Когда молчание сродни преступлению

События, происходившие несколько лет назад, многими вспоминаются избирательно, в основном запоминаются положительные моменты, отрицательные быстрее забываются или же воспроизводятся в искаженном виде. Чтобы компенсировать эти недостатки памяти, видимо, и было изобретена письменность. С тех пор люди запечатлевают все, что происходит в стране, городе, с отдельными людьми, особенно знаменитыми. Однако и при записи невозможно избежать искажений. Одно и то же событие два очевидца воспроизведут по-разному, а если еще летописцу или журналисту прикажут кое о чем умолчать, кое-что приукрасить, то и до следующих поколений происшедшее так и дойдет в искаженном виде.

Двадцать лет назад особенно много писали о такой величайшей трагедии на планете, как чернобыльская. В первые месяцы все наши газеты писали так, будто ничего страшного не произошло: «Спите спокойно, ситуация под контролем».

Чернобыль войдет в историю как одна из самых грозных катастроф, грозных предостережений: люди, будьте бдительны в отношениях с ядерными веществами.

Пройдут сотни, тысячи лет, а Чернобыль по-прежнему будет отмечаться как апокалиптическое событие. Более двадцати лет назад, в мае 1986 года, в газете «Правда» была опубликована большая статья «Над Припятью поют соловьи». Нас убаюкивала ложь, и мы хотели и дальше как можно дольше лжи. Но Чернобыль нам повернул глаза зрачками в душу. Лгали не только о том, что на самом деле произошло на Чернобыльской АЭС. Тех же масштабов катастрофа случилась за 30 лет до Чернобыля под Челябинском, на реке Теча. На ядерном предприятии «Маяк» произошел взрыв, в результате ядерные вещества попали в реку Теча и загрязнили огромную территорию. Этот факт тщательно скрывали. Тысячи людей умерли от непонятной болезни в течение полувека. Врачам было запрещено ставить диагноз лучевая болезнь. И только недавно правительство выделило деньги на переселение нескольких деревень.

А еще за три года до этого по приказу тогдашнего министра обороны были проведены учения с взрывом атомной бомбы в оренбургских степях. Десятки тысяч солдат прошли через зараженную территорию и получили смертельную дозу облучения. Однако им было приказано молчать. Так они и умерли молча. Живых свидетелей тех событий остались считанные единицы.

Вот почему я не хочу в то прошлое, где вместо правды – ложь, вместо дела – говорильня, вместо эвакуации и дезактивации – первомайская демонстрация, где общественность молчала, где не было гражданского общества, которое способно провести собственное расследование и которое не будет, не может молчать.

Только спустя годы прояснилась вся, а может быть, еще и не вся картина катастрофы, обрушившейся на Украину, Россию, Белоруссию и затронувшей другие страны. Вся дешевизна электроэнергии всех вместе взятых атомных станций СССР перекрыта непоправимым ущербом многократно. О жертвах – отдельный разговор, и он никогда не прекратится.

Нельзя больше жить без памяти и питаться ложью, верить, что все идет «по намеченному плану» и «ситуация под контролем». Я хочу достоверно знать, откуда ждать еще опасности для жизни, чтобы вместе с другими гражданами вовремя забить тревогу. И не только насчет мирного атома. Опасность – на каждом шагу. Ртутное заражение отдельных водоемов. Фальсифицированные лекарства и продукты, химически опасные стройматериалы и т.д. Опасность на наших дорогах. И если на них по-прежнему ситуацию будет контролировать только ГИБДД, а не граждане, то ничего не изменится. А если мы не будем равнодушны, будем привлекать внимание властей, все начнет меняться, хотя и не сразу. Вот почему нам так необходимо развитое гражданское общество, которое не дает ничего замалчивать, скрывать от общественности или говорить полуправду.

Слишком загнаны были эти проблемы внутрь. И в первую очередь экологические. Ибо природа безгласна, а мы молчим. Но Чернобыль повернул глаза наши зрачками в душу, а в душе мы что-то сохранили.

Чернобыль обостряет нашу память намного дальше вперед во времени, чем мы ушли от Ветхого Завета, где сказано: «Если появится огонь и охватит терн и выжжет копны, или жатву, или поле, то должен заплатить кто произвел пожар».

Никто не заплатит той цены, в которую обошелся (и еще обойдется) Чернобыль и район реки Течи Челябинской области. Ее заплатили мы все, ныне живущие, и будут платить те, кто придет после нас. Заплатит кусочками шагреневой кожи, какой стала окружающая нас среда.