На чтение: ≈ 19 мин.В 1978 году к юбилейной дате Комсомола, к 60-летию Всесоюзного ленинского коммунистического союза молодёжи, в Берлин приехали поезда дружбы со всех концов СССР. В рамках целевой поездки передовиков производства из Республики Татарстан (ТАССР) в группе в качестве переводчика оказалась учительница иностранных языков Розалия Масгутовна Исламова. В интервью она рассказала о том, что увидела там и как это помогло ей в работе.
– Розалия Масгутовна, я со школьной скамьи помню Ваш рассказ о поездке в Германию, в Берлин и его район Моабит, в Бухенвальд, в Освенцим – в места, где земля пропитана страданиями и кровью. Он жив в моей памяти до сих пор. Теперь, уже как учитель, хочу узнать о поездке подробнее. Чем она стала для Вас?
– Для меня эта поездка стала уникальным событием в моей жизни, отправной точкой к окончательному осознанию и пониманию главных ценностей жизни. Воспитанная бабушкой, пережившей голод, две войны, потерю детей, но оставшейся с несгибаемой верой в добро, сострадание, человеколюбие, и родителями-педагогами, учителями, привившими ни одному поколению учеников законы общечеловеческих ценностей, увиденное и пережитое в Германии, стало настоящим потрясением души. Не умещалось в сознание глумление не только над людьми, но и над самой природой, создавшей человека.
– Как молодой учительнице удалось оказаться среди передовиков производства и поехать за границу?
– В 1977 году я окончила замечательный факультет иностранных языков Казанского госпединститута и вернулась уже в качестве учителя в родную школу в знаменитом на весь мир селе Ленино-Кокушкино, где в отцовском имении прошли детство и юность Владимира Ильича Ленина.
Мой папа, директор экспериментальной сельской школы, был масштабным и творческим человеком. Жизнь в учреждении бурлила, ведь его запустила сестра В.И. Ленина! А у меня, молодой учительницы, планов – громадьё, знания просят применения. Сразу же организовала переписку учеников с немецкими школьниками из Берлина. Уже летом из столицы Германии по моему приглашению приехали мои друзья по переписке Хайнц и Ханнелора, гостили у нас 10 дней. Я показала им музей В.И. Ленина, провела вместе с учениками экскурсию в музее его матери в школе, побывала с ними на сабантуе в районном центре, погуляла и рассказала о столице республики, городе Казани, свозила их в город Ульяновск. Мы подружились и более 30 лет были в переписке. Я также была у них в гостях в Берлине. Они, конечно же, осуждали режим Гитлера, были за мир и дружбу народов.
Но мне не хватало живого общения на моем, ставшем мне любимом немецком языке. Когда узнала о том, что Обком комсомола республики организует юбилейную поездку для передовиков производства, я поехала в Казань и подала заявку на конкурс переводчиков. Вскоре меня утвердили: я одновременно очень обрадовалась и сильно испугалась – взялась повторять разговорный немецкий.
– Что в себя включала программа поездки?
– Была удивительно насыщенная программа. Я не выдержала, сфотографировала те места, где пришлось работать переводчиком. Мы побывали в аду. Сложно было со слезами говорить, объяснять, иногда не до конца осознавая, умом не понимая, что такое творили с людьми нелюди. Представьте себе, по приказу Гитлера сжигали книги Гете, Шиллера, между двумя городами был построен Бухенвальд. Нас возили и в берлинскую тюрьму Моабит, где в 1944 году на гильотине был казнен Муса Джалиль и его соратники по борьбе с фашизмом. На листах истлевшей бумаги мелким почерком можно прочитать стихи поэта – свидетельство ужасающего зверства фашистов и невероятного оптимизма творца-узника. Но в Моабите на ум сразу пришли страшные строчки стихотворения «Варварство»:
— Спрячь, мамочка, меня! Не надо умирать! —
Он плачет и, как лист, сдержать не может дрожи.
Дитя, что ей всего дороже,
Нагнувшись, подняла двумя руками мать,
Прижала к сердцу, против дула прямо…
— Я, мама, жить хочу. Не надо, мама!
Пусти меня, пусти! Чего ты ждешь? —
И хочет вырваться из рук ребенок,
И страшен плач, и голос тонок,
И в сердце он вонзается, как нож.
— Не бойся, мальчик мой. Сейчас вздохнешь ты вольно.
Закрой глаза, но голову не прячь,
Чтобы тебя живым не закопал палач.
Терпи, сынок, терпи. Сейчас не будет больно. —
И он закрыл глаза. И заалела кровь,
По шее лентой красной извиваясь.
Две жизни наземь падают, сливаясь,
Две жизни и одна любовь!
Последняя точка маршрута – Освенцим, где умерщвлены более 4 000 000 людей. Страшное время, страшные судьбы людей.
– В какие моменты было сложнее всего?
– Нас возили в город великих гуманистов Гете и Шиллера, произведения которых и сегодня продолжают вдохновлять читателей в их чаяниях обрести человеческое достоинство и свободную мирную жизнь. В гитлеровской Германии именно первыми в кострах горели тысячи книг этих великих мастеров, призывающих к добру и жизни без тиранов, произведения, которые облагораживают человека.
Фанатизм приспешников Гитлера дошел до того, что в стране величайших умов человечества, нелюди построили лагерь смерти Бухенвальд. На память приходят слова песни «Бухенвальдский набат» Александра Соболева:
Люди мира, на минуту встаньте
Слушайте, слушайте,
Гремит со всех сторон!
Это раздаётся в Бухенвальде.
Колокольный звон, колокольный звон….
То, что творили так называемые «люди» в лагерях смерти, в частности в концлагере Бухенвальд, сначала трудно было осознать, потом трудно было без слез пересказать. Сотни детских пинеток за огромными витринами, тысяча зубных коронок, тысячи пар добротной обуви, одежды – за каждой загубленная судьба…
Газовые камеры, комнаты пыток, комнаты для взвешивания, а на деле убийства выстрелом в затылок, комнаты с двух сторон с открытыми окнами для умерщвления людей за короткий срок… Невозможно быстро это осознать и перевести. Например, если на день – два посадить истощенных людей на сквозняк, они быстро, на третий–четвертый день, умирали от пневмонии и шли в расход в печи крематория, работавшего день и ночь.
Комнаты для проведения разных опытов над людьми: испытывали реакцию организма человека на палочки оспы, чумы… Комната украшений из высушенной человеческой головы, кожи…
Особенно трудно было рассказывать о тех ужасах, которые достались в концлагере детям. Я не совсем поняла немку-гида, когда у печи крематория она начала рассказывать, как была устроена работа обслуживающего персонала. Когда осознала, подумала, что только роботы могут выполнять этот труд. Внизу огромный квадрат-погреб. Оттуда автоматически поднимают тела людей из газовых камер: взрослых, детей, умерших или полуживых, убитых, искалеченных. Два человека кидают тела в печь, несмотря на то, что порой человек еще жив. Со слов гида, многие немцы после работы в газовых камерах и крематориях сильно напивались, чтобы забыться. Не каждый выдерживал этот ужас. Лозунг на дверях Бухенвальда издевательски гласил «Каждому свое», а в Освенциме – «Работа освобождает».
После просмотра комплекса нам организовали встречу с выжившим пленным, мальчиком из Бухенвальда. Невероятно, но в лагере была даже подпольная детская школа и помощь врачей – узников. Их старались не отправлять на ликвидацию, не брать с собой на тяжёлые работы. У вышеназванного мальчика началась гангрена руки – он не хотел выполнять работу на конвейере, потому что на его глазах фашисты убили его родителей. Ребенок специально изувечил в контейнере руку и получил серьёзную рану. Врачи боролись за его жизнь, но ситуация становилась опасной. Не находя выхода, в антисанитарных условиях, медики распилили его руку обыкновенной пилой. Мальчик выжил и рассказал свою историю миру. Вот что значит сила духа!
Я благодарна своей стране за то, что она одолела страшного врага – фашизм, поднялась из руин, хранит память о том, как нам досталась Победа. Благодарю страну, которая дала мне возможность увидеть своими глазами настоящее лицо фашизма.
За свою работу в качестве переводчика я получила высокую награду – Грамоту Обкома комсомола. Второй высокой наградой стали слова, нечаянно услышанные мною от водителя нашего автобуса, сказанные гиду и второму водителю: «Лишнего не говорите, она все понимает!»
Через много лет, в 61 год, я снова оказалась в Берлине, но уже на сцене Русско-немецкого дома как победитель Международного конкурса «Друзья немецкого языка». На церемонии награждения мне было очень приятно видеть рядом с собой моего немецкого друга Хайнца и подругу Ханнелору, которые всегда позитивно относились к России, также приезжали в Москву на церемонию награждения в конкурсе «Знаешь ли ты Россию?».
Благодаря победам в конкурсах Международного союза немецкой культуры (МСНК) моя ученица дважды побывала в международных лагерях Германии. Трижды ученики становились победителями конкурса МСНК. Язык Гете и Шиллера полюбила и Руфина Бикчантаева, которая ныне преподает немецкий язык в Гамбурге.
Стоит добавить, что Розалия Масгутовна вела большую просветительскую работу на своей Малой Родине, а после переезда в Набережные Челны в 1982 году – и в автограде. Идея этого интервью возникла после известия о том, что Розалия Масгутовна на пенсии, отдав только школе №20 города Набережные Челны 42 года, живет недалеко от Казани и считает своим долгом рассказать подрастающему поколению правду о фашизме. Так, в мае 2026 года уже в качестве почетного гостя Пестречинской школы №1, которой в сентябре 2023 года было присвоено имя Героя России Ивана Додосова, Розалия Масгутовна провела для детей вечер Памяти. И глаза учеников вновь заливались слезами при виде фотографий, сделанных ее руками. Слово учителя попадало в сердце. Более того, её работа жива: её выпускники-педагоги уже для нового поколения, для своих воспитанников, обязательно проводят неформальный, честный урок о важном, о нашем прошлом, показывая ужасы Моабита, Освенцима, Бухенвальда.
– На что стоит обратить внимание нам, молодым учителям, при подготовке мероприятий, которые, как и Ваши, должны становиться событиями в жизни детей?
– Я рада, что мое дело продолжается. Восхищаюсь, когда вижу, что учитель не работает, а служит, так как служение – это духовное понятие.
То, что нам показали в те годы в Советской зоне, вряд ли показывают сейчас, поэтому я скрупулезно собирала материал о войне 1941-1945 годов, посвятила много времени тому, чтобы рассказать людям, прежде всего подрастающему поколению, о фашизме, о борьбе немецких антифашистов, о первом заживо сожженном в печи крематория Бухенвальда вожде немецкого пролетариата Эрнсте Тельмане – только по чудом несгоревшим часам узнали о его смерти, о принявших мученическую смерть революционерах Карле Либкнехте и Розе Люксембург и, конечно же, о наших солдатах, защитниках нашего Отечества, которых в Освенциме ненавидели настолько, что расстреливали по приезде.
На уроках, лекциях, учительских семинарах рассказывала о том, что пришлось пережить советским людям, особенно тем, кто оказался в плену. Главное мое оружие – слово. Но за меня ярко говорили и цифры: концентрационные лагеря смерти Освенцим, где погибло 4 000 000 человек; Майданек с числом жертв около 1 500 000 человек, Маутхаузен – более 122 000, Дахау – 70 000, Бухенвальд – 56 000 человек. И таких лагерей на завоеванных территориях было много. А сколько убитых и замученных в тюрьмах Германии!? Нас в Берлине возили в исторический комплекс жертвам нацизма в тюрьму Плетцензее, где казнили известного татарского поэта Мусу Джалиля, Абдуллу Алиша и еще 9 сподвижников подпольной организации «Идель-Урал». Мы впервые в жизни увидели настоящую гильотину, представили себе молодых Джалиля и его соратников, как они кладут головы под нож. В 2025 году я снова посетила Музей Джалиля в городе Казани. Была удивлена, прочитав новый документ на немецком языке, где указано точное время казни, интервал, приложена справка о пытках разного вида, учиненных перед казнью! Настолько это страшно, бесчеловечно! Когда я спросила музейного работника о новом документе, она ответила, что это новые архивные находки. Какие еще злодеяния откроют архивы?
Город Набережные Челны по праву может гордиться своим патриотическим воспитанием. Оно заложено глубоко думающими людьми. Например, отдел образования города в тяжелые 1990-е годы организовал для 22 заместителей директоров по воспитательной работе экскурсию в Белоруссию, в Хатынь. Кадры, снятые гитлеровцами в ходе геноцида населения Белоруссии, до сих пор перед глазами. Расстрелы. Заживо сожженные люди… Эти педагоги не раз и не два рассказывали после ученикам о том, как огромные немецкие овчарки с малыми детьми в зубах бегали по деревне, а за ними их мамы, попадая под расстрел… Этот фильм, снятый немцами в Хатыни, я с ужасом помню до сих пор и не перестаю говорить и со взрослыми, и с детьми о войне и мире. Была бы моя воля, я бы классами возила старшеклассников по тем местам, где побывала сама. Говорить и писать – одно, но когда воочию увидишь и прочувствуешь ужасы войны, то по-другому относишься к жизни, к людям.
Интервью взял учитель русского языка и литературы МБОУ «СОШ №20» города Набережные Челны Павел Сергеевич Учиров
Выбор читателей
Комментарии