search
Топ 10

“Вскрыв” океан, как консервную банку…

В апреле 1995 г. автор этих строк в послесловии к публикации “Окно” с видом на полюс” написал: “24 февраля в Кремле контр-адмиралу Александру Берзину, капитану
1 ранга Юрию Юрченко, а также капитану 1 ранга Сергею Кузьмину Президент России Борис Ельцин вручил звезды Героев. Вместе с ними должен был получить такую же награду и руководитель похода к Северному полюсу еще одной АПЛ, “Б-414”, вице-адмирал Анатолий Шевченко. Он единственный в нашей стране подводник, совершивший три похода к Северному полюсу, а также к полюсу недоступности. Четырежды его представляли к званию сначала Героя Советского Союза, а в последний раз – Героя Российской Федерации. Но по странной случайности в кабинетах флотских чиновников его фамилия “выпадала” из списка награжденных. Рассказ об этом человеке, по сути, рассказ о современной истории освоения Арктики советскими подводниками в военных и научных целях. И такой рассказ, надеемся, обязательно будет написан”.
В начале этого года главнокомандующий ВМФ адмирал флота Владимир Куроедов подписал уже шестое представление Анатолия Шевченко к званию Героя Российской Федерации, но и это представление пока не реализовано. Попытаюсь выполнить данное семь лет назад обещание и рассказать только об эпизодах из жизни известного в Военно-Морском Флоте подводника вице-адмирала Шевченко.

“Апорт”
Лето у Шевченко, в силу служебных обстоятельств, всегда ассоциировалось с походами. Поэтому в 1985 г. лето, по его календарю, началось в мае.
Командиру дивизии атомных подводных лодок капитану 1 ранга Анатолию Шевченко доверили руководство широкомасштабной противолодочной поисковой операцией. Подготовку к ней он сравнивает с каторжным трудом бурлаков на Волге.
– Я собирался вывести в море одновременно с десяток подводных лодок и надводных кораблей. Надо было укомплектовать экипажи, обучить людей, организовать взаимодействие разнородных сил, в том числе морской стратегической авиации. В день “Ч” отряд разнородных сил вышел в море для выполнения двухмесячного плавания по единому плану под единым руководством.
Две недели советские подводники охотились за подводными лодками НАТО в Атлантике. Советская “свора гончих” (не случайно операции дали кодовое наименование “Апорт”) вызвала переполох в Пентагоне. Не понимая, что происходит в Атлантике, американское военное командование в течение трех недель держало войска береговой охраны в готовности “алая” – высшей степени боеготовности.
Отряд капитана 1 ранга Шевченко “вскрыл” океан, как консервную банку с балтийской килькой. Только в роли килек были иностранные субмарины. Удалось засечь с десяток иностранных подводных лодок, “обвеховать” районы нахождения противолодочных субмарин, как тогда говорили, вероятного противника, выявить районы боевого патрулирования лодок с ракетами на борту, которые иначе называют “убийцами городов”.
В результате противолодочной операции Советский Военно-Морской Флот наглядно показал, кто является хозяином Северной Атлантики в военном отношении. Попутно выяснили, что американские корабли и подводные лодки из “охотников” за нашими ракетными подводными крейсерами сами легко превращаются в “дичь” для российских кораблей и подводных лодок. Весь мир был поставлен перед фактом: американские ракетоносцы не смогут безнаказанно нанести ракетно-ядерный удар по территории нашей страны и ее союзников. Американские “убийцы городов” будут в первые же минуты войны обнаружены и уничтожены. Это была настоящая победа российских моряков, личная победа Анатолия Шевченко.
Случайно победа в Северной Атлантике совпала с празднованием Дня Военно-Морского Флота СССР. За день до праздника Шевченко вернулся с моря. Но вместо праздничного стола его ждала госпитальная койка. Нет, здоровье у него по-прежнему было отменным. Медицинское обследование было предписано “сверху” совсем по другому поводу.
– Вы много поработали в море, наверное, подустали немного. Есть возможность отдохнуть, пройти медицинское освидетельствование. А сразу после праздника вы возглавите поход в Арктику.
Но это уже другая история…

“Атрина”
26 июля 1987 г. крупнейшая в СССР центральная партийная газета “Правда” писала: “Звание контр-адмирала Анатолию Ивановичу Шевченко присвоили лишь с четвертого представления. Когда главнокомандующему ВМФ доложили о состоявшемся, наконец, событии, он поинтересовался, в каком районе океана находится Шевченко. Оперативный дежурный точно назвал место корабля, время очередного сеанса связи с ним. И адмирал флота Владимир Чернавин попросил передать на корабль поздравление”…
Поздравление сохранилось в семейном архиве вице-адмирала.
Для этих двух адмиралов – Владимира Чернавина и Анатолия Шевченко холодная война была делом всей их жизни. Чернавин пришел на нее лейтенантом, а ушел – адмиралом флота. Шевченко закончил службу на Северном флоте вице-адмиралом, а сейчас продолжает обучать экипажи атомных подводных лодок в учебном центре ВМФ в Обнинске.
Неприятная особенность “холодной войны”, по словам Чернавина, заключалась в том, что впервые в истории нашей державы мы остались в Мировом океане один на один с объединенными флотами главных морских держав: Америки, Англии, Франции, Германии, Италии… Без союзников. Из-за этого мы практически не имели зарубежных военно-морских баз. Отсутствие баз компенсировалось мужеством наших моряков в океане.
Весной 1987 г. в Атлантике разыгралась подводная баталия, которая не на шутку встревожила Пентагон. В советских служебных документах она носила кодовое название “Атрина” – абсолютно искусственный термин, чтобы даже смысловой оттенок слова не выдал сути дела.
В чем состоял смысл “Атрины”? Американцы привыкли, что наши подводные крейсера выдвигаются в район боевой службы – Северную Атлантику – по одному и тому же направлению с небольшими отклонениями: либо между Фарерскими и Шетландскими островами, либо в проливе между Исландией и Гренландией. За годы наших многих боевых служб противолодочные силы НАТО научились перехватывать советские подводные лодки именно на этом главном маршруте развертывания. Надо было, по словам Чернавина, слегка проучить зазнавшегося вероятного противника и показать, что при необходимости мы можем стать “неуловимыми мстителями”, то есть действовать достаточно скрытно для нанесения ответного удара – “удара возмездия”.
– Мой выбор, – рассказывает Чернавин, – пал на 33-ю противоавианосную дивизию атомных подводных лодок Северного флота, оснащенную к тому времени наиболее современными кораблями и укомплектованную опытными офицерами-подводниками. Вместе с атомными подводными лодками в операции должна была участвовать и дивизия морской авиации.
В начале марта 1987 г. из Западной Лицы вышла первая подводная лодка будущей завесы. Через условленное время от причала оторвалась вторая, затем – третья, четвертая, пятая… Операция “Атрина” началась…
Атомоходы уходят на боевую службу обычно в одиночку, реже – парами. Впервые за всю историю нашего подводного флота в океан уходила целая дивизия ПЛА: К-299 (командир – капитан 1 ранга Клюев), К-244 (командир – капитан 2 ранга Аликов), К-298 (командир – капитан 2 ранга Попков), К-255 (командир – капитан 2 ранга Муратов) и К-524 (командир – капитан
2 ранга Смелков). Возглавлял отряд контр-адмирал Анатолий Шевченко.
“За угол” (этот термин сугубо подводников означает выход в море для выполнения боевых задач) дивизия выдвигалась обычным путем. Поэтому противник, для которого исчезновение из Западной Лицы пяти “единичек”, конечно же, не осталось тайной, поначалу не очень обеспокоился: идут себе нахоженной, а значит, хорошо отслеженной тропой, и ладно. Аналитики из Пентагона могли даже предсказать, куда, в какой район Атлантики идут русские, полагаясь на старые шаблоны. Но в тот раз они здорово ошиблись.
В условленный день и час атомные подводные крейсера дружно повернули и исчезли в глубинах Атлантики. Так из походной колонны, растянутой во времени и пространстве, образовалась завеса, быстро смещающаяся на запад.
Обеспокоенный тем, что дивизия атомных подводных лодок СССР движется скрытно и бесконтрольно к берегам Америки с неизвестными целями, Пентагон бросил на поиск лодок завесы десятки патрульных самолетов, мощные противолодочные силы.
Самолеты базовой и палубной патрульной авиации кружили над океаном круглосуточно, выставляя барьеры радиогидроакустических буев, используя во всех режимах бортовую поисковую аппаратуру: магнитометры, теплопеленгаторы, индикаторы биоследа и др. Работали гидрофоны системы СОСУС, размещенные на поднятиях океанического ложа, и космические средства разведки. Но проходили сутки, вторые, третьи… а дивизия не отмечалась ни на каких экранах. В течение восьми суток наши корабли были практически недосягаемы для американских противолодочных сил. Они вошли в Саргассово море – в пресловутый Бермудский треугольник, где год назад погибла К-219, и, не доходя нескольких десятков миль до британской военно-морской базы Гамильтон, где, кстати, с 1940 г. базируются в том числе и американские корабли, и самолеты, круто изменили курс.
Вскоре начальник разведки ВМФ доложил главкому ВМФ адмиралу флота В. Чернавину, что из Норфолка вышли на поиск отряда Шевченко шесть атомных подводных лодок. Это не считая тех, которые уже находились на обычном боевом патрулировании в Атлантике. В противодействие нам были брошены три эскадрильи противолодочных самолетов, три корабельные поисково-ударные группы, причем одна из них – английская во главе с крейсером типа “Инвенсибл”, три корабля дальней гидроакустической разведки. Американские моряки не совсем верно классифицировали наши подводные лодки, определив их как чисто ракетные. А дивизия действовала в смешанном составе, то есть в море находились как ракетные крейсера, так и многоцелевые торпедные лодки.
Президенту Рейгану доложили: русские подводные ракетоносцы находятся в опасной близости от берегов Америки. Вот почему против советских подводных лодок направили столь крупные поисково-ударные силы. Они преследовали отряд почти на всем обратном пути и прекратили работу только в Норвежском море.

“К наградам представлены другие”
Некоторое время спустя после возвращения из похода Шевченко встречал на палубе атомной субмарины высоких гостей – Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева и Раису Максимовну.
Горбачев с опаской заглянул через узкий люк внутрь корабля, но спускаться в отсек по крутому трапу не захотел, мол, люк для такого человека, как он, тесноват. При этом взгляд генсека упал на плечистого высокого контр-адмирала Шевченко, он как бы примеривался: пролезет ли этот великан в такой узкий люк.
Чернавин по-своему истолковал взгляд гостя. Исполняя роль радушного хозяина, Владимир Николаевич поспешил пояснить, что этот контр-адмирал только что вернулся из похода, и именно он два месяца руководил второй противолодочной операцией, за которую Михаил Сергеевич сегодня вечером в Североморском Доме офицеров будет вручать подводникам высокие государственные награды, в том числе 15 орденов.
– И руководителю операции? – уточнил Горбачев.
– Он получил в море звание контр-адмирала, поэтому к наградам представлены другие, – последовал ответ…

Капитан 1 ранга Владимир ГУНДАРОВ

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте