок пирога побольше. Всю ночь девочка проплакала. Но не об этом речь. Мы решили найти отца и начать оформлять документы на лишение родительских прав. Знали только фамилию, и, спасибо органам милиции, они помогли, отыскали. Он, как услышал, каково девочке и что мы хотим, заплакал: “Не хочу отказываться от своего ребенка!” Устроили мы им встречу. Вы бы видели глаза девочки, когда она поняла, что кому-то еще нужна! И как светился отец!.. Прошло два года. Они ездят в детское кафе, в цирк, в парк. Отец покупает ей огромные шляпы, девочка показывает их нам и смеется. Мы тоже смеемся, а он обижается и твердит, что это модно…
Эпизод за эпизодом проходят чьи-то жизни. Стынет чай на столе. Глаза Татьяны Алексеевны, только на мгновение вспыхнув радостным огнем, вновь погружаются в грусть. Я ухожу. Проносится мимо автобус с детьми. И как-то выпукло обозначается в памяти деталь еще одной истории… Когда Диме было шесть лет, его отправили в детдом. Мать лишили родительских прав. Соседка по лестничной клетке шепнула на ушко адрес. Через два года, научившись писать, Дима отослал домой письмо. “Мама, я знаю, ты в больнице, а когда выйдешь, то заберешь меня отсюда. Не болей. Я тебя люблю. Приезжай скорее. И, пожалуйста, не бросай меня”.
Но она не откликнулась.
Наталья АЛЕКСЮТИНА
Химки,
Московская область

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте