search
Топ 10

«Обязанность моей жены – подчиняться тому, что я себе позволю…». Эдуард ЗИНОВЕНКО, специалист Главархива Москвы, журналист

Новое – хорошо забытое старое. Вот и потянуло меня к фактам истории. Тем более под руками оказалась заверенная ксерокопия записи о венчании Александра Пушкина и Натальи Гончаровой, которую подарила мне директор Центрального исторического архива Москвы Елена Григорьевна Болдина – одна из составителей насыщенной документами, красиво оформленной юбилейной книги «А.С. Пушкин. Московские страницы биографии», изданной в 2000 году объединением «Мосгорархив». Досадно, что уникальные материалы разрозненны, их нелегко находить и выстраивать тематически. В содержании названы только главы. А перечня документов нет. Вот и бегай по страницам, как заяц между ежами. Эта книга точно перевалочный пункт от архива к исследователям и авторам публикаций…

С введением современного российского летосчисления все прошлое в хронологии сдвинулось. Родился поэт 26 мая – отмечаем 6 июня. Скончался 29 января – поминаем 10 февраля. Женился 18 февраля – чтим бракосочетание 2 марта. И так далее.

Ныне уже исполнилось 175 лет, как Пушкин взял в жены «чистейшей прелести чистейший образец». А началось со знакомства в доме Кологривовых на Тверском бульваре (строение не сохранилось), в модном и популярном танцевальном зале в 1828 году, когда Александр впервые пригласил на вальс очаровательную юную Наталью. «…Будущей супруге его едва наступила шестнадцатая весна», – читаем в воспоминаниях первого биографа Павла Анненкова. – Он был представлен ей на бале и тогда же сказал, что участь его будет навеки связана с молодой особой, обратившей на себя общее внимание».

А вот что говорил поэт: «Когда я увидел ее в первый раз, красоту ее только что начинали замечать в свете. Я полюбил ее, голова у меня закружилась, – я просил руки ее».

Она родилась по старому стилю 27 августа 1812 года, после дня святой Наталии. Поэтому ныне ее именины 8 сентября.

Долгое время пылкий сочинитель ухаживал за нею. Потом решил жениться. Но ее мать сочла: дочь слишком молода, надо подождать.

Осчастливленный, Александр Сергеевич не замедлил своеобразно выплеснуть свою радость:

«На коленях, проливая слезы благодарности, должен был бы я писать вам теперь, после того как граф Толстой (Федор Иванович, посредник в сватовстве поэта. – Э.З.) передал мне ваш ответ: этот ответ – не отказ, вы позволяете мне надеяться…»

12 марта 1830 года Пушкин приехал в Москву и сразу же явился на благотворительный концерт в Благородное собрание, где снова встретил свою Мадонну. А в пасхальное воскресенье 6 апреля он сделал предложение, и Наталья согласилась. Теперь они – жених и невеста. Через месяц Гончаровы объявили о помолвке дочери. Однако по разным причинам свадьбу наметили на сентябрь. Но вдруг в августе умер Василий Львович Пушкин. Похороны любимого дядюшки, известного стихотворца, отложили бракосочетание на ближайшее будущее. Да тут возникла необходимая поездка в Болдино, где пришлось пережить угрозу эпидемии холеры. Правда, со стороны решения хозяйственных и творческих вопросов «Болдинская осень» оказалась весьма плодотворной. Досаждала только надуманная подозрительность Натальи.

Ноябрьское, потом декабрьское письма Пушкина показывают: она упрекала его, что он задержался в Болдине из-за княгини Анны Сергеевны Голицыной. Та была старше на 25 лет. Впрочем, «любви все возрасты покорны»… Но, конечно же, причиной являлась холера, распространившаяся в Нижегородской губернии.

«Судя по вашему письму, от 19-го ноября, …мне нужно объясниться, – отвечал Александр. – Вы видите (если только вы соблаговолите мне поверить), что мое пребывание здесь вынужденное, что я вовсе не живу у княгини Голицыной, хотя и отдал ей визит… Мой брат… говорит…, что вы несправедливо смеетесь надо мной…

Так как, по-видимому, вы не расположены верить мне на слово, то посылаю вам два документа, доказывающих мое заточение… Если бы я не был в дурном расположении, едучи в деревню, я вернулся бы в Москву со второй станции, где я уже узнал, что холера опустошает Нижний. Но тогда я и не думал поворачивать назад, и главным образом я тогда готов был радоваться чуме».

Такие чувства испытывал поэт и такое недоверие переживал со стороны невесты, поехав оформлять свое владение и задержавшись там из-за смертоносной напасти. Выходит, возврат в Москву «в дурном расположении» для него был хуже эпидемии. Странно воспринимается и его обращение к Наталье на «вы». Да, факты – точнейшие показатели характера времени и событий. То ли дело в апреле 1834 года – он спросит в срочном письме: «Что, женка? Каково ты едешь?» (в Москву из Санкт-Петербурга. – Э.З.).

Тревожили Пушкина и дошедшие в Болдино слухи, что якобы брак его расстраивается: мать невесты не решается отдать ее за человека с сомнительной репутацией. А ведь чего только не творят наговоры и сплетни?!

Здесь я не могу не привести цитату, свидетельствующую, как Пушкин видел семейные отношения. В письме к Наталье Ивановне Гончаровой он непреклонен, он и теперь не стоит на коленях: «Обязанность моей жены – подчиняться тому, что я себе позволю».

Александр Сергеевич возвратился в родную столицу в начале декабря 1830 года. Поселился в гостинице «Англия». Находился под секретным надзором полиции. Даже жениться он не смог без разрешения царя. Шеф жандармов Бенкендорф – главный начальник III Отделения канцелярии императора, лукаво сообщил ему: «Его Величество… удостоил поручить мне… наблюдать за вами и руководительствовать своими советами; никогда никакая полиция не получала распоряжения следить за вами».

Как только благосостояние Пушкина прояснилось, он встретился с будущей тещей, и все свадебные вопросы были решены.

Нужных денег у Гончаровых не было. Приданое для невесты Александру не светило. Поэтому, заложив выделенное отцом сельцо Кистенево Нижегородской губернии, где имелось 200 душ (крестьяне с женами и детьми), он взял в Московском опекунском совете ссуду. Из 38 тысяч рублей 12 тысяч пошло на наряды для Гончаровой. Большую сумму одолжил приятелю.

«Остается 17000 на обзаведение и житие годичное», – сокрушался Александр в середине февраля 1831 года в письме к другу Петру Плетневу. – «Взять жену без состояния – я в состоянии – но входить в долги для ея тряпок – я не в состоянии. Но я упрям и должен был настоять по крайней мере на свадьбе».

Однако почему: «настоять по крайней мере на свадьбе»? Что так подгоняло поэта? Я полагаю, что материального приложения он не добивался, а хотел скорее получить Наталью в качестве законной супруги.

Далее Пушкин написал: «Я поступил честно и более нежели бескорыстно. Не хвалюсь и не жалуюсь – ибо женка моя прелесть не по одной наружности, и не считаю пожертвованием того, что должен был я сделать…»

В 1969 году, работая в Архивном отделе Мосгорисполкома, я увидел в описи указание на пушкинские документы и запросил из хранилища интересующие дела. В связи с очередным юбилеем поэта можно было бы предложить для публикации запись о рождении и крещении Александра – сына майора Сергея Львовича Пушкина, которая имеется в «Метрической книге» Богоявленского (Елоховского) храма. Но коллеги со стажем эту мысль отстранили: дескать, кто будет в безбожное время обнародовать церковный документ.

А в «Маклерской книге» Пречистенской части Москвы за 1831 год я прочитал, что 23 января поэт нанял квартиру в доме Хитрово на Арбате и утвердил это: «К сей записки 10-го класса Александр Сергеев сын Пушкин руку приложил» (ЦИАМ. Ф. 14. Оп. 7. Д. 4190. Л. 3.).

По «Маклерской книге» мы определили время решения жилищного вопроса для, по существу, бездомного поэта. Сняв на полгода фешенебельную квартиру, Александр уже в начале февраля поселился в ней и воображал себя блаженствующим в семейном очаге. Не знаю, происходило ли это с участием его невесты, которую он называл женкой, но он жадно желал домашней пищи после осточертевших трактиров, харчевен, забегаловок.

Свадебные события развивались мгновенно. Александра и Наталью хотели обвенчать в домовой церкви Рождества Богородицы на улице Волхонке (близ начала Бульварного кольца), принадлежавшей князю Сергею Михайловичу Голицыну. Но митрополит Московский Филарет не позволил: обряд следовало совершать в приходе жительства суженой.

Нарядившись во фрак, взятый у товарища, восторженный жених сел в повозку, полозья которой стремительно понеслись за резвой лошадкой по обогреваемому наступающей весной снегу широких бульваров – от Пречистенских ворот до Никитских. Венчаться предстояло в храме Большого Вознесения.

Трудно представить себе, как успел Александр Сергеевич в этот суматошный день получить годовой членский билет российского Благородного собрания?!

Подъехав к дому Гончаровых, находившемуся на углу Большой Никитской улицы и Скорятинского переулка, поэт переступил порог, поклонился хозяевам и еще раз сделал предложение Наталье стать его женой. Согласие было подтверждено, и все, кто мог, направились на церемонию таинства бракосочетания.

Не приглашенных не впустили. У входа в храм была поставлена полиция. Чем это вызвано – можно лишь предполагать, вспомнив о Бенкендорфе…

И вот 18 февраля (по новому стилю 2 марта) 1831 года состоялся мучительно-долгожданный торжественный православный обряд. Венчали их не у центрального алтаря, а как будто в правом приделе во имя Владимирской Богородицы. Когда молодые шли кругом, с аналоя нечаянно свалились крест и Евангелие, а у Пушкина погасла свеча. Александр мрачно процедил: «Все плохие приметы».

Рука священнослужителя, со свойственной подобным лицам того времени грамотностью, гусиным пером вывела в «Метрической книге» соответствующую запись. Я взял ее ксерокопию и всматривался в текст особенно пристально. Но внимание мое перебивала догадка: почему директор архива преподнесла мне этот документ в связи с моим юбилеем? Чтобы я занялся исследованием? А может быть, какой-то намек?..

Когда я встретил неразборчивую вставку, обратился к вышеупомянутому изданию, где нашел факсимильный отпечаток с плотного серо-голубого архивного листа. И здесь в том же месте такая же неясность.

«Февраля восмаго надесять числа в доме коллежскаго асессора Николая Афонасьича Гончарова женился 10-го класса Александр Сергеич Пушкин (далее идут трудночитаемые отдельные буквы и слово, введенные в следующую строку изогнутой чертой – Э.З.). Понял за себя коллежскаго асессора Николая Афонасьича Гончарова дочь девицу Наталию Николаевну Гончарову, о коих надлежащий обыск с поручительством чинен был, брак совершали: (поставлены автографы. – Э.З.) протоиерей, диакон, дьячек, пономарь» (ЦИАМ. Ф. 2124. Оп. 1. D. 1722. Л. 120). Обыск – фиксация нужных сведений о вступающих в супружескую связь.

Не разумея, что подчеркнуто в документе, я стал искать в этой книге комментарий. На странице 202 нашел печатные цифру и слово «1-м браком». Однако в аналогичных церковных записях о других лицах на том же листе и его обороте (стр. 203-204) «первым браком» написано дословно. Так же и на листе Богоявленского храма, где отмечены рождение и крещение Александра. Вставка в строку о венчании Александра и Натальи для меня осталась зашифрованной…

Но! И лошадиные упряжки помчались на Арбат – древнюю московскую улицу. Здесь возле Смоленской-Сенной площади в известном теперь всему миру доме № 53 на втором этаже поэт провел накануне свой «мальчишник» – пиршество с закадычными друзьями перед вступлением в идеальную семейную жизнь. Весело гуляли сподвижники поэта: Евгений Баратынский, Петр Вяземский, Иван Киреевский, Павел Нащокин, Николай Языков и другие. Звучали гитара и голос Дениса Давыдова.

Затем его талантливый брат Лев Сергеевич, который проталкивал произведения Александра в издательства первопрестольной и великолепно декламировал их в литературных салонах Москвы и Санкт-Петербурга, превосходно подготовил это помещение к свадебному ужину…

19 февраля 1831 года знакомый поэта – московский почт-директор Александр Яковлевич Булгаков сообщил о женитьбе Пушкина своему брату Константину – руководителю петербургских почт: «И так свершилась эта свадьба… Ну да как будет хороший муж! То-то всех удивит, никто этого не ожидает, и все сожалеют о ней (Наталье. – Э.З.)… Он (Пушкин. – Э.З.) жене моей говорил на бале: «Пора мне остепениться; ежели не сделает этого жена моя, то нечего уже ожидать от меня».

22 февраля молодожены были на маскараде в Большом театре, а через пять дней (по-новому 11 марта) они устроили у себя в арбатском доме первый бал…

Поэт – изгнанник, скиталец, по-нынешнему «бомж» наконец-таки обрел постоянный очаг. Но он им полностью не воспользовался.

В послании к Петру Плетневу еще 13 января того же года Александр откровенничал: «Женюсь.., полгода проживу в Москве, летом приеду к Вам (в Санкт-Петербург. – Э.З.). Я не люблю московской жизни. Здесь живи.., как тетки хотят. Теща моя та же тетка». И с чего бы так он величал Наталью Ивановну до венчания с ее дочерью?!

Отношения Александра Сергеевича с уже действительной тещей, которая рвалась вникать в личные дела новой семьи, стали как чрезмерно натянутая струна контрабаса. Поэтому Пушкин, находившийся тогда в звании и должности губернского секретаря, 15 мая 1831 года уехал с Натальей Николаевной в Санкт-Петербург, не прожив на Арбате даже четырех месяцев.

В ту пору поэт делился своими чувствами: «Я женат и счастлив. Одно желание мое, чтобы ничего в жизни моей не изменилось – лучшего не дождусь. Это состояние для меня так ново, что, кажется, я переродился».

Князь Петр Андреевич Вяземский, видный литератор и государственный деятель, очень близко знал поэта: «…в нем глубоко таилась охранительная и спасительная нравственная сила».

Очевидно, обоснованно известный литературовед, председатель Пушкинский комиссии Валентин Непомнящий сказал: «Отношение к Пушкину показывает, какой разброд и шатание творится в нашем обществе… Навязло (как на зубах. – Э.З.), особенно в последние годы, то, что, Пушкин был большой ходок по бабам (пардон), и то, что он был матерщинник… Ему матерщину и скакание по женщинам привязывают, как колокольчик козлу, ведущему стадо… Если все будет так дальше развиваться, если останется только культура корыстного интереса, то мы потеряем Пушкина».

Да, Пушкин – особенный человек, со свойственными людскими чертами. Но… Пушкин – духовный и творческий гений. Понимая его земные слабости, сильнее ценишь его небесное величие. Несмотря ни на что, Пушкин для нас – свят.

В связи с юбилейной датой женитьбы Александра и Натальи в храме Большого Вознесения молитвенно помянули их перед множеством прихожан. А в мемориальной квартире поэта на Арбате, которая является филиалом Московского государственного музея А.С. Пушкина, состоялось семейное торжество потомков Пушкиных и Гончаровых, завершившееся литературно-музыкальной композицией в исполнении молодых талантов.

Если смотреть на время начала супружеской жизни гения с современного календаря, то это приход весны. Не случайно в московской средней школе № 353 ежегодно со 2 по 20 марта проводят театрализованный фестиваль «Пушкинская весна».

Теперь готовьтесь отмечать 12 сентября – День именин поэта, и прежде всего на его малой родине в Елохове – в Басманном районе столицы.

А 10 февраля 2007 года исполнится 170 лет, как угасло Солнце русской поэзии. Но его творчество продолжает светить и греть.

Москва

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту