Два ангелочка – сыночек и дочка

У каждого человека, наверное, есть день, который он помнит всегда. В моей жизни это 31 марта, когда врач сказал, что у меня будет двойня. «Девочка и еще одна де…» В эту секунду у меня в голове пронеслось: что муж будет делать с пятью особами женского пола? Живем-то мы с моей мамой, и у меня есть дочь от первого брака. Но когда врач, внимательно посмотрев на монитор, заменил недосказанное «де» на слово «мальчик», у меня сразу отлегло на сердце, и я стала смеяться. «Смешливая барышня», – заметил доктор.

Врач попросил позвать в кабинет дочь Ксению, которая терпеливо ждала за дверью, спросил, кого она хочет, и сам торжественно объявил, что у нее будет и братик, и сестричка. 15-летняя Ксюша не поверила, сказала, что завтра 1 апреля и ее разыгрывают. Убедили. Потом предстоял разговор с моей мамой, которую для начала попросили сесть. А потом с мужем. Он был необычайно горд, и друзья тут же прозвали его царем.

Первое неприятное чувство меня охватило, когда этот же врач на последнем перед роддомом сеансе вдруг начал ругать меня, что я, мол, беспечно отношусь к рождению детей. По мнению этого человека, в моем возрасте, а мне было 38 лет, иметь детей чуть ли не преступление. Двойня – это аномалия. Он сказал это так, будто я могла повлиять на положение дел. Пришлось мне собирать немалые моральные силы для предстоящих родов.

К большому сожалению, даже сейчас, когда нашим сорванцам-близнецам почти полтора года, кто-то нет-нет да упрекнет: «И надо было рожать в 40 лет?» И это не чужие люди…

А я бесконечно счастлива. Прошло время, когда я падала замертво в конце дня. Первые девять месяцев жила как заведенная, не воспринимая окружающую жизнь. Ежедневно вела дневник, где записывала, когда и кто из малышей сколько съел, кому какое лекарство давала, и, конечно, наши достижения. Я постоянно разговаривала с моими ненаглядными Настенькой и Арсением. Веселые строчки, как у моего любимого Винни-Пуха, складывались сами собой.

Хочет вся моя семья,

Чтоб моделью была я.

Я все данные имею.

Подрасту и стану ею, –

заверяла я домашних от имени агукающей дочурки.

Я – самый лучший в мире брат

Для Ксюши и для Насти,

Для них все сделаю, отдам

И подарю им счастье, –

говорил моими устами трехмесячный сын.

Когда муж приходил с работы, я тут же сообщала ему, что родился новый «шедевр». Он смеялся, смеялись моя мама, дочка. Шутки шутками, но незамысловатые стихи поднимали нам настроение, ведь тяжело приходилось всем, кто вместе с нами делил тяготы воспитания двойняшек.

Сегодня они сами веселят нас, доставляя огромное удовольствие. Сенечка поет песню собственного сочинения. Пока слов в ней мало, но зато сколько чувств он вкладывает в свое «та-та-та-та»! А Настенька нараспев «читает», переворачивая в детской азбуке страничку за страничкой. Этому научился у нее брат. Он очень любит книжки, но все же предпочитает, чтобы ему читали и показывали картинки. Только проснется – и сразу за свои любимые сказки, потешки или считалки.

Детки такие маленькие, а уже понимают, что за ними ухаживают. Они целуют меня, папу и «бабу Лиду», чем приводят нас в неописуемый восторг. А как весело шалить в компании! И хотя, бывает, рев поднимут, одиночество им точно не грозит. Настеньке и Арсению хорошо вдвоем. Они будут идти по жизни бок о бок, два ангелочка – сыночек и дочка. Лучшего и придумать нельзя. Если двойня – аномалия, то самая лучшая.

Мне так хочется принести и показать малышей тому доктору. Сказать, что помимо науки, далеко шагнувшей вперед, есть вера, любовь матери. И еще есть желание дарить жизнь новым людям, которое не зависит от возраста.

Ирина КАМИНСКАЯ, Мелитополь, Украина