Верните игру! Как грамотно подготовить ребенка к школе

Кандидат психологических наук, заведующая лабораторией «Психологическая готовность к школе» Московского городского психолого-педагогического университета, старший научный сотрудник Психологического института РАО, Нина ГУТКИНА в течение двадцати лет занимается проблемой психологической готовности к школе и дает детским психологам и педагогам диагностические и развивающие методики, востребованные в школах и дошкольных образовательных учреждениях. Не случайно монография «Психологическая готовность к школе» Нины Иосифовны, адресованная детским психологам, педагогам и родителям выдержала четыре переиздания. Последнее появилось уже в ранге учебного пособия. (Издательство «Питер», 2004 год)

В «Приоритетных направлениях развития образования», предложенных Минобрнауки РФ, говорится о том, что в целях обеспечения равных стартовых возможностей для всех детей 5-6 лет из разных социальных слоев и групп предлагается ввести предшкольную ступень образования в форме нулевого класса. Дальше идет оговорка, что этот класс планируется создавать на базе детского сада или школы. Фактически за счет «нулевки» образование станет 12-летним, причем дошкольная подготовка будет обязательной. К сожалению, не все родители поймут опасность обучения с 5-6 лет, тем более что в старших группах детского сада занимаются по тем же программам, что и в школе, правда, не с такой степенью выработанности навыков. Мы провели небольшой анализ программ, которые реализуются нынче в детском саду, и убедились, что старшие группы там, по сути дела, превратились в мини-школы, где идут занятия по учебным программам первого класса. В этом смысле нам могут сказать, что де-факто нулевой класс уже существует, остается ввести его де-юре. Сломать сложившуюся в дошкольном образовании ситуацию действительно трудно, хотя такие попытки предпринимаются, чтобы вернуть детские сады к ведущей – игровой деятельности. Мы наблюдаем, что развитие детей несколько снизилось: дети перестали играть, стали заниматься деятельностью, не адекватной для их возраста. Исследования нашей лаборатории показали, что дети через год-два обучения резко теряют мотивацию. Исследования формирования личности ребенка в 50-х годах прошлого века, проведенные Лидией Ильиничной Божович, показывают, что в то время дети приходили в школу с хорошей познавательной и учебной мотивацией. Основной критерий готовности к школе, который ввела Лидия Ильинична, – «внутренняя позиция школьника», практически был высоким у всех детей. Причем внутренняя позиция школьника представляла собой новое отношение ребенка к окружающей среде, возникающее в результате сплетения в узел двух потребностей – познавательной и потребности в общении со взрослым на новом уровне. Исследования показывали, что на протяжении первого-второго классов познавательная и учебная мотивация росли, а потом, с третьего класса, начинали потихонечку снижаться в силу возрастного развития и приближения к предподростковому возрасту. Заметим, что для подростка гораздо более значимо общение со сверстниками, чем со взрослыми. Еще один важный факт, полученный в исследованиях того времени: дети, а именно младшие школьники особенно хорошо реагировали на новые сложные задания.

Сегодня же ни о каких новых и сложных заданиях речи не идет, потому что в первом классе дети по третьему разу проходят одну и ту же программу. Они начинают ее изучать в старшей и подготовительной группах детского сада, а также на подготовительных курсах при школе. Дети приходят в школу в ожидании нового и интересного, но им предлагается то, с чем они хорошо знакомы или им кажется, что знакомы. В такой ситуации у нормального ребенка, естественно, гаснет познавательный интерес и учебная мотивация. Именно здесь рождаются все наши проблемы. Ребенок движется по этой траектории, не желая учиться, и найти момент, в который можно переломить ситуацию, очень сложно.

Сейчас нам предлагают ввести обязательный нулевой класс, где стартовые возможности детей будут выравниваться. Можно предположить, что практика все поставит на свои места, и что если сегодня готовят детей с точки зрения выработки школьных знаний, умений, навыков, то это будет и способом выравнивания стартовых возможностей. То есть понимается следующее: если все дети до школы будут уметь читать, писать и считать, то у них появятся равные возможности для обучения в школе. Можно попробовать объяснить эту точку зрения.

Дело в том, что в проектах по предшкольному образованию все время речь идет о детях из разных социальных групп, о том, что часть детей ходит в детские образовательные учреждения, где им дают знания, вырабатывают у них умения и навыки, а часть не ходит. Значит, первые в лучшем положении, чем вторые.

Создается впечатление, что в нашей стране хотят ввести аналог американской системы подготовки к школе. В Америке нет системы детских садов, как у нас. И для того чтобы подготовить детей к общению в условиях школьного обучения, они в пять лет идут в preschool (предшкольная ступень образования). Посещение preschool является необязательным. Обязательное обучение начинается в первом классе с 6 лет. Работают с детьми далеко не всегда педагоги-дошкольники. Но посещение в США детьми нулевого класса не гарантирует успешного обучения в начальной школе: американские исследователи отмечают серьезные проблемы детей с грамотой и счетом.

Почему такая система предшкольной подготовки существует в США, понятно: в их психологии и педагогике развитие понимается согласно бихевиористической концепции как совокупность тех знаний, умений, навыков, которые вырабатываются при жизни у ребенка.

У нас на протяжении прошлого века в отечественной психологии развивались принципиально иные подходы к развитию психики человека. В концепции Л.С. Выготского это, например, прежде всего понимание возраста и закономерностей возрастного развития. Если мы будем придерживаться этой концепции, то психологическая готовность к школе для нас не может быть знаниями, навыками и умениями, она должна быть некоторыми новообразованиями, возникающими к концу дошкольного возраста, с которыми ребенок приходит в следующий – младший школьный – возраст, и там эти новообразования позволят ему и развиваться, и успешно учиться. Это все важно, потому что мы должны понимать, что такое психологическая готовность к школе. Она появляется только тогда, когда ребенок полноценно проживает свой дошкольный период развития, то есть при сохранении игры как ведущей деятельности. Если мы убираем игру, то ребенок приходит в школу не подготовленным к обучению. Ребенка можно научить читать, писать, считать, но это не будет мерилом его готовности к школе. Психологическая готовность не образуется в результате выработки так называемых вводных навыков, а формируется в процессе естественного развития ребенка в дошкольном возрасте, когда он занимается адекватными этому возрасту занятиями (игра, рисование, конструирование и т.д.)

Психологическую готовность к школе я понимаю как необходимый и достаточный уровень психического развития ребенка для начала обучения по школьной программе в условиях обучения в группе сверстников.

Лидия Ильинична Божович в свое время разделяла готовность к школе на интеллектуальную и личностную. К личностной готовности она относила все, что связано с мотивационным развитием ребенка. Учебная мотивация, по Божович, состоит из познавательных мотивов (все, что связано с интеллектуальной активностью) и широких социальных мотивов (все то, что связано с проблемами общения со взрослыми, потребностью занять новое место в системе общественных отношений.. Получается, что ребенок, готовый к школе, должен хотеть учиться, в познавательном плане – ему многое должно быть интересным, а также он должен хотеть начать заниматься серьезным важным делом, которым в его возрасте как раз является учеба. Все это даст ему возможность стать активным субъектом учения.