Нервный вальс в штормовом море

В России вышел в прокат фильм «Точка кипения» – картина, погружающая зрителя в жизнь работников фешенебельного лондонского ресторана накануне Рождества. Главный герой – шеф-повар Энди Джонс (Стивен Грэм) – одновременно переживает кризис личной жизни и свою самую сложную рабочую смену.

Фильм блестяще снят одним кадром, это значит, что в нем нет монтажа, а оператор и зритель являются участниками происходящего. Однако они всегда могут видеть лишь кусочек кухни, кипящей от эмоций и рвущейся от нервов, лишь отдельный угол заведения, полного радостей и страданий, переживания лишь нескольких персонажей, за которыми в данный момент следит камера. Проворно ныряя между поваров, официантов и гостей в приглушенном рыже-желтом свете вечернего ресторана, мы сами не замечаем, как с головой уходим в мрачный водоворот кризисов и проблем, все глубже и глубже засасывающий главного героя и следом всех остальных. А затем давление достигает высшей точки – и вспышка. Взрыв, больше похожий на короткое, но дробящее камни извержение гейзера. И финальные титры.

Британский актер Фил Барантини («Чернобыль») лишь недавно сел в режиссерское кресло и занялся созданием короткометражек. «Точка кипения» тоже была коротким метром, но ее с таким восторгом приняли на кинофестивалях, что режиссер не усомнился в необходимости полноценного фильма. Несмотря на коронавирусный кризис и сложности с оборудованием для непрерывной съемки в течение нескольких часов в 6k-разрешении, команда Барантини справилась с задачей всего за четыре дубля (для фильма был использован третий) и два дня. Это невероятный результат, которого было бы не достигнуть без всеобщей слаженной работы и хорошей импровизации актеров, так что съемочная группа в полной мере прожила ту адскую рабочую ночь, что показана в фильме.

Сам Барантини в свое время построил карьеру в ресторанном деле и дослужился до звания шеф-повара, после чего, как он сам говорит в интервью, работал в заведениях разного типа – от мелких кафешек до мишленовских ресторанов. «Точка кипения» стала для него одновременно исповедью и призывом ко всем, кто тонет в работе и не видит жизни, спасать себя, пока еще не поздно. Барантини на личном примере знает, что такое, когда работа топит и пожирает тебя, и что такое, когда единственным способом хоть как-то справляться со стрессом становится алкоголь, а потом еще что похуже. Режиссер избавился от алкогольной зависимости 7 лет назад, пошел к психотерапевту и в итоге стал счастливым человеком, наконец рискнувшим заняться тем, чем хотел всегда, – режиссурой. Своей картиной Фил Барантини призывает всех оставшихся в темноте подумать о себе. И это касается далеко не только сотрудников в ресторанном бизнесе, но и тех, для кого работа давно заменила жизнь и стала своего рода наркотиком, от которого сложно, страшно или кажется невозможным избавиться.

«Точка кипения» – фильм, за время которого ты успеваешь забыть, что это художественный вымысел. Напряжение среди работников начинает нарастать еще до открытия ресторана и дальше только усиливается, ввинчивается в нервы, заставляет сидеть на краю кресла в ожидании неизбежной бури. Саундтрек здесь заменяют звон кастрюль и канонада быстрых рабочих диалогов, а красивые планы – лабиринт из темного дерева столиков и стульев, среди которых герои и оператор двигаются будто в танце. Картина живет не только в камере, но и вокруг нее, ощущение вовлеченности не покидает ни на одно мгновение.

Проще всего прочувствовать происходящее на экране будет учителям, врачам, сотрудникам сферы услуг и офисным работникам. В общем, всем тем, от кого беспрестанно требуют только лучшего результата, кто работает в закрытом сложившемся коллективе и у кого мало права на ошибку. Для тех, чьи отношения с работой менее токсичны, «Точка кипения» может стать отличным предупреждением. Фил Барантини стремится вызвать у зрителя чувственный отклик и при этом заставить задуматься о том состоянии, в котором каждый из нас находится сейчас. Задуматься и понять, не нужна ли нам помощь, а если нужна, что за ней не стыдно обратиться. Каждый из нас заслуживает лучшего, и никакая работа, никакие отношения, никакие ощущения на свете не стоят того, чтобы доводить себя до точки кипения.