У Альберта Эйнштейна как-то спросили, как делаются изобретения. Очень просто, ответил ученый, все знают, что этого сделать нельзя, но находится человек, который знает, что можно. Вот он-то и делает изобретение. А что знают дети? У них мало жизненного опыта, зато остро развита интуиция. Их пытливый ум подталкивает к нестандартным решениям. Благодаря своему незакомплексованному мышлению дети выдают как будто бы дикие на первый взгляд, фантастические идеи, в которых часто тем не менее есть очень ценное зерно.

Юный изобретатель порой неотчетливо проводит в своем сознании границу между собственными фантазиями и научным поиском. Однако именно фантазию и используют педагоги на занятиях, приводя ее в определенную конкретную техническую форму – идею. Жюль Верн, помнится, фантазировал без меры, а около 60 процентов его, казалось бы, несбыточных идей реализовано. Так что фантазии – это одна из ступенек развития изобретательства у детей.

Эта плодотворная мысль и подвигла самарских педагогов создать научно-исследовательскую экспериментальную лабораторию детского изобретательства. С инициатором, исполнительным директором научно-исследовательского координационного объединения “Таланты России” (НИКО) Михаилом Гуревичем, я знакома 3 года. И каждый раз, встречаясь с ним, вижу его вулканическую энергию и неиссякаемый интерес к ребячьему творчеству.

8 лет назад Михаилу Моисеевичу удалось пробить первую и единственную в России детскую лабораторию изобретательства на самом высоком уровне – вплоть до Центрального совета ВОИР. По сути, он добивался того, чтобы узаконили деятельность самарских ученых и специалистов на поприще технического творчества детей. И хоть не замышлял ничего грандиозного, нужен был всего лишь юридический статус областной экспериментальной лаборатории, а получил на вырост – лабораторию всероссийского масштаба.

За эти годы воспитанники лаборатории получили 9 патентов на изобретения, с десяток заявок отправлено во Всероссийский институт научно-исследовательской государственной патентной экспертизы. Без серьезных оснований патенты не выдают, а возраст в заявке даже не указывается, так что скидок на детство нет.

К сожалению, пока в лаборатории реализовано лишь одно изобретение – многофункциональный прибор по физике, который был рекомендован Главным управлением образования области к применению в учебном процессе. Автор модели, пятнадцатилетний Володя Петров, ныне стал аспирантом Самарского государственного аэрокосмического университета. А все остальные тоже имеют практическую ценность. К примеру, устройство для имитации верховой езды, которое так необходимо для лечения церебрального паралича у детей. А все остальные тоже имеют практическую ценность.

Патент – это и признание заслуг юного изобретателя в научном поиске, и моральный стимул к его дальнейшей творческой деятельности. Но коль детское изобретательство такая уж благодатная нива, так почему не столь много желающих развивать фантазийные ребячьи гипотезы, доводя их до конечного результата – приборов и механизмов? Дело в том, что бытует мнение, будто слишком это затратное дело.

Однако Михаил Гуревич убежден, что это самое заблуждение о затратности и тормозит развитие детского изобретательства. Сразу большие затраты не нужны. Надо учиться с детьми работать на доске и бумаге. Техническое творчество – это ведь совсем не обязательно сварка и клепка. Юный изобретатель берет бумагу и ручку и изображает свою техническую идею. Руководитель лаборатории или кружка помогает найти ошибку, неверный подход, рекомендует литературу, ищет аналоги. Велики ли здесь затраты? “Я вот думаю…” – говорит ученик. “Делай!” – советует преподаватель, подавая лист бумаги. Между “думай” и “делай” в данном случае можно поставить знак равенства.

Экспериментальная лаборатория – не единственная структура подобного рода в области, занимающаяся детским техническим творчеством. Есть кружки, объединения. “Мы всех расшевелили, так что появилось творческое содружество, – не без гордости признался Гуревич. – В области имеется колоссальный военно-промышленный потенциал, потому развитие детского технического творчества вполне закономерно и органично”.

Уже дважды в Самаре проходили всероссийские слеты юных изобретателей, в конце августа ожидается третий. Готовится к изданию альбом “Юные изобретатели Самарской области”, куда вошел материал о самих несовершеннолетних разработчиках и их взрослых наставниках.

В техническое творчество в области вовлечено 6 процентов детей. Наверное, это немного. И все же не ради увеличения численности был создан, к примеру, кружок юных изобретателей в интернате для слабовидящих и слепых детей. Организаторы исходили из того, что физический недостаток этих детей компенсируется внутренним образным зрением, которое фокусируется на чем-то конкретном. Слепые дети могут выдавать изобретения высшего класса, поскольку фантазии у них более яркие.

Самарский государственный педагогический университет избрал иной, но тоже новаторский путь в развитии детского изобретательства. На кафедре методики обучения физике, заведует которой Виталий Бетев, начали готовить будущих педагогов со специализацией “Учитель детского научно-технического творчества”. 20 из 60 студентов третьего курса выбрали себе эту специализацию. Занятия проводят доктора наук, академики, заслуженные изобретатели. На спецкурс отводится по 4 часа в неделю. Дальше их число вырастет. А впереди – многообещающая педпрактика по новой специальности.

Ректор педуниверситета Анатолий Семашкин так объясняет свое довольно рискованное начинание:

– Мы задумали, чтобы в школу вместе с учителем физики и математики пришел учитель-инженер, эрудированный и умеющий разбередить душу школьника рационализаторством и изобретательством. То, что делается сейчас энтузиастами, должно вскоре стать для всех нормой. И тогда появится больше людей, умеющих плодотворно думать.

…А Гуревича гложет пока иная забота:

– Вы только подумайте! На борьбу с наркоманией в области выделено 20 миллионов рублей. Дали б эти деньги мне, я бы в каждой школе создал кружок технического творчества. Увлеченные же дети не станут искать сомнительных утех.

Галина СЮНЬКОВА

Самара