search
Топ 10

“УГ” в моей судьбе

Прима из республики ШКИД

-Мне было двадцать, а за плечами – студия МХАТа и вечерний курс в пединституте, – вспоминает Софья Филипповна Иванова о своем послевоенном дебюте в школе для трудновоспитуемых. – Мою предшественницу дети спустили с лестницы, после чего ее увезли в больницу. Завучем в 108-й тогда работал Юрий Анатольевич Яковлев, будущий редактор “Учительской”. Помните фильм “Республика ШКИД”? Так вот, 108-я представляла собой нечто подобное. Там учились “детишки”, исключенные из московских школ. Это были здоровые парни, стеснявшиеся носить в школу ранец. Учебник за ремень, кепку на голову и – вперед. Они оставались по два-три года в каждом классе, и никого это не волновало, кроме нас, учителей. Как-то меня спросили, почему я не пишу в дневник замечания своим ученикам? А для чего? Их же никто не читает. Однажды я стала свидетельницей не совсем обычной сцены. В школу пришла мать одного ученика – усталая, пожилая женщина с Трехгорной мануфактуры. “Коль, а ты в каком классе учишься?” – спросила она сына. Этот вопрос до глубины души поразил меня. Казалось, что мать и сын впервые видят друг друга.

…Мне вспомнился один эпизод, о котором рассказывал мой дед. Он вернулся с фронта и устроился учителем географии в точно такую же школу. Человеку, который прошел фронт и плен, есть с чем сравнивать. Но подчас и у него сдавали нервы. Один раз на уроке он швырнул указку в кого-то из учеников, попал в висок, парня увезли в больницу. Но никто из тридцати человек, сидящих в классе, учителя не выдал. А тот парень соврал, что ударился о парту…

– Они были людьми. С надломом, неуравновешенные. Но я могла доверить им свою маленькую дочь и быть абсолютно уверенной, что с ней ничего не случится. Скорее, они сами бросятся под автобус или прыгнут с моста, но маленького ребенка в обиду не дадут. Летом я ездила с ними в лагерь, зимой водила в театр. Помню, смотрели “Друг мой, Колька”. Как они переживали! В главном герое они видели себя. Вы знаете, на самом деле это были тонкие, ранимые натуры, отзывчивые, чуткие к чужому горю.

– Я помню фильм “Друг мой, Колька”. Не знал, что был еще и спектакль.

– Ну что вы! Это был прекраснейший спектакль. Он шел в ТЮЗе, на него невозможно было попасть. Тем не менее мой 6-й “В” посмотрел его. Не помню, каким образом удалось достать билеты. Помню только, что в этот вечер, как назло, было родительское собрание. Завучем в нашей 108-й, как я уже говорила, был Юра Яковлев. Я – к нему: “Юра, выручай! Веди собрание, а мне надо с детьми в театр!” Слава Богу, он согласился, и спектакль мы все-таки посмотрели.

– Не жалеете, что бросили театральную студию?

– Нисколько. Знаете, сцена – она затягивает. Ею просто заболеваешь. Ох уж эти люди искусства! Я готова была работать бесплатно 24 часа в сутки. А приходя домой, даже не замечала, что моя комната находится в подвале и что зимой нет горячей воды. Кстати, мой дом в Арбатском переулке до сих пор сохранился. Дом 6, дробь 2. Я была там недавно. И решетки на окнах еще с тех времен…

Но студия не прошла для меня даром. Получилось удачное сочетание театрального образования с педагогическим. Хороший учитель – это, как правило, хороший актер, а урок его – маленький спектакль, яркий, запоминающийся… Потом темой своей диссертации я выбрала “Формирование речевого слуха и культуры речи на уроках русского языка”. Что мне дала театральная студия, так это – постановку голоса. Говорить не гортанью, а на диафрагме – этому, к сожалению, не учат в пединститутах. Поэтому молодые учителя к концу первого сентября обычно срывают голос. Добрых десять лет я проработала в обществе “Знание”. Ездила по стране с лекциями об ораторском искусстве. Меня пригласили туда как раз после выхода книги “Специфика публичной речи”. Кстати, первые статьи в “Учительской” были именно на эту тему.

– Когда это было?

– Это уже конец семидесятых. В газету меня привел Юрий Анатольевич Яковлев. И с тех пор – уже около двадцати публикаций. Была даже одна, я вам сейчас ее покажу… Название неброское “Флажки на карте”, но этот очерк победил в конкурсе “УГ”-82. Я рассказывала об одном выпуске пединститута в городе Комсомольске-на-Амуре. Студенты подобрались замечательные.

– Комсомольск-на-Амуре?

– Да, я там три года преподавала на филологическом факультете. Приехала с лекциями от общества “Знание”, да так и осталась. Смешно вспомнить, друзья-одноклассники провожали меня, как “жену декабриста”. А мне там понравилось.

– Уехать на три года из Москвы! Спокойному течению жизни вы предпочитаете крутые повороты. Как, например, сейчас. Вы обратились к религии. Что вас побудило к этому?

– Знаете, причины, по которым я пришла к православию, достаточно личные. Мне бы не хотелось рассказывать о них. Скажу только, что теперь для меня нет ничего роднее и дороже гимназии “Пересвет”. Это мое детище, которое неимоверными усилиями все-таки удалось создать. И сейчас в ней учатся дети, познают русскую культуру, православие, риторику, историю.

– Что ж, мне остается только пожелать вам удачи в вашем добром начинании. В заключение, Софья Филипповна, несколько слов в адрес “Учительской газеты”.

– Я читаю “Учительскую” на протяжении сорока с лишним лет. Должна сказать, что она всегда отвечала своему названию, так же, как, впрочем, и грифу, стоящему под ним: сначала – Министерство просвещения, потом ЦК партии и, наконец, независимое педагогическое издание. Думаю, независимость – это главное приобретение “Учительской”.

Дмитрий ЕГОРОВ

Фото автора

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте