Наболевшее

Если с белой ленты шоссе, ведущего из Орла в Брянск, в нескольких километрах за районным центром Нарышкино свернуть налево и спуститься по косогору, издали бросится в глаза белый домик среди по-весеннему зеленеющих берез. Это – Алексеевская начальная школа. Еще километра полтора – и вот уже видны дети, словно воробьи, разместившиеся на бревнах и заборах. Сейчас, видимо, перемена. Воспользуемся двадцатью минутами и перешагнем порог этого домика.

От входа направо – комнатенка с вешалкой, налево – единственная классная комната. Ободранные разномастные парты, шкафы и совершенно белая доска, с которой облезла вся краска, – вот и вся обстановка класса. С учебным оборудованием школы познакомиться нетрудно: оно тут, перед глазами. На стене – две-три орфографические таблицы, географическая карта, несколько географических картин с изображением разных зон, в уголке – глобус, шведские счеты. Но это не все имущество, рядом на квартире у заведующей тов. Сельской есть еще арифметический набор, один термометр, одно увеличительное стекло и школьная библиотека в количестве девяти книжек.

В этой единственной комнате обучаются учащиеся четырех классов. В первой смене второй класс сидит слева от учительницы Гнеушевой, а четвертый – справа от нее; во второй смене учительствует уже заведующая Сельская, имея направо от себя третий класс, а налево – первый. Так обучаются в этой школе 76 ребятишек…

А вот другая – неполная средняя Городищенская школа. Старенькая облезшая вывеска на большом расползающемся бревенчатом доме убеждает нас в этом. Ветхость, пыль и грязь – вот что бросается в глаза при первом же взгляде. Детальное знакомство с состоянием школы лишь углубляет это впечатление. Во многих окнах выбиты стекла, в классе обвалившаяся штукатурка источает тучи пыли. Потолки покрыты черным слоем копоти от дымящих печей и керосиновых ламп. Один шкаф в учительской комнате хранит в себе все оборудование, другой – всю школьную библиотеку в количестве 273 растрепанных книг (это на сотни учащихся!).

В таком же положении находится значительная часть сельских школ не только Урицкого района, но и всей Орловской области. Разоблаченные ныне враги народа, пробравшиеся к руководству областными и некоторыми районными организациями Орловской области, приложили немало усилий к тому, чтобы развалить школьное строительство на селе и довести до состояния почти полной негодности помещения многих сельских школ.

Подобное положение многих сельских школ Орловской области есть прямой результат вражеской работы троцкистско-бухаринских вредителей.

Наркомпрос РСФСР крайне медленно ликвидирует последствия вредительства.

Возмутительная практика школьного строительства на селе мало волнует Наркомпрос РСФСР. Бесконечно «переходящие» из года в год стройки, которые часто заканчиваются возведением нелепых бревенчатых домов, лишенных какой бы то ни было архитектуры и воплощающих вкусы и педагогические «принципы» десятника или районного техника, по-прежнему сиротливо ожидают заботливых хозяев.

Известно, что сельская школа состоит на бюджете сельсовета (кроме зарплаты учителям). Практика Урицкого района показывает, что, если заведующий или директор не напоминает председателю сельсовета о нуждах школы, она остается в ряде случаев без всяких средств. Но и напоминание нередко оказывается недостаточно сильно действующим средством. Директорам и заведующим школами приходится во многих случаях драться за каждый рубль, и не всегда с успехом.

Алексеевская начальная школа в этом году не получила еще ни одной копейки из ассигнованных ей сумм. Вообще по Урицкому району школы за прошлый год недополучили около 100 тысяч рублей, правда, из солидного бюджета в полтора миллиона рублей. Все дело явно обусловлено отношением к школе людей, возглавляющих сельсовет. Там, где налицо чуткое и заботливое отношение к нуждам школы, там директор или заведующий спокоен. Все причитающиеся школе по смете средства он получает вовремя и полностью. Так, в частности, обстоит дело в Котовском сельсовете (председатель тов. Маков) и в ряде других.

Однако бюджет большинства сельских школ из года в год не реализуется. Десятки и сотни тысяч рублей, предназначенных школам, из года в год минуют их.

Скверное финансирование школ очень тяжело отражается не только на состоянии помещений, но и на всей учебно-воспитательной работе. На все школы Урицкого района имеются всего 3-4 микроскопа. Ни одного чучела животных, ни одного скелета, ни одного спиртового препарата нет в школьных шкафах, служащих биологическими кабинетами. Во многих школах преподаватели химии ставят «словесные опыты» или же в лучшем случае рисуют эти «опыты» на доске.

Несмотря на все эти условия, большая часть 300 учителей Урицкого района работает изо дня в день напряженно, творчески, преданно. Не их вина, а их беда в том, что многие из них не имеют достаточной подготовки, не имеют опыта работы. Но вина отделов народного образования в том, что комплектование школ проходит крайне неумело. Молодые, малоопытные учителя остаются зачастую без всякой помощи в их учебной работе.

О том, как остро стоит проблема кадров для сельской школы, красноречивее всего говорит тот факт, что во всем Урицком районе только 2 учителя имеют высшее педагогическое образование, 11 – незаконченное высшее, 86 – среднее педагогическое, а 117 закончили всего только семилетку. Тем не менее учителя района лишены какого бы то ни было методического руководства. Здесь даже нет методического кабинета, в котором растолковали бы молодому учителю, как поставить тот или иной опыт, как провести тот или иной урок.

Я. МОСТОВОЙ,

М. ВЕРНИКОВСКИЙ