На чтение: ≈ 14 мин.…Еду в Чебоксары на первый, экспериментальный, единый государственный экзамен по русскому языку. Честно говоря, я была удивлена, обнаружив своим попутчиком по купе юного репортера из “АиФ”, оказывается, шум вокруг ЕГЭ привлек не только педагогическую прессу. Вечер в поезде мы провели, увлеченно решая тесты из учебно-тренировочных материалов, обнаруживая поразительное сходство в своих рассуждениях, а еще находя по ходу содержательные ошибки, не говоря уже об опечатках. Понаблюдать за первым опытом ЕГЭ решила и журналистка из “Общей газеты”. Прочая столичная пресса, а тем более телевидение, наверное, сочли сие событие не столь значительным. Впрочем, и эта небольшая армия газетчиков вызвала волнение в чиновничьей среде Чувашии.
На вокзале нас встречала миловидная дама – пресс-секретарь службы Минобразования ЧР:
– Без пропусков вас в школу не пустят! Паспорта при вас?
И действительно, возле 59-й школы стояли плотной стеной страждущие хоть одним глазком посмотреть на “эксперимент века”.
– Даже если и из Москвы, без документов нельзя, – твердо заявил мужчина с военной выправкой, военрук этой школы. Вид пропусков, подписанных заместителем министра республики Владимиром Матвеевым, его успокоил… И в самой школе посты дежурных встречались буквально на каждом шагу. Пожалуй, государственную границу охраняют с меньшим рвением. Удивило, что совсем не было родителей.
– Они дома переживают, их предупредили – в школу все равно не пустят, – сказала мне учительница, которая привезла троих ребят из сельской школы.
Начальник городского управления образования Сергей Викторович Капранов разрешил журналистам присутствовать на экзамене. Он рассказал, что в эксперименте по русскому языку участвуют в республике 9 базовых школ. Три в самих Чебоксарах, остальные – в других городах республики. В 59-й школе сдавали ЕГЭ 239 учеников, а должны были 287. Причину неявки обещали выяснить позже. Всего 1774 выпускника пожелали сдавать русский в форме ЕГЭ. Его будут засчитывать в качестве вступительного экзамена на 20 специальностях различных вузов Чувашии.
Кстати, мы позволили нашим ребятам даже за два дня до экзамена менять свои решения, еще в субботу можно было отказаться от ЕГЭ, – заметил Сергей Викторович. – Думаю, необязательно было создавать базовые школы, можно проводить ЕГЭ и в своих родных классах, где, как говорится, и стены помогают, а эта вся дополнительная работа в основном из-за недоверия – вузы с предубеждением относятся к школам, школы – к вузам.
– А какую работу подготовительную вели накануне?
– Почти что каждый день шли “горячие линии”, подключили прессу, радио, телевидение. Я лично больше десяти раз встречался с директорами школ, родителями, учителями. Были у нас вначале случаи, когда некоторые родители возмущались – и за что на наших детей такие напасти, но потом после бесед успокоились. Больше всего было проблем с медалистами, переживали, что результаты ЕГЭ помешают получению медали.
На вопрос, какую финансовую помощь получили Чебоксары от Москвы, Капранов ответил:
– Да никакой, обещали и сканеры, и компьютеры, но пока ничего, как видите, нет. И потому задания типа А и Б придется собирать, упаковывать и отправлять в Москву на проверку, результаты же, как нас заверили, будут через четыре дня. Задание типа С будут проверять у нас в Чебоксарах в Институте образования, причем каждую работу прочитают и преподаватель вуза, и учитель школы. Экзамен уже начинается, так что прошу за мной, – приглашает нас в класс Капранов.
Мы – в обычном школьном классе. Выпускники увлечены подписыванием бланков. Только симпатичный паренек на галерке, обернувшись, прошептал: “Подсказывать будете?”
В классе трое взрослых – оператор, объясняющий правила заполнения бланков, и еще два ассистента.
На столах у каждого выпускника лежали развернутыми новенькие паспорта:
– Без паспорта на ЕГЭ не пускаем, в исключительных случаях личность должен засвидетельствовать учитель, а еще нужны его паспортные данные, – говорит Сергей Викторович. – Правда, и тут без казусов не обошлось, оказалось, что двое сельских педагогов забыли свои паспорта. Пришлось “Волгу” за ними посылать…
Ребята подписывали розовые бланки долго – не меньше тридцати минут, а то и больше, и лишь потом оператор вскрыла черные целлофановые, не просвечивающиеся пакеты. В каждом – пятнадцать вариантов тестов. А там, оказалось, для каждого выпускника предусмотрены индивидуальные розовые бланки, лист ответа на задание С и черновики. Так что ребятам подписывать бланки пришлось заново.
– А можно нам побыть на месте выпускников, на своей шкуре испробовать прелести тестов? – вежливо интересуются журналисты.
– Это невозможно. Бланки строго по счету, лишние мы обязаны отправить в Москву, дабы нас не заподозрили в махинациях, для чистоты эксперимента такие строгости просто необходимы.
То, что я успела заметить: задания типа А требуют от ребят выбрать правильный ответ из нескольких данных, в бланке выпускник должен пометить выбранную клеточку крестиком.Таких заданий 24, и они, в общем-то, довольно просты, ну, к примеру, в одном из вариантов требовалось указать слова с орфографической ошибкой.
Задание типа Б-12. Приведен отрывок теста, и нужно провести его анализ, опеределить тип речи, выполнить упражения по синтаксису. Вот одно из заданий – указать сложные предложения, в состав которых входят безличные.
Экзамен начался в десять, а к двенадцати некоторые выпускники уже справились с тестами.
– Да, это намного легче, чем устный русский сдавать, тем более писать сочинение, – самоуверенно заявляет нам черноволосый улыбающийся Сергей Храмов, он, кстати, учится в этой же 59-й школе. – Я вызвался тесты писать из чистого любопытства, – продолжает он, – для поступления в вуз они мне совершенно не нужны, я все равно поеду в Питер. К тестам никак не готовился, между прочим, списать можно запросто. Вот смотрите, – Сергей жестом фокусника извлекает откуда-то из потайных карманов пиджака орфографический словарь.
Люба Яковлева, наоборот, отнеслась к ЕГЭ очень серьезно, встала раньше пяти – ведь она добиралась до Чебоксар из родного села Ишаки. И потому ей в конце работы даже плохо стало, из-за этого и не справилась с заданием С.
– Будь как будет, – машет она рукой.
Результаты ЕГЭ ей нужны для поступления на физмат Чувашского государственного университета.
В общем, ответы ребят были похожими, они в один голос твердили – тесты легче, чем устные экзамены, а тем более сочинение, готовились к ним всего раз – 12 мая, когда по всей республике провели генеральную репетицию: ребят привезли в базовые школы, раздали им бланки, рассказали, как заполнять, дали составленные своими учителями тренировочные тесты.
Больше переживаний досталось педагогам, они не совсем уверены в хороших результатах.
– А вдруг половина двоек, – тревожится учитель английского из сельской школы, – все-таки, думаю, разница между уровнем городского и сельского ученика есть, может, им и тесты нужно разные давать, – робко предполагает она.
А педагог из 59-й школы Ольга Николаевна Смирнова убеждена – тесты не дают возможности развивать культуру речи, а выпускники и так не блещут ораторскими способностями. Впрочем, составлены тесты, на ее взгляд, хорошо. Досадно, что в них пока что много опечаток.
Вообще, если честно, больше всего меня поразила строгость процедуры. В наблюдателях и проверяющих недостатка не было: присутствовал наблюдатель от российского центра тестирования – преподаватель одного из уфимских вузов, государственную экзаменационную комиссию представлял начальник управления образования Чебоксар Сергей Капранов, были преподаватель из ЧГПУ, учительница одной из чебоксарских школ и представитель от общественности, работающий в Комитете по делам молодежи И.Мадебейкин.
Пресс-конференцию для нас и местных журналистов провела министр Чувашии Галина Чернова лишь на следующий день, здесь же присутствовали Валентин Шаулин, заместитель начальника Управления развития образования Минобра РФ, а также Владимир Матвеев, заместитель министра ЧР.
– Владимир Филиппов обратился к нашему президенту с предложением провести эксперимент, – рассказывает министр образования ЧР Галина Петровна, – и президент, который поддерживает все начинания, работающие на имидж республики в стране и за рубежом, согласился, когда было доказано, что никакого вреда нашим школьникам от этого не будет. Думаю, поможет нам уйти от упреков в коррупции. Кроме того, тесная работа с федеральным министерством – большая учеба для нас – и управленческая, и психологическая, и педагогическая. Так что я убеждена – вне зависимости от результатов тестов сама идея ЕГЭ, безусловно, хороша. Это поможет преодолеть разрыв между школами и вузами.
– Чувашия участвует в эксперименте, – включается в разговор Валентин Шаулин, – в этом году в наиболее полном объеме. Организация первого экзамена, в общем, была хорошей. Ошибки – вещь неизбежная. Каждый тест читали 6 специалистов, трое из них не имели ключей, должны были решить все варианты, потом тесты смотрели два профессиональных корректора из издательства. В отношении же оценивания тех вопросов, в которых были ошибки, могу сказать: они в пользу выпускников. Там, где есть ошибки, опечатки, особенно в нумерации, любой ответ ребенка при обработке будет засчитываться как положительный. Практика показывает – даже после широкой апробации тестов все равно одна тысячная доля процентов ошибок остается.
Перед отъездом из Чувашии я заглянула в местный педуниверситет.
– Мы принимаем по результатам ЕГЭ на целый ряд специальностей. Конечно, для будущих педагогов очень важна культура речи, которую по тестам мы проверить не сможем, но в остальном ЕГЭ дает много преимуществ, главные из которых – объективность оценивания и облегчение работы для преподавателей приемной комиссии, – сообщили там.
…У чувашских же выпускников впереди экзамен по математике, его будут сдавать все 15965 одиннадцатиклассников, и еще их ждут шесть экзаменов по выбору. Кстати, это единственная республика, где в качестве обязательного выпускники сдают физическую культуру. Будем надеяться, что тесты сей подвижный предмет минуют…
Светлана РУДЕНКО
Выбор читателей
Комментарии