search
Топ 10

В чем вина Греты? Интереснее всех в номинации “Традиции в образовании” выступили нетрадиционалисты

В центр класса вышла ослепительно красивая девушка. Сияя почти голливудской улыбкой, она одарила каждого из членов жюри музыкальной безделушкой – треугольничком, кастаньетами, бубном – и проникновенно сказала:
– Друзья мои, по моей команде каждый из вас ударит в свой музыкальный инструмент.
И чаровница запела высоким грудным голосом. Я подумала: “Господи, ей бы в Гнесинское училище!”. А моя соседка, методист из Чувашии, вслух заметила:
– Да ей в номинацию “Вдохновение и педагогический артистизм” надо было идти!
Вполне возможно. Поскольку в методическом обосновании своего опыта и самоанализе – в том, в чем традиционалист должен собаку съесть, – девушка проявила себя не с самой сильной стороны. А на уроке снова сумела покорить детишек, увлечь их своим артистизмом и обаянием.

А кому половинку плюса?
И таких несоответствий в “моей” номинации оказалось достаточно.
На защите педагогических концепций я добросовестно пыталась понять, насколько соответствуют конкурсанты номинации, в которой участвуют. Напротив фамилий каждого из 10 “моих” учителей я делала соответствующие пометки.
Вот, к примеру, Светлана Норкина, учитель математики из Чувашии. С одной стороны, твердый предметник, уверенный учитель, вроде бы работающий в традиционалистском русле. А с другой – она, как выяснилось, самостоятельно разрабатывает уроки по системе Эльконина-Давыдова для 5-6-го классов, поскольку младшие классы в ее школе занимаются именно по “эльконинской” программе. Для этого она ее изучила, прослушала специальные курсы, но свою программу разработала, используя собственные наработки и опыт. Как определить степень традиционности в этом случае? Ставлю ей полплюса.
Вообще же председателю номинации Валерию Салахову то и дело приходилось направлять участников в нужное русло.
– А как соотносится ваша методика с традициями? Не является ли ваша разработка новшеством? – упорно “пытал” он номинантов.
И в большинстве случаев они путались и не знали, что ответить.
Я подсчитываю результаты. Из 10 участников один получил ярко выраженный минус. Большинство – лишь по половинке: их методику полностью традиционной назвать было нельзя. И только двое – более или менее твердый плюс.

Берегите голову!
Поскольку уже на первом этапе первого тура в рамки номинации участники укладывались с трудом, на первый план вышел уровень педагогического мастерства. Здесь все было достаточно очевидно и не поддавалось сомнению. В номинации состоялось немало хороших, добротных уроков, каждый из которых чем-то запомнился.
Но самым ярким стал урок учителя русского языка из мурманского лицея N 1 Ларисы Палютиной. Уже на защите концепции она сразила публику темпераментом увлеченного своим делом человека, остроумием, уверенностью в себе, безусловной эрудицией. Словом, Лариса – яркий тип ученого.
В кабинете ничего лишнего, никаких эффектных наглядных пособий. Ей это не нужно. Ее главное оружие – слово. Она им блестяще владеет. Ее реплики похожи на удары шпагой. Общение с учениками – на виртуозную учебную дуэль со Словом, где каждый удачный прием вызывает удовольствие как учеников, так и самого “аса” словесного фехтования.
Тема ее урока – “Непроверяемые гласные в корне слова”. Начинает урок учитель с проблемного вопроса:
– Как же запомнить эти коварные гласные? Казалось бы, заучивай да и все! Но ведь такое механическое заучивание может для кого-то оказаться неэффективным. Поэтому наша совместная задача – найти другие способы запоминания.
Первый способ, который совместно с педагогом открывают ребята, – проговаривать слово. Как заметила Лариса Алексеевна, наша артикуляция ленива. Прозвучал призыв (первый выпад):
– Не ленитесь четко произносить слово!
Десятиклассники, как заклинание, произносят “пОрОлОн”.
Следующий путь – отыскать в слове формулу. В слове “интеллигент” это будет чередование гласных “и-е-и-е”, в слове “поролон” – три “о”.
– Любите формулы! – выпад второй.
Столь же эффектно ребятами под предводительством учителя отыскивается четвертый способ. Для нахождения третьего пути Палютина “выстреливает” информацией к размышлению: слов с непроверяемыми гласными в корне всего 13%.
– Эту цифру еще уменьшит тот, кто будет искать этимологию слов, – подзадоривает учеников Лариса Алексеевна.
Палютина для примера берет слово “ош…ломить”, которое, по ее словам, умудряются написать даже через “а”. Практически сразу один из учеников добрался до “шелома”, то есть шлема. Стало быть, ошеломить – в буквальном смысле значит ударить по голове.
– Так что, когда вас кто-то хочет ошеломить, берегите голову! – заключает учитель.
Найти этимологию слова – третий способ.
А вот путь ложных ассоциаций – самый веселый.
“В…н…грет” и “ижд…венец”. Как можно запомнить написание “винегрета”? Ребята предлагают отталкиваться от слов “вино” и “греть”. А если подойти к делу творчески? К примеру, мурманские ученики Ларисы Алексеевны придумали целую историю про служанку Грету, которая не приготовила вовремя салат и покрошила первые попавшиеся под руку овощи, залила их уксусом (а vino по-французски – уксус) и маслом и подала на стол. С тех пор блюдо называют винегрет – от “вины Греты”. Забавная легенда, правда? А все веселое и “несерьезное”, как утверждают психологи, и запоминается легче.
А “иждивенец”? Ребята из палютинского класса разложили слово на “и жди венец”. А история про это такая: невеста ждет не дождется венца, то есть брака, чтобы спрятаться за спину мужа, буквально быть “замужем”, не работать. Так ребята попутно находят значение слова.
Путь пятый и последний приводит к исправлению одной из самых распространенных ошибок. В них виновата любовь к английскому языку, утверждает Палютина. Не верите? Пожалуйста: слова “экстр…мальный” и “экстр…м”. Значение одно, а происхождение и написание разные. Экстрим, но экстремальный. Экстрим – от английского (уверенно определил класс) extreme, а экстремальный – от латинского (догадался кто-то из ребят) extremum. А поскольку большинство слов с непроверяемыми гласными в корне – иноязычные, при их написании неплохо было бы заглядывать в словари – иностранных слов и этимологический прежде всего.
– Любите словари, – заключает Лариса Алексеевна.
Финальный же аккорд урока был остроумен и неожиданен, как “конец посылки” Сирано де Бержерака.
– Тема нашего урока – “Непроверяемые гласные в корне слова”, а весь урок мы с вами занимались чем? Верно, проверкой этих самых гласных! – здесь Лариса Алексеевна могла бы сказать “вуаля!”. – Так уточним же ее, поставим знак вопроса (в скобочках) после слова “непроверяемые”. “Непроверяемые (?) гласные”. Спасибо.
…Мой внутренний критик очнулся только после импровизированного звонка – восхищенным поклонником. Да и мои соседи, коллеги Палютиной – напомню, химики, математики, географы – чуть ли не единодушно выдохнули: “Высший пилотаж”, “Профи!”, “Классный педагог!”. А одна из сопровождающих участников-методистов завистливо вздохнула: “Вот бы нам в школу такого учителя!”. Есть ли что выше этого признания коллег?
И хотя Лариса Палютина не вышла во второй тур конкурса, я благодарна “Учителю года” именно за такие мгновения чистой радости и веры в призвание учителя, педагогический и человеческий талант и высокую щедрость дарить его всему миру.

Татьяна ЕФЛАЕВА

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте