search
Топ 10

Второе рождение федеральной

Образование – ХХI век

Какой будет школа

Кто сможет ответить на этот вопрос?

Что мы возьмем в следующее столетие из образовательной системы ХХ века? На этот вопрос взялись ответить участники конференции “Образование на рубеже столетий”, организованной Московским комитетом образования и Московским центром вальдорфской педагогики.

Конференция… экспромтом

Директор Московской экономической школы Ю.Шамилов признался: “Я верю в то, что настанет момент, когда образование не будет плестись в хвосте социальных изменений, а будет в какой-то степени определять движение общества. Хотя на моей памяти много реформ образования. В семидесятые мы всех учили учиться. Это поколение сейчас управляет страной, и как мы его научили, видно, когда наблюдаешь заседания Госдумы, правительства. Следующее поколение с “активной жизненной позицией” – преуспевающие банкиры. Большинство из них – родители наших сегодняшних учеников. Выпускники конца 80-х открывают казино, клубы, ходят в малиновых пиджаках, стреляют друг в друга и ездят на джипах. Возможна ли вообще реформа в образовании? Когда бываю на таких собраниях, верю, что возможна”.

Я из того самого поколения, которое заканчивало школу в конце 80-х. Может быть, во многом благодаря реформе мы, из поколения “не винтиков”, научились ненавидеть собрания “для галочки” и разучились слушать выступления “по поводу”. Увы, на конференции многие доклады отличались шаблонностью мысли, повторением давно сказанного и даже неподготовленностью. Один из выступающих назвал это “экспромтом”.

Но, наверное, еще до конференции было ясно, что нельзя “валить кулем”, да еще в три дня, все проблемы образования, а необходимо заниматься ими отдельно.

О пользе малых сил

Всеобщий интерес вызвал второй день конференции, когда была предоставлена возможность поближе познакомиться с работой инновационных учебных заведений и институтов Москвы, таких, как Педагогическая гимназия Анатолия Каспржака, Московская экономическая школа, Институт новых технологий, Учительская семинария, лицей 1502, МИРОС и другие. Заключительное заседание оказалось интересным благодаря выступлениям “практиков”, директоров гимназий, лицеев, других инновационных образовательных учреждений. Больше того, мне кажется, что именно их опыт дает представление о том, какой будет школа ХХI века, кто в ней будет учиться, чему и как. И пусть пока эксперимент проводят на небольших площадках, главное – чтобы эти люди были услышаны.

Чему учить?

Вечный вопрос. По мнению директора школы самоопределения А.Тубельского, в нестабильном обществе, которое не договорилось о том, что оно собой представляет, нельзя вводить образовательные стандарты. “Не получится ли так, что все наши идеи об образовании ХХI века, даже идеи, связанные со школой, ориентированной на ребенка, с новыми информационными технологиями, окажутся не нужны?” Другие, как директор Педагогической гимназии А.Каспржак, по-своему отвечают на этот вопрос. Пятнадцатилетний опыт работы гимназии позволил выделить необходимый набор универсальных знаний. Но вот что замечательно – набор этот одновременно дает ребятам возможность выбрать свою собственную “индивидуальную траекторию обучения”. Анатолий Георгиевич дал название этому инвариантному компоненту обучения – универсальные языки-ключи. Их шесть:

Словесность.

Математика – как язык, с помощью которого формируются общеученические умения и навыки.

Информатика – как язык информационных технологий.

Иностранный язык.

Язык познания природы.

Язык познания общества.

Два последних “языка-ключа” – интегративные предметы. С этим, кстати, согласен другой практик – директор школы сотрудничества и руководитель Центра гуманитарного образования Министерства образования России В.Белявский. Хотя его выступление на конференции было посвящено более узкой теме – проблемам гуманитарного образования, у Виктора Сергеевича родилась мысль о синтетическом курсе с черновым названием “Человек в мире”, включающем элементы философии, права, этики, такой курс может заменить множество отдельных предметов, которые вводятся каждый год. Многие преподаватели, наверное, сталкивались с такой проблемой: “Существующая коньюнктура социальной жизни заставляет вводить сексологию, ОБЖ, правила движения и так далее. В результате оказываются “обобранными” предметы гуманитарного цикла. Учебный план сыплется”.

Как учить?

В.Белявский считает, что в ближайшее время “придется разработать программу, измерительную систему стандартов пропедевтики гуманитарных знаний. Ситуация облегчается тем, что, по всей видимости, со следующего года Россия вновь перейдет на систему 1-4 в начальной школе”. В средних классах необходимо синхронное преподавание истории литературы, истории изобразительного искусства, истории религии. Есть идея и для старших классов – курс “История становления современной цивилизации”. (Например, история города с ХVII века до наших дней: какова была политическая роль города тогда и сейчас, какую роль сыграли коммуникации, гражданское общество, культура и т.д., т.е. речь идет о попытке охватить все аспекты, показать и социальный, и культурный, и политический срезы цивилизации).

А еще можно учить так, как предлагается в программах международного бакалавриата. Ю.Шамилов сформулировал основные принципы этой системы, в которую входит Московская экономическая школа: “Нужно научить ребенка использовать знания, которые он получает. Это завет “учить учиться”, разложенный на практические рекомендации. В системе международного бакалавриата не выстраиваются специальные курсы: экология, здоровье или курс “Отношения между людьми”. Все эти высшие ценности интегрируются в образовательные курсы”.

Кого учить?

Как у нас в школе реализуется вариативный компонент в 9-м классе, проще говоря, как идет разделение на гуманитариев и технарей? А.Каспржак: “Гуманитарные классы обычно формируются из детей, которые хорошо учатся и были обижены учителем математики”. Другая проблема – “выбор” делают вместо ребенка учителя или родители.

В Педагогической гимназии создали действительно блестящую систему решения этих проблем. Прежде чем в 10-11-м сделать жесткое разделение на “физиков” и “лириков”, даже прежде чем дать возможность выбрать направление, здесь… учат выбору. В 5-м предлагается несколько мини-курсов, еще не “опредмеченных”. В 6-м выбор сложнее: две группы курсов. Одна продолжает прошлогоднюю тематику, другая – совершенно новая. Ребенок учится отказываться от большего. В 7-м курсы по выбору делятся на гуманитарный и технический блоки, и ученик обязан взять по одному курсу из того и другого. И, наконец, в 9-м – “мягкий профиль”, поточно-групповая система, но не лекции и семинары в традиционно-студенческом смысле слова, а нечто иное: “Идет литература в 9-м классе. Сидит “поток”. Есть лекция 2-часовая, на которой всем предьявлено одинаковое количество “содержательных единиц”, соответствующих профильному классу. Основные содержательные единицы проверяются на лекции разными видами контроля. А дальше ученик может выбрать сам три уровня контроля – полную, частичную и соответствующую минимальным требованиям знаний”. О том, какие результаты дает такая система, – отдельный разговор. Поверьте – замечательные.

По каким учебникам?

Ю.Крупнов, руководитель АО “Московский учебник”, выделил основные направления, по которым должна развиваться реформа учебных средств. Он считает, что:

1. В наших учебниках самое страшное – деградация культурной широты и разнообразия. Целые пласты мировой культуры из 99,9% учебников просто вырезаны. Самое главное – восстановить реальную культуру, предложить культурные матрицы во всем разнообразии, без усечений и нового монополизма.

2. Нужны экстра-учебники, чтобы научить читать разного типа тексты и осваивать экранные технологии, работать с видео, с газетой, с книгой, литературой, Интернетом.

3. Учебник должен перестать быть “последовательностью пунктов для прохождения”. Необходимо учебник превратить в схему совместной работы и деятельности ученика и учителя.

Докладчик предложил также создать группы или кружки качества учебника, в которых обсудить создавшуюся ситуацию могли бы педагоги и экспериментальных площадок, и негосударственных учебных заведений, и массовых школ.

Послесловие

Существует еще одна проблема: где воплощать все эти замечательные идеи и, главное, кто это будет делать? Понятно, что невозможно рассуждать о новых подходах, программах и одновременно думать о том, сколько это будет стоить. А многие ли школы могут позволить себе переподготовку своих учителей? Конечно, Московский комитет образования делает все возможное, чтобы распространять опыт инновационных учебных учреждений бесплатно, но, если посмотреть на эту работу не сверху, а с точки зрения простого “звена” образовательной системы, видишь, что этого мало, а семинары по новым образовательным технологиям платные. И Анатолий Каспржак говорил о том, что даже из его замечательной гимназии уходят “взлелеянные” им учителя – надо кормить семью.

“И второй блин – комом”, сказала, завершая конференцию, начальник отдела негосударственных образовательных учреждений МКО О.Дзержинская (первая подобная конференция проходила в августе. – О.Р.). И… пригласила на новое обсуждение глобальных воросов: какими должны быть школа, учитель, технология обучения? Возможно, новая конференция будет более плодотворной, если управление образованием немного “заземлит” точку зрения на московское образование, а выступления “практиков” и их взгляд на проблемы займут им подобающее – определяющее место в обсуждении.

Оксана РОДИОНОВА

программы

На первой коллегии этого года Министерства общего и профессионального образования обсуждался вопрос о работе по выполнению федеральной программы “Развитие образования в России”.

Решения, вынесенные коллегией, в основном носят организационный характер. В обьединенном министерстве заново “утрясаются” вопросы координации. Отделы согласовывают свою работу друг с другом. В совершенствовании нуждается система сбора и анализа информации, механизм контроля за выполнением мероприятий как на федеральном, так и на региональном уровне.

Вокруг региональных программ развития образования на коллегии разгорелась настоящая дискуссия. Похоже, само министерство еще не выработало единой позиции по этому вопросу.

Управление обеспечения федеральной программы и региональной политики собирается приступить к разработке единых научно-методических основ, которыми могли бы руководствоваться регионы при составлении своих программ. По словам начальника управления М.Зуева, речь идет не о том, чтобы причесать все региональные программы под одну гребенку, а о том, чтобы сделать их более сопоставимыми. (Сегодня они настолько неоднородны, что даже не поддаются сравнению). Подходы, акценты, структура программ – все эти индивидуальные особенности останутся в неприкосновенности. Однако в чем же конкретно будет проявляться тогда сопоставимость программ, не совсем понятно. И эта неясность порождает закономерные опасения. “Когда вы говорите, что нужно приглядывать за региональными программами, – заявила на коллегии Любовь Кезина, – у меня это вызывает недоумение”.

Еще одна проблема – деньги. Отсутствие должного финансирования программы в прошлые годы привело к тому, что местами она начала “буксовать”. В частности, сильно затянулась работа над Государственным стандартом. Научные коллективы, занимавшиеся его разработкой, не получили в прошлом году ни копейки. В бюджете-97 на научное обеспечение программы выделено 5,9 млрд. рублей. Но кто знает – будут ли они отпущены в полном обьеме?

Не последнюю роль играет и то, что программа, одобренная правительством в 1995 году, до сих пор не приобрела статус Федерального закона. Попав в стены Государственной Думы в 1994 году, она больше их не покинула.

И Бог знает, сколько бы ей еще пришлось оставаться погребенной глубоко в недрах нижней палаты, если бы все не изменили очередные выборы. Председатель вновь сформированного Комитета по образованию Иван Мельников принес министерству официальные извинения за халатность своих предшественников и пообещал, что в новой Думе программу ждет более счастливая судьба. Покрывшуюся пылью кипу документов вынули на божий свет, перелистали… и поняли, что утвердить программу в старом варианте невозможно. Частично она уже была реализована, частично успела поменять свои приоритеты. Одним словом, морально устарела. И тогда началась интенсивная работа по ее реанимации, которая продолжается и по сей день.

Все свои ценности – курс на гуманизацию, вариативность образования и т.д. – программа сохранила. Ее содержание теперь актуализировано. Уточнен список мероприятий. Вот-вот эта работа закончится, и документ будет вынесен на обсуждение Думы.

Придание программе статуса Федерального закона носит и стратегический характер. Возможно, тогда некоторые министерства не позволят себе игнорировать ее.

Так, в программе развития России до 2005 года, разработанной правительством, появился раздел “Образование”, закладывающий разрушение государственной системы образования. Министерство, не имевшее ровно никакого отношения к его появлению на свет, схватилось за голову. Только после неоднократных личных обращений Владимира Кинелева к министру Евгению Ясину Минэкономики пошло на уступки, и текст документа был откорректирован с учетом федеральной программы развития образования.

Наталья БУНЯКИНА

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте