search
main
Топ 10
Итоговое собеседование для девятиклассников пройдет 8 февраля Полтора миллиона школьников сдают итоговое собеседование 8 февраля О том, кто такие ученые и зачем они нужны, школьники узнали на «Разговорах о важном» В Пятигорске выбрали лучших учителей и воспитателей Профориентационные мастерские появятся в сельской школе на Сахалине ЕГЭ, ОГЭ, итоговое сочинение: стали известны планируемые изменения в проведении экзаменов Программа Года педагога и наставника пополнилась еще одним важным фестивалем В школах Москвы заработают по новому предпрофессиональному стандарту: какие изменения ждут учеников и учителей Границы космоса и температура газа внутри спутника: космонавт Сергей Авдеев задал школьникам вопрос на засыпку В трех предметах школьной программы появятся новые разделы Доступность дошкольного образования в России приблизилась к максимальной отметке На Южном Урале вырос спрос на репетиторов, учителей в школах тоже не хватает Как бороться с опозданиями школьников: педагогическими секретами поделились в Институте воспитания Какие навыки и предметы вызывают большие трудности у детей в начальной школе В День родной школы в Оренбуржье рассказали о династии учителей, общий стаж которой больше 240 лет Спустя 20 лет в удаленном микрорайоне Вологды появится первая школа Единое открытие первичных отделений организации «Движение первых» состоялось в педвузах Денежными выплатами поощрят лучших педагогов в Алтайском крае Сложные темы на ВПР по математике в 5–6-х классах. На что обратить особое внимание В Татарстане 14 февраля стартует Год педагога и наставника
0

Запрещено разговаривать с незнакомцами. «Берлинский синдром» Кейт Шортланд: перемирие между мужчиной и женщиной невозможно

В самом словосочетании «берлинский синдром» слышится что-то неприятное, а еще оно напоминает о «стокгольмском синдроме» – болезненном состоянии заложников, сочувствующих своим мучителям. Однако история, снятая уже достаточно известным австралийским режиссером Кейт Шортланд по одноименному роману Мелани Йоостен, еще более сложная и многоплановая. Она о кризисе межличностных отношений в современном западном обществе, о гендерной катастрофе, о лицемерии хищников и отчаянии невинных овечек.

То, что место пряничного Стокгольма занял угрюмый серый Берлин, куда приезжает за новыми впечатлениями 20-летняя австралийка Клэр (Тереза Палмер), собирающая материал для своей книги об архитектуре бывшей ГДР, выглядит вполне логичным. Город предстает враждебной субстанцией, антиподом свободной и солнечной Австралии. И если в начале фильма героиня любуется живописным восходом с крыши одного из хостелов, то в последующих кадрах солнце как символ гармонии закономерно исчезает с экрана. Героиню теперь окружает тьма – в прямом и переносном смысле…Случайное (якобы) знакомство на улице с обаятельным школьным учителем Энди (Макс Римельт) приводит к вполне ожидаемым последствиям. Между героями возникает притяжение, но Клэр не видит, что ее новый знакомый ведет себя как опытный охотник. После совместной прогулки по городу они вместе проводят ночь, но дальше зрителя ждет не история любви, а психологический этюд на тему патологического отношения мужчины не просто к одной девушке, но ко всему женскому полу. Энди берет свою подругу в плен, запирает ее в своем заброшенном доме, в дебрях депрессивного восточно-берлинского района. И весь сюжет развивается в рамках сценария «палач – жертва».

Перед нами достаточно подробное описание нарастающего безумия в замкнутом пространстве. Но авторам интересно не только поведение маньяка – сколько мы их видели в голливудских хоррорах! Им важно показать гендерное распределение ролей, попытаться понять, почему превосходство мужчины иногда принимает столь болезненные формы, а женская слабость подчас превращается в силу. Вообще при желании можно обнаружить в картине множество смыслов, среди которых, конечно, и классическая «уточка» — детская травма героя, лишенного материнской заботы. Иногда такое наблюдение, правда, напоминает поведение ученого-естествоиспытателя, через лупу рассматривающего отношения двух блох. Так все холодно, отстраненно, флегматично…

Тут нельзя не отметить точную камеру оператора Джермена МакМикинга, создающую густую, почти осязаемую атмосферу саспенса. В ней вязнут эмоции Клэр, которая до конца не может определиться с отношением к своему мучителю. Но, в отличие от жертв стокгольмского синдрома, она не проникается к нему теплыми чувствами. Ее эмоции глубже, сложнее, даже трагичнее (не надо забывать что Энди ее первый мужчина). Ее распирает бессильный страх, яростное стремление к освобождению, и при этом — необъяснимая жалость и даже нежность к мучителю. Эта буря чувств спрятана у Терезы Палмер под слегка отстраненной манерой игры.

— Мне нравится исследовать несовершенства своей героини, ее темные стороны и, наконец, ее осознание того, кто она есть, — говорит Тереза Палмер. — Я никогда раньше не играла такого замкнутого и закрытого персонажа, так что для меня это было очень непросто, но в то же время невероятно интересно.

Мировая премьера картины о патологических отношениях похитителя-психопата и его жертвы состоялась на фестивале «Сандэнс». И это о многом говорит – значит, кино вышло авторское, хотя по жанру это и триллер под тенью Хичкока и раннего Романа Полански. Заметим, что и слоган фильма «Никогда не спи с незнакомцем» слишком уж прямолинейно артикулирует нехитрый вывод, адресованный в первую очередь юным девушкам. Важно разглядеть за ним другие смыслы. Например, насколько мы невнимательны к людям и не прозорливы. Насколько не способны отличать суть от маски. Насколько стереотипы поведения затмевают здравый смысл и интуицию. И, увы, сколько еще агрессивного животного начала таится в человеческой натуре…

Фильм Кейт Шортланд – это мощный бескомпромиссный, пусть и весьма мрачный, тренинг по основам безопасности в мире человеческих коммуникаций. Чтобы караси среди щук не дремали.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Новости от партнёров
Реклама на сайте