Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Взгляд

Благородный учитель

Заметки на полях просвещения
Учительская газета, №02 от 28 января 2021. Читать номер
Автор:

Вся гордость учителя в учениках, в росте посеянных им семян.

Д.И.Менделеев

 

В послевоенные годы, когда многие многодетные семьи оказались без отцов, погибших на фронте, все тяготы жизни и содержания детей ложились на плечи матерей, которые с утра до позднего вечера работали в своем небогатом хозяйстве и в поле, чтобы в поте лица добывать хлеб насущный. Да и не все они владели простейшей грамотой, чтобы своих любимых детей не только приобщать к труду благородному, но и научить их читать и считать, хотя почти в каждом доме, вопреки новоявленной идеологии, соблюдались православные традиции, спасавшие человека от греховных падений во все времена.

Повзрослев, дети шли в школу, где трудовое и нравственное воспитание, полученное в семейном кругу, сочеталось с учебой и учительскими наставлениями достойного поведения. Важнейшая задача учителя начальных классов – научить читать и писать на русском языке, владеть нехитрыми правилами устного счета и заложить прочную духовную основу, чтобы главным ориентиром в жизни был нравственный закон, а не свобода произвола.

Даже в самом раннем возрасте воспитание детей более благотворно в школе, нежели в семье, особенно если она не вполне благополучна. «Воспитать ребенка – значит делать его ум и нрав возвышеннее, значит вести его к нравственным высотам», – утверждал известный французский писатель Андре Моруа. Лишь воспитанные на добрых традициях родители способны по-настоящему воспитать своих детей, которые уважали бы их и любили бы ближнего своего как самого себя. «Воспитатель сам должен быть тем, чем он хочет сделать воспитанника» (Владимир Даль).

Любящие родители, и чаще всего матери, прощают детям их слабости, не замечают их лени, да и не всегда пробуждают в их душе чувство совести. Они жалеют их и стремятся скорее утешить, нежели направить на путь истины. Школа же беспристрастна и строга ко всем, как сама жизнь. В ней царит некое равенство всех учеников без родительской жалости и лишнего покровительства.

Школьные условия для всех учеников в той или иной мере равны и отличаются от домашних. Ведь иногда родители, свободные от основной работы и погруженные полностью в свои хозяйские дела, не находят хотя бы несколько минут для задушевной беседы с детьми, пока не пропал интерес у них ко всему прекрасному и возвышенному. Да и сердобольные матери, очень часто бывая весьма снисходительными, не склонны замечать многие пороки своих чад, обретенные на улице, и готовы прощать их шалости, пытаясь оградить их от всех жизненных невзгод.

В школе учат основам математики, физики, биологии, химии, истории и других наук, с тем чтобы с фундаментальными знаниями о природе и человеке ученик смог осознанно выбрать свой жизненный путь, единственный и правильный. Учителя разных предметов излагают разные учения, а прилежный ученик самостоятельно выберет то, что ему по душе, интересно и полезно.

И такой выбор легче сделать, если учитель не использует полностью свои властные полномочия, а выступает в роли собеседника и наставника, при которой гораздо легче приобщается ученик к знаниям. Блажен тот ученик, будущее которого оказалось в надежных руках своего любимого учителя.

Если в душе ребенка еще в раннем возрасте пробуждается благородная любознательность, то в нем непременно будет воспитываться влечение ко всему хорошему, полезному и презрение ко всему дурному и безнравственному.

Часто в школах в перерывах между уроками разносятся звонкие детские голоса учеников младших классов, почувствовавших некую свободу от учительской опеки. Именно так веселятся неугомонные ученики, выражая радость познания. Иногда на уроках можно услышать и другие голоса – крики разгневанных учителей, которые пытаются привести в чувство некоторых нерадивых учеников, развеселившихся без причины. Очевидно, таким способом нельзя пробудить в детях стремление прилежно учиться. Всякое принуждение учителя не на пользу ученикам.

Дети обладают индивидуальными способностями и разными склонностями, данными Богом и природой, и заметить их даже хороший учитель может не всегда и далеко не сразу, в течение нескольких лет. И это все же может сделать только опытный учитель, любящий своих учеников, как самого себя.

Многие ученики, недостаточно хорошо воспитанные дома, гораздо легче усваивают привычки, не всегда лучшие, и чужое мнение для некоторых из них гораздо дороже, чем то, что пытается втолковать учитель на уроке. Да и трудно изменить сразу в человеке все, что заложено наследственной природой, и нелегкая задача учителя заключается в том, чтобы направить ученика в сторону полезного и совершенного. «Учителя, которым дети обязаны воспитанием, почтеннее, чем родители: одни дарят нам только жизнь, а другие – добрую жизнь» (Аристотель).

Главная задача учителя заключается в том, чтобы его наставления и изучение школьных предметов сделали ученика высоконравственным и просвещенным человеком. К тому же для полноценного школьного образования весьма полезно обучение детей одному или нескольким ремеслам. Всегда и везде нужны не только знающие, образованные люди, но и умеющие работать своими руками, это полная гарантия избавиться от зависимости от разных мастеров. Умение самому делать что-то полезное и нужное без мастера пригодится и дома, и на работе.

Обеспечить фундаментальные знания о природе и человеке и дать определенные профессиональные навыки в той или иной сфере трудовой деятельности – такая практически важная и вполне обоснованная задача была поставлена перед отечественным образованием в начале шестидесятых годов прошлого века. Для ее решения десятилетнее среднее образование было преобразовано в одиннадцатилетнее.

Трудовое обучение, включавшее теоретические и практические занятия, проводилось на дополнительных уроках в последних двух классах с прохождением производственной практики и с завершающей аттестацией.

По такому учебному принципу с трудовым обучением были преобразованы многие средние школы, в том числе и школа в селе (ныне агрогородке) Литвиновичи, расположенном вблизи реки Сож в Гомельской области Белоруссии. В этой сельской школе с замечательными педагогами, настоящими подвижниками просвещения, мне посчастливилось учиться в последних четырех классах после окончания Вощанской семилетней школы.

Учась в десятом и одиннадцатом классах Литвиновичской средней школы и проходя трудовое обучение, которое мне нравилось, кроме школьных учебников я пытался самостоятельно освоить премудрости других книг. Одной из таких мудреных книг был «Сборник задач по математике» Моденова, купленный моим старшим братом Василием в городе. В нем содержались математические задачи повышенной трудности. Некоторые из них не всегда удавалось решить сразу, хотя задачи, изложенные в школьных задачниках, решал без особых затруднений.

Одну задачу из сборника Моденова при всем моем стремлении и желании не мог решить даже после нескольких попыток. Тогда я решил обратиться к своему учителю Александру Васильевичу. Он не отказал мне, хотя был очень занят школьными и своими делами, включая учебу в Белорусском государственном университете на заочном отделении. К тому же он вел занятия по физике, а не по математике.

Мне казалось, что он, обладая незаурядной эрудицией и широким кругозором, может подсказать, как подступиться к задаче, хотя по своей трудности она явно выходила за пределы школьной программы. Учитель, прочитав условие задачи, задумался. Сосредоточившись, думал и я без всякой надежды на успех. И так, почти в безмолвии, продолжалось около двух часов. Это было после уроков, когда все классы опустели и школьники разошлись по домам, да и учителей не было видно.

Александр Васильевич сказал лишь несколько напутственных слов, но их в то время оказалось недостаточно, чтобы сразу найти решение. Только на следующий день после небольшого отдыха в спокойной домашней обстановке неожиданно пришла в голову мысль, как подойти к этой головоломной задаче, и наконец-то я ее все же решил и был бесконечно счастлив.

Именно тогда я понял: для прилежной учебы все часы хороши, а всякое место для занятий вполне приемлемо. Учиться можно не только во время уроков в классе, внимательно слушая учителей, не только при выполнении домашних заданий, но и в любое другое время, когда в голову самопроизвольно приходят хорошие мысли…

С отличными оценками по всем предметам в аттестате, будучи уверенным в своих знаниях и силах, а вернее сказать, будучи самоуверенным, как это часто бывает в юные годы, я все же рискнул поступать на физический факультет Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова, что на Воробьевых (тогда Ленинских) горах.

О нем я уже знал: мне посчастливилось видеть его, когда с небольшой группой лучших школьников, старшеклассников со всего района, по путевке мы ездили в Москву, на ВДНХ. Эту путевку мне вручил директор П.М.Сергеенко, опытный организатор школьных дел, заботившийся об учителях и учениках.

Во время обзорной экскурсии по столице останавливались на Красной площади, в Кремле (в то время вход в него был свободным) и в других примечательных местах. Конечно же, нас отвозили и на Воробьевы горы. Выйдя из автобуса, я увидел памятник Ломоносову, а за ним во всей красе и во всем великолепии предстал огромный комплекс университетских зданий, в центральной части которого особо выделялось необычно высокое здание с золоченой звездой, сияющей в солнечном свете на фоне голубого неба с серебристыми перистыми облаками, недвижно повисшими в высоте…

Не в замечательное время той незабываемой поездки, когда своими глазами я увидел университет, а только спустя два года, после окончания средней школы с золотой медалью, я все-таки решил поехать в Москву, чтобы попытаться покорить Воробьевы горы. Хотя как победитель республиканской олимпиады по математике имел явные преимущества при поступлении в Белорусский государственный университет.

За деньгами на поездку я не обращался к своим родителям. В нашей многодетной семье, как и в других крестьянских семьях, с великим трудом сводивших концы с концами, едва хватало денег, чтобы купить хлеб и выплатить грабительские подати.

К тому времени я старался быть самостоятельным и независимым. За несколько лет у меня накопились свои небольшие деньги: за опубликованные заметки и стихотворения в районной газете мне присылали скромные гонорары, и их вполне хватило, чтобы поехать в Москву. К написанию заметок и стихосложению меня приобщил мой школьный учитель литературы Василий Максимович Клименков, известный белорусский поэт и писатель…

Заканчивался срок приема документов на физический факультет (здесь он начинался раньше, чем в других вузах), а аттестаты выпускникам нашей школы еще не выдали, их не доставили из районного отдела образования, находившегося в городе Рогачеве, примерно в 70 км от села Литвиновичи. По просьбе директора школы мне доверили поехать в этот отдел и взять бланк аттестата.

Работники отдела, приветливо встретив меня, выдали его. Испытав чувство радости, преодолев немалое расстояние на попутных грузовых машинах и пешком, в тот же день я привез бланк в школу. Его тут же заполнили, подписали ведущие учителя и директор. Поставили гербовую печать, и на следующий день рано утром с аттестатом зрелости и другими документами, включая удостоверения победителя олимпиад, я отправился поездом в общем вагоне в Москву.

Приехал поздно вечером, но еще не стемнело. От станции метро пешком дошел до университетских зданий.

В приемной комиссии физического факультета никого не было, кроме дежурной сотрудницы. Она сразу же сказала, что документы уже не принимают. Я знал об этом, когда пытался вовремя получить аттестат в своей школе. Сотрудница комиссии, бегло посмотрев на документы и на меня, весьма скромно одетого, оказалась добродушным и отзывчивым человеком, не выслушав до конца объяснений о моем опоздании и сжалившись, сделала исключение – все же приняла документы и выписала расписку и направление в общежитие.

Позднее выяснилось, что документы приняла Зоя Андреевна Горбунова, определившая мою дальнейшую судьбу. Она долгое время работала на кафедре оптики у профессора Л.В.Левшина, выполнявшего тогда обязанности ответственного секретаря приемной комиссии…

После длинной и утомительной дороги, промаявшись кое-как ночь на матрасе без постельного белья в комнате студенческого общежития, что на Ломоносовском проспекте, я не смог выспаться как следует, а экзамены начинались в тот же день, ровно в девять часов утра…

Задачи по математике на вступительных экзаменах на физическом факультете оказались чрезвычайно сложными, и я не знал, с какого боку к ним подойти, не мог собраться с мыслями и сразу сосредоточиться после бессонной ночи. В то время первым был экзамен по математике, после него большинство поступавших отсеивалось, оставалось не более двух претендентов на одно место, хотя изначальный конкурс для вчерашних школьников составлял более двадцати человек.

Поступали на факультет абитуриенты, приехавшие из разных областей, из всех союзных республик.

Было много выпускников средних школ с золотой или серебряной медалями. Были и хорошо подготовленные в специализированных математических школах либо занимавшиеся с опытными репетиторами. Были и производственники со стажем работы, и демобилизованные из армии и флота, для этих двух категорий предусматривался гораздо меньший конкурс по сравнению с остальными, составлявшими подавляющее большинство.

Приезжали поступать из больших и малых городов, из сел и деревень, откуда на крыльях разве что можно долететь…

Во время решения задач на вступительных экзаменах я вспоминал, как мы с Александром Васильевичем Ладиком, любимым моим учителем физики, пытались решить задачу повышенной трудности из сборника Моденова. Вспомнил, как решение все же пришло, но далеко не сразу. И такое благостное воспоминание помогло мне сосредоточиться, собраться с мыслями, что и вселяло некую, хотя и очень слабую, но все же надежду на успех…

К концу отведенного времени мне удалось худо-бедно записать решения задач. Сдал я экзамены и по другим предметам, и, таким образом, мне улыбнулось счастье – моя фамилия оказалась в списках студентов, зачисленных на первый курс физического факультета Московского государственного университета.

Будучи студентом, я узнал, что Петр Сергеевич Моденов, чьи задачи мне с трудом удавалось решить, вел семинарские занятия по высшей математике на первом курсе. Подобные занятия в нашей учебной группе вел другой превосходный преподаватель – Владимир Михайлович Дубровский, замечательный человек, наделенный Богом и природой даром талантливого педагога с незаурядными способностями сеять доброе и вечное.

К обоим преподавателям высшей математики с большим уважением и любовью относились все студенты, высоко ценили их благородный труд.

Они, свободно владея высоким методическим мастерством, могли изложить и объяснить сложные математические вопросы на доступном языке, когда абстрактные определения и доказательства теорем становились понятными, а в ряде случаев и очевидными. И это было важно особенно для нас, приехавших покорять Воробьевы горы из разных деревень и сел и пытавшихся усердно и прилежно учиться наравне с другими, более подготовленными к учебе, совсем не похожей на школьные занятия.

Университетские преподаватели с высокими учеными степенями и званиями, владевшие в совершенстве своим предметом, в непринужденной обстановке стремились предоставить каждому студенту полную свободу и возможность проявить свои способности и душевные склонности, помогали досконально осваивать и высшую математику, и общую физику, а вместе с ними познавать красоту и гармонию природы.

Благодаря их кропотливому и самоотверженному труду даже студенты с далеко не блестящими школьными знаниями догоняли более сильных и подготовленных студентов и, поднимаясь на более высокий уровень знаний, уверенно шли в гору, чтобы покорить ее вершину…

Во время зимних и летних каникул на первых курсах я приезжал ненадолго домой к родителям и заходил к Александру Васильевичу, своему учителю физики. В домашней гостеприимной обстановке мы обсуждали некоторые вопросы высшей математики и аналитической геометрии, лекции по которым я уже прослушал и сдал по ним экзамены.

Я сразу же понял, что он свободно владел этими вопросами, хотя они явно выходили за рамки школьных знаний. Ему интересно было знать, что Моденов, чью задачу несколько лет назад мы пытались решить, преподает математику на физическом факультете, где мне посчастливилось учиться.

Александр Васильевич никогда не отказывал в просьбе помочь выполнить задания по высшей математике и общей физике многим выпускникам средней школы, своим бывшим ученикам, поступившим на заочные отделения разных институтов, в основном сельскохозяйственного профиля, будущим агрономам, зоотехникам и председателям колхозов и совхозов…

Как бывший военный летчик, учитель физики свободно и блестяще владел не только своим предметом преподавания, но и разной техникой, включая радиотехнику. И после уроков свои технические знания стремился передать ученикам, которые после окончания школы поступали в военные училища и становились кадровыми офицерами.

По своему призванию и отношению к любому делу он был настоящим учителем, любившим своих учеников. «Человек всегда учится лишь у тех, кого любит. Те, у которых мы учимся, правильно называются учителями, но не всякий, кто учит нас, заслуживает это имя», – утверждал немецкий мыслитель и естество­испытатель Иоганн Гете.

При непосредственном участии учителя физики ремонтировались и поддерживались в рабочем состоянии школьный грузовой автомобиль, а потом и трактор «Беларусь». На автомобиле мы совершали экскурсию в областной город Гомель, организованную учителем химии Марией Ивановной Курбацкой, внимательным и добродушным педагогом.

Во время длительной поездки (более четырех часов в дороге) учитель физики сменял несколько раз водителя автомобиля. Вести автомобиль – непростая задача, если учесть, что он был отнюдь не новый и прошел тысячи километров по проселочным дорогам, которые часто бывали разбитыми и непригодными для езды…

Александру Васильевичу поручали разные задания: обеспечить школу электричеством, построить во дворе котельную для подачи тепла в классы через нагревательные батареи вместо печного отопления, требовавшего много хлопот, особенно в холодные зимы, когда суровые северные ветры, вовсю буйствуя, пронизывали все и не давали согреться в классах даже при хорошо натопленных печах.

Учитель физики, легко осваивавший любое дело, отличался необыкновенной эрудицией и поистине сократовской широтой взглядов на все, включая свой предмет преподавания и познание природы и окружающего мира в целом. Когда у Сократа спросили, откуда он родом, он не ответил: «Из Афин», где родился, а сказал: «Из Вселенной!»

Древнегреческий мыслитель смотрел на Вселенную как на родной дом. Свои вечные мысли он излагал в устной форме, и они нашли развитие в сочинениях его учеников – Платона, Ксенофонта и других философов. Платон основал первую в мире Академию, где придавалось большое значение математике, развивающей логическое мышление…

Выдающиеся учителя и талантливые ученики были не только в древние времена. Так, во второй половине позапрошлого века важную роль в становлении и распространении церковно-школьного обучения в России сыграл выдающийся русский педагог-просветитель С.А.Рачинский. Его просветительские труды высоко ценили К.П.Победоносцев, Л.Н.Толстой и И.С.Аксаков.

В школе Рачинского учились разные ученики, ставшие выдающимися учеными и инженерами. Учился в ней и Н.П.Богданов-Бельский, будущий известный русский художник. Учитель разглядел талант своего ученика и помог ему получить достойное художественное образование. Благодарный ученик написал картину «Устный счет. В народной школе С.А.Рачинского».

Эта уникальная картина стала подлинным шедевром русской живописи. На ней изображены любознательные ученики и их любимый учитель Рачинский, профессор Московского университета. Все ученики предельно сосредоточенны и погружены в глубокое раздумье. Они надеются и верят, что смогут решить задачу, написанную на доске в виде арифметического примера. Их детские задумчивые лица светятся от радости.

Увлекательные уроки физики Александра Васильевича Ладика и беседы с ним в свободной, непринужденной обстановке полностью предопределили мою судьбу и мой выбор стать физиком, чтобы в дальнейшем заниматься своим любимым делом. В знак благодарности я посвятил его светлой памяти одну из первых своих научных книг, выпущенную центральным издательством «Знание» многотысячным тиражом.

Учитель физики успешно справлялся не только с преподаванием своего предмета, но и с другой непростой задачей – вести столярное дело, которым он никогда профессионально не занимался. Вспоминается, с каким увлечением рассказывал об этом новом для него предмете.

И у нас, учеников, складывалось впечатление, что он когда-то сам работал столяром: собирал оконные рамы с весьма точным подгоном, мастерил двери с филенчатыми вставками, виртуозно владея рубанком и лучковой пилой. Практические занятия вели другие учителя: мастер на все руки К.М.Агеенко и высококлассный столяр-самоучка И.П.Петраченко.

Всех моих школьных учителей, в совершенстве владевших своим профессиональным делом, можно охарактеризовать словами известного русского писателя Льва Толстого: «Если учитель имеет только любовь к делу, он будет хороший учитель. Если учитель имеет только любовь к ученику, как отец, мать, – он будет лучше того учителя, который прочел все книги, но не имеет любви ни к делу, ни к ученикам. Если учитель соединяет в себе любовь к делу и к ученикам, он – совершенный учитель…»

В конце обучения в одиннадцатом классе Литвиновичской средней школы для оценки квалификации каждый ученик получил задание смастерить определенное столярное изделие. С учетом качества выполненной работы рабочая комиссия присваивала тот или иной разряд. Мне присвоили очень высокий, четвертый, разряд, а остальным – только второй.

Профессиональные навыки и знания столярного дела мне пригодились в дальнейшем в университете: в геофизических экспедициях, при выполнении сложнейших экспериментальных работ в лаборатории профессора Р.В.Телеснина. Владение столярными и слесарными инструментами оказалось нелишним в повседневной жизни – в быту и на даче…

Обретенные практические навыки, познание окружающего мира и самого себя приносят больше пользы, когда они применяются на деле и претворяются в жизнь. Важно знать те или иные природные явления либо исторические факты, но гораздо важнее осознавать причины их возникновения, чтобы определить обоснованно и однозначно цели и задачи действий и оценить их с высоты нравственных позиций.

В современном мире очень важно не только познать живую природу во всех ее многообразных проявлениях, но гораздо важнее сохранить и защитить ее от чрезмерного воздействия человека со своими почти неограниченными технологическими возможностями изменять до неузнаваемости все вокруг. Сохранить природу в естественном состоянии – важнейшая задача современного человечества.

Степан Карпенков, лауреат Государственной премии и Премии Правительства России, доктор технических наук, профессор

 


Комментарии


Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt