Жизнь

– Ты же понимаешь, что это унижает нас, – кипятился мой четырнадцатилетний сын. Я понимала, что он прав, но мне во что бы то ни стало хотелось его уговорить.

есь сыр-бор разгорелся из-за бумажки, которую сын принес из школы. Мне следовало написать заявление на имя директора по образцу. Он был перед глазами: “Прошу обеспечить бесплатным питанием моего сына в связи с его недоеданием дома”. Я не говорю о стиле, не об этом речь. Понимаю, что классный руководитель исходила из самых добрых побуждений. Только несколько ребят из класса получили такие бумажки. “Знаешь, сынок, – выпалила я скороговоркой. – Так уж устроена жизнь. Прежде чем тебе что-то дадут или помогут, тебя могут обидеть, оскорбить. Нечаянно, ненароком. Ну что тут поделаешь. Ты согласен?” Сын упорно молчал. “Хорошо, давай оставим до завтра, подумаем вместе”, – предложила я.

памяти вдруг всплыла недавняя встреча с ребятами из Краснодарского кадетского корпуса. Они тогда поразили меня. Обращались друг к другу на “вы”. Подождали, пока я сяду, спросили разрешения сесть, отвечали на все вопросы спокойно, с достоинством. Закончили беседу непривычным для меня “честь имею”. Тогда мое сердце кольнула какая-то смутная тревога. Ее причину я поняла сейчас. Когда каждый день видишь угодливо согбенные спины мужчин, заискивающих перед начальством, во всем поддакивающих ему, то понимаешь, в какой мир приходят жить наши дети. Каких юношей, гордых, горячих, честных, жизнь затем “обкатывает”. Они становятся ровными, как морские камушки.

тром мой сын, уходя в школу, спросил: “Ну что сказать классному руководителю?” Я собралась с силами: “Давай откажемся, сынок”.

Надежда ТУМОВА

Вкратце

Вечер хулиганских вопросов

В 1996 году 500 тысяч молодых людей, не поступив в вузы, пополнили ряды безработных. С января по август 120 тысяч преступлений было совершено детьми до 14 лет, а подростки 14 – 17 лет были задержаны правоохранительными органами 135 тысяч раз. За кражи, разбой и убийства.

С 1994 года Управление информации и общественных связей МВД России проводит акцию “МВД и молодежь”. В ее рамках работники правоохранительных органов выезжают в школы, где проводят увлекательные “Вечера хулиганских вопросов”, легко и понятно обьясняя ребятам суть основных государственных, уголовных и житейских законов, спокойно и с юмором отвечая на самые каверзные вопросы: почему бьют в милиции или что будет, если плюнуть милиционеру в лицо? Обычно в восторге от подобных встреч остаются и дети, и учителя, и сами милиционеры. Пресс-служба МВД не устает напоминать, что любая школа страны может совершенно бесплатно устроить у себя такой праздник, пригласив на него опытных участковых, работников ГАИ, пожарных и криминалистов.

Вторым важным событием акции “МВД и молодежь” стал подмосковный летний спортивный лагерь для трудновоспитуемых подростков “Щит и меч”. Так как сегодня бывшие пионерские лагеря превратились в дорогие базы отдыха для детей из обеспеченных семей, то офицеры МВД решили, что смогут организовать летний лагерь самостоятельно. Ребята жили по армейскому распорядку дня, питались в солдатских столовых и все свободное время проводили с теми, кто нюхнул пороху в Чечне и мог рассказать немало о настоящих опасностях и приключениях.

И вот в сентябре 1996 года милиция начинает новую акцию: “МВД и щефство над молодежью”. Эта программа рассчитана на два года и будет посвящена законам, пропаганде здорового образа жизни и психологической реабилитации сложных подростков. Недаром, наверное, ее официальная презентация прошла в уникальной авторской московской школе N 1073, которую между собой сами милиционеры называют “островком безопасности”.

Анна Х╡усталева

Сладкая дворовая жизнь

Новый взгляд на подростковую наркоманию

В московском Комплексе социальной помощи детям и подросткам работают свыше 100 специалистов, среди которых учителя и дефектологи, психологи и психиатры, наркологи и педиатры. Такой “пестрый” набор не случаен – в учреждении обучаются и проходят коррекцию дети и подростки с различными видами и формами отклонений в развитии. К сожалению, среди них встречаются и такие, для которых наркотики – слово не только из зарубежного кинобоевика.

Один из специалистов комплекса, врач, психиатр-нарколог, кандидат медицинских наук Александр соловов полагает, что отношение к подростковой наркомании нуждается в определенном переосмыслении.

– Какие новые факторы и причины возникновения подростковой наркомании стали известны в последние годы?

– Прежде всего тяжелые микросоциальные условия. И, конечно, неполная деструктурированная семья, не способная избегать конфликтов. У детей из подобных семей легко возникают зависть, подавленность, беспокойство в сочетании с чувством ненужности, ущербности. Нередки случаи демонстративно-шантажного употребления наркотических веществ с целью повлиять на конфликтную ситуацию в семье.

– Но нередко бывает и так, что в семье все благополучно, а подросток попадает под влияние молодежных группировок?

– Благополучно? Да, такие семьи у меня тоже были на приеме. Только оказывалось, что отец – прекрасный семьянин и ответственный работник банка, трудится по 18 часов в сутки с одним выходным, у доброй и любящей мамы еще один малыш, готовящийся к школе, бабушки с дедушками на даче. В такой “благополучной” семье и растет этот абсолютно заброшенный ребенок.

Молодежные группировки практически не меняются, и если появляются новые, то как ответвления от других. Значительное изменение претерпели группы по территории проживания – “дворовые компании”. Компания, как правило, веселая: в ней трудно определить лидера, нет слабых и “обиженных”, нет “крутых разборок”, царит согласие. В такой группе идет постоянный поиск получения удовольствия, в том числе с помощью наркотиков. Как тут быть? Методы борьбы известны – инспекция по делам несовершеннолетних. Другого “инструмента” для разрушения негативной группы пока нет.

– По каким изменениям в поведении можно сделать вывод, что подросток начал принимать наркотики, и есть ли разница в поведении у “благополучных” и “неблагополучных” детей?

У “неблагополучных” детей на первом плане выступают грубые нарушения дисциплины в школе. Пропускают уроки, вымогают деньги у физически слабых, младших, группируют вокруг себя учеников, отрицательно настроенных к учебе, часто из заведомо состоятельных семей. Кстати, сейчас ребенок “нового русского” – лакомый обьект для наркомафии.

– Куда следует обращаться, если возникает подозрение, что ученик принимает наркотики?

– В коммерческих наркологических учреждениях и центрах работает определенный круг специалистов, среди которых есть и достаточно серьезные профессионалы. Но необходимо учитывать главную ориентацию этих структур – бизнес. А это не всегда по карману родителям.

Наиболее серьезным и многообещающим стало обучение ряда врачей, психологов, педагогов методике “Лайф скилз интернейшнл”. В Москве, кстати, уже существует центр, где используется программа, адаптированная к нашим условиям. Одна из ее особенностей – возможность применения в любом возрасте, начиная с 5 лет. Сами дети в игровых формах дают себе установки на здоровый образ жизни. При создании медико-педагогических центров эта методика может рассматриваться как одна из основных.

– Правда ли, что дети и подростки, принимающие наркотики, имеют низкий интеллектуальный уровень?

– Как правило, у большинства детей, употреблявших наркотические вещества, не отклоняющийся от нормы уровень интеллекта. Правда, у них не развита эрудиция. Личностные особенности проявляются скорее в мотивационной и эмоциональных сферах. У некоторых выявляется отсутствие собственного мира мечтаний и фантазий. При этом поведение характеризуется большой реалистичностью, одновременно скрытностью, сочетающейся с лживостью и неискренностью.

Вадим РОДИОНОВ,

заместитель директора Комплекса социальной помощи детям и подросткам

Тюремная школа – окно на свободу

“тюремном” ведомстве Томской области работают три средние и одна неполная средняя школы при колониях, два УКП при колонии и следственном изоляторе для несовершеннолетних преступников. Трудные времена настали для них. В этом учебном году в Дзержинской ВТК (мальчишеской) школа перестала быть средней. В Томской ВТК (девичьей) школу удалось сохранить, но часть классов пришлось укомплектовать по 50 человек! Нет средств на приобретение учебников, художественной литературы, школьно-письменных принадлежностей, ремонт помещений, содержание лаборантов. Ни в одной школе нет компьютера. Но все равно все эти школы живут, не гаснут костерки знаний.

Немного в них работает педагогов – всего четыре с половиной десятка, но все они профессионалы, инициативные и самое главное – душевные люди.

Интересно, что педагогические коллективы у нас стабильные. Может быть, потому школа у осужденных пользуется большим авторитетом. Она, образно говоря, – окно на свободу. Конечно, не все ученики в школу пошли с желанием. Часть осужденных в школу обязал ходить закон. Но подавляющая их часть постепенно втягивается в учебу. В прошлом году из 820 человек сорок получили среднее, а 118 – общее образование. В этом году по дороге знаний пошло на 130 учащихся больше, чем в прошлом. Отчасти это связано с тем, что не все осужденные обеспечены работой и, чтобы как-то убить время, идут в школу. Еще не так давно были трудности с комплектованием старших классов, а ныне значительная часть учащихся ВТК обучается в пятых-шестых-седьмых классах, открыты и вспомогательные классы. Следует отметить: очень большой процент малолетних преступников – психически неполноценные люди, и к этим мальчишкам и девчонкам нужен особый подход. А основное оружие учителя и по сей день – слово. Бывает и так, что и через несколько лет после освобождения ребята пишут учителям в колонию. Взрослые ученики говорят о том, что в стенах школы они забывают о прошлом, и здесь как бы протекает жизнь здорового быта, нормального человеческого общения.

Ребячьи письма разные, как человеческие судьбы. “Я считаю себя виноватым перед вами, Раиса Ивановна. Я приехал в ВТК – мне было 15 лет, а сейчас 20… У меня не осталось человека ближе, чем вы. Сейчас мне очень нужны советы, как жить дальше”. “…Куча новостей! Призвали в армию! Ездил домой в отпуск. Познакомился с одной девчонкой. Она приехала на отработку в школу после пединститута. 6 ноября у нас с Олей была свадьба…”

Бывшие воспитанницы Томской ВТК тоже шлют письма своим педагогам: “Напишите, как вы провели учебный год и все о себе. И если не трудно, то вышлите свою фотографию – я так сильно соскучилась – вы просто не представляете! Очень не хватает вас, ваших уроков русского языка и особенно литературы. Здесь я закончила школу (почти на “отлично”). Это все благодаря вам!”

Педагоги – люди творческие. Одни широко используют возможности библиотек и клубов, другие – школьного музея боевой и трудовой славы подразделения. Кто-то делает упор на духовность: так, в школах ВТК ведутся уроки по теологии. А в 4-й школе открылся в этом году православный храм. Учителя приглашают к ребятам творческие коллективы города и области, деятелей культуры и искусства.

Пожалуй, трудно выделить отдельно кого-то из учителей, работающих в школах при ИТУ. Все они делают свое дело на “отлично”.

Василий ПОЛЯКОВ,

сотрудник Томского УВД