search
Топ 10
Школы в регионах переводят на дистанционное обучение Дистанционное обучение в школах, «Высшая лига» учителей года, отмена ЕГЭ - новости образования Учителям потребуется подтверждать, что именно они подготовили победителей Всероссийской олимпиады школьников Акт вопиющего физического воздействия и морального насилия: что случилось в школе под Калугой ОГЭ по русскому языку: как пройти итоговое собеседование Ситуация с 9-летней студенткой МГУ Алисой Тепляковой вновь привлекла внимание общественности Эксперт подсказал выход из ситуации с самой юной студенткой МГУ Алисой Тепляковой Тайный дневник, 1900 км, 600 человек: девятые сутки под Волгоградом ищут пропавшую школьницу Международный день объятий, который отмечают 21 января, – праздник не новый, ему 35 лет Для учителей и воспитателей Подмосковья установили выплату в 5 тыс. рублей

Вниманье добрых душ Особая судьба у каждой сельской школы, хранительницы духа

Серебрянскую сельскую школу роднит с городскими только высокий процент выпускников, поступающих в престижные вузы, учебный план и обязательная с точки зрения финансистов классно-урочная система. Но на этом, пожалуй, сходство и кончается. Конечно, на одном уроке – в одном отрезке времени – работает один класс, один стабильный детский коллектив. Но уроки здесь – не единственная, а для многих – не главная форма детской деятельности, детской жизни. Уроки, как мы их себе представляем традиционно, идут пять дней в неделю по четыре часа в день. Остальное пространственно-временное богатство школы отдано каждому ребенку для индивидуального и коллективного интенсивного развития личности: постоянно открыты спортзал и спортивные площадки, лаборатории, кабинеты, мастерские, которые по размерам сравнимы с производством… Суббота – всевозможные факультативы, спецкурсы, “круглые столы” и дебаты, конкурсы, олимпиады и КВН. Интеллектуальные игры и экспедиции. Индивидуальные консультации и дополнительные занятия, подготовка к вступительным экзаменам в университет и многое другое.

Для дистанционного образования оборудуется компьютерный класс – машины поставили, программный продукт закуплен, дело за учителем информатики, которого школа обучает в институте. С репетиционными программами “Кирилл и Мефодий” старшеклассники занимаются самостоятельно и… обучают компьютерной культуре учителей литературы, истории, географии. Благо в селе появились первые домашние компьютеры. Правда, пока без интернета, нет выхода на автоматическую телефонную связь, такое глубинное положение у села. Собственно, даже не глубинное, а горькое: ни дорог, ни водопровода, ни канализации. В доме напротив школы расположены сельсовет и сельская библиотека, когда-то на всю область известная своей культурной, духовной миссией: здесь учили библиотекарей области работать с читателями и книгой. Теперь домишко обветшал, половина его выкрашена – там сельсовет, окошки белой краской для нарядности обведены. На окошки библиотеки краски не нашлось. Так и стоит этот символ специфической нашей власти – на одной улице с брошенным, разваленным совхозным общежитием. Совхоза, конечно, давно нет (нет уже и центральной усадьбы, где базировалась его администрация). Возникшее на его месте акционерное общество тоже не процветает: зарплата средняя колеблется меж 300 и 500 рублями в месяц. А вот школа Серебрянская своим выпускникам, поступающим в вуз, выплачивает по 500 рублей подъемных, а студентам педагогического университета, намеревающимся вернуться в родную школу, установили стипендию. Из школьных средств.
Фонд школы здесь совсем не то, что в городе, где его вынимают из кошелька родителей и спонсоров под подписку о “добровольности”. В Серебрянке родители ничего школе не платят – нет платных образовательных услуг или студий, нет платы за гардероб, питание, экскурсии, учебники. А что же есть? Название оставили старое – общеобразовательная средняя школа. Но на самом деле…
На самом деле это прогрессивное инновационное производственно-воспитательное и образовательное объединение, включающее в себя бывший детский комбинат, малокомплектную начальную школу в соседнем селе Князевка (учительницу Татьяну Женикееву возят туда из Серебрянки на школьном автобусе), начальную школу в самой Серебрянке, интернат для тех, кто живет в соседних деревнях и учится в основной Серебрянской школе, затем профильные классы для старших ( мальчики получают профессию тракториста-механизатора 3-го класса и могут водить и ремонтировать любую современную сельхозтехнику), учебно-консультационный пункт очно-заочного обучения, краеведческий музей, родительский университет, дающий не только педагогические знания, но и консультации по всем предметам для совместного с детьми изучения, еще сад, еще огород, еще 130 гектаров пашни и современную свиноферму… “Да ведь это уже получается не школа, а настоящий совхоз, – недоверчиво воскликнула моя городская собеседница, чьи дети учатся в дорогущей частной школе. – Откуда же они деньги берут?”
Оно и правда – детский совхоз, поскольку управляют им, как и всей школьной жизнью школьные советы. Совет бригадиров, совет по защите прав и порядка, совет друзей, совет завучей, совет инициативных дел, совет здоровья и так далее – очень эффективную систему и программу воспитания “Мы – россияне” создали педагоги под руководством заместителя директора по воспитательной работе Светланы Ахременко. Сама же она считает, что творчество ее , как и других, стало возможным, потому что в Серебрянке появился когда-то удивительно талантливый и честный человек, преподаватель химии и биологии, настоящий директор сельской школы Николай Попов.
Из-за него я и задержалась в дальнем маленьком селе за рекою Сумой, слишком не хотелось уезжать из Серебрянки. Молчаливый и скромный внешне директор – необычайно проницательный, хладнокровный и энциклопедически образованный человек, сумевший среди всеобщей разрухи добиться устойчивого движения своей школы к успеху. Сельский житель, типичный сибиряк – среднего роста, немногословный, крепко сбитый, удивительно терпеливый и независимый одновременно – Николай Андреевич Попов в самой-самой сибирской глубинке, в стороне от железной дороги и автобусного движения, где нет никаких фирм и производств, шефов и спонсоров, где бывший совхоз бросил свои помещения как символ краха, где пустуют огромные добротные дома, в этих безнадежных условиях директор превратил брошенное государством на произвол судьбы учебное учреждение в рентабельное производство. Школа, где нет сегодня и 200 ребят, сама себя содержит: оплачивает труд наемных строителей, рабочих и мастеров, выплачивает премии лучшим учащимся, покупает квартиры учителям, отправляет целые классы в бесплатное путешествие, бесплатно кормит детей, покупает на собственные средства спортинвентарь, скатерти для столовой, шторы и оборудование для кабинетов. Сколько же на это надо средств? В десятки раз больше, чем их выделялось из местного бюджета даже в мифические “добрые времена”. Вот две цифры: 215 тысяч рублей и 278 тысяч рублей. Это так называемый чистый доход ученической производственной бригады соответственно в 1999 году и в 2000-м.
500 килограммов своей капусты заложили в овощехранилище, почти тонну других овощей – свеклы, моркови, лука, кабачков, законсервировали салаты и компоты, разложили по банкам соленья. Пшеницы вырастили и убрали более 1000 центнеров. Половину сдали на хлебоприемный пункт, часть продали, часть поместили в свое уникальное зернохранилище, о каком совхоз только мечтает. Зернохранилище построили сами. Гигантское, как пирамида Хеопса, и такое же загадочное: работали без строительных кранов, выкладывая пол мощными бетонными плитами, навешивая в невероятной вышине мощные перекрытия под шиферную крышу. Такой же рядом гигантский гараж, где в идеальном состоянии хранится собственная сельхозтехника – тракторы, тракторная тележка и грузовик, автобус и легковая машина. Во дворе – модернизированные и свежевыкрашенные, готовые к новой посевной и новой жатве плуги, сеялки, комбайны, картофелекопалка и сеноукладчик, масса другой сельхозтехники.
На дальнем дворе – аккуратная капитальная свиноферма, имеющая и собственную “дачу”, и выгульное поле – все требования санэпидстанции и экологов выдержаны, работают с животными только взрослые, школа платит за своих поросюшек экологический налог – 20% с дохода. А он немалый – в этом году сдали на мясокомбинат 20 хрюшек, за которых – “выручили” почти 100 тысяч рублей. Конечно, если б продавать свою продукцию частнику-перекупщику или непосредственно покупателю на рынке, открыв свой мясной прилавок, можно бы “выручить” вдвое больше: хорошая свинина на сибирском рынке стоит рублей 80-100 за килограмм. Но директор школы с частниками дела не имеет: за каждый грамм продукции он отчитывается перед ревизорами и налоговой инспекцией массой бумаг, чеки хранит более тщательно, чем домашняя хозяйка гарантийный талон на капризную и дорогую бытовую технику. Недавно налоговая инспекция прислала ему угрожающее предупреждение со ссылкой на прокуратуру по поводу каких-то недоимок за март на сумму аж…в 31 рубль. Директор в выходной день разыскал своего бухгалтера и поднял всю отчетность: такого не может быть, чтоб мы где-то что-то нарушили или остались перед кем-то в долгу!
На строительном дворе, где всякие самодельные строительные механизмы, новенькая бетономешалка и строительные материалы хранятся под открытым небом, показал мне директор необычное “транспортное средство”, похитрее летающих тарелок, потому что проще, а все гениальное, как известно, просто: гигантские листы железа, сваренные так, что могут быть надежно “пристегнуты” к трактору или другому механизму. На этих листах вот уже десять лет школьники вместе со своим директором и мастером, талантливым механиком-изобретателем Анатолием Федоровичем Надточием, выпускником этой школы, вывозят со свалок Чулымского района брошенные сельскохозяйственные машины. Школа готовит трактористов-механизаторов на уроках труда и технологии, мальчишки так увлекаются восстановлением (реанимацией) сельхозтехники, что готовы возиться с нею, бедолагой, сутки напролет. Приходится гнать Кулибиных и Эдисонов со школьного двора. Но они не успокаиваются, пока не увидят машину в работе. Так появились у школьной производственной бригады первый комбайн “Нива”, сенокосилка, сеялка, механические грабли и многое другое. Так же создавались “строительные технологии”, позволившие допотопными механизмами и силой творчества возвести гигантские сооружения. Конечно, дети с цементом и опасными механизмами не работают, но они всему учатся на практике. Главное – учатся думать, искать выход, самому принимать решение и самому нести ответственность за результат. Такова тактика воспитания в ученической производственной бригаде.
Узнав кое-что из биографии директора школы, я подумала, что действует здесь не только педагогическая теория, но и сама личность Николая Андреевича. Два маленьких эпизода: средняя школа в Серебрянке была и раньше, но дела ее шли не блестяще, а отношение руководителей совхоза “Суминский” к школе и ее директору было похоже на перманентные военные действия, в которых поражение всегда терпела школа. Новый директор Николай Попов приехал сюда с женой, учительницей начальных классов, в период недолгого перемирия, но поддержки своих инициатив не дождался и через два года. Тогда он принял стратегическое решение: ищи союзников и соратников в педагогах, детях и родителях. Как директор, воспитывай, развивай, направляй все три коллектива, создавай для них условия, в которых всем хотелось бы работать с максимальной отдачей. “К обидам горьким собственной персоны не привлекай вниманье добрых душ. Иди, как шел, своей тропой бессонной: взялся за гуж, не говори недюж”, – он часто повторял эти слова самому себе вслух. А оказалось, и всем детям, и собственному сыну.
Когда выяснилось, что совхоз не собирается строить дом новому директору школы, Николай Андреевич не стал затевать тяжбы, а принялся сам за строительство, благо вырос в крестьянской дружной семье, где считалось обязательным владеть в совершенстве любым “рукомеслом”: пахать, косить, строить, лечить животных, чинить любые электроприборы, класть печи, печь хлеб… Все это умеют и сегодняшние школьники в Серебрянке да плюс художественные ремесла, которые они осваивают в кружках и в мастерских. Табуретки и столики, ящики для цветов и рассады, всякие полочки в детском саду и в доме престарелых – искусство мальчишек из средних классов школы. Они и отличные кухонные наборы умеют делать, кашпо и цветочные композиции – вполне “товарная” получается продукция, как и всякое шитье-вязание у девочек, увлеченных моделированием и лоскутной техникой. Правда, для всего этого нет сбыта, слишком далеко школа от железной дороги, нет тропинки к рынку.
Когда я уезжала, со школьного двора выкатился грузовичок: мальчишки из старших классов развозили зерно пенсионерам – и учителя, и повара, и уборщицы, когда-то работавшие в школе, получили по два центнера выращенной на школьном поле пшеницы. Так решил совет друзей.

Галина ФРОЛОВА

Новосибирская область

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте