search
Топ 10

В Афгане стало беспокойно О гибели “панджшерского льва”

Столь чумовой поездки в Афганистан у меня еще не было. Хотя начиналось все неплохо. Спасибо сотрудникам афганского посольства, их рекомендательные письма сработали, и на третий день без особых приключений, если не считать ночного переезда из Ходжента в Душанбе на разлохмаченной “Волге” через заснеженные перевалы по каменистой дороге, мы были уже в Ходжа-Бахауддине. Разместились в ранее обжитой комнате резиденции МИДа. Правда, теперь она приобрела печальную известность. Именно в ней провели неделю арабские террористы, дожидаясь аудиенции с Ахмад Шахом Масудом, даже простыни еще не успели сменить. Но об этом чуть позднее.
Итак, мы – съемочная группа ОРТ в лице Сергея Барабанова, зам. главного редактора “Комсомолки” Игорь Коц и на ту пору без определенного места занятости Александр Хохлов – начали свою планомерную работу. Навестили окружного судью, побывали на линии фронта, “открыли” заместителя министра обороны Барьялая, ставшего теперь телезвездой, направили вопросы новому командующему войсками Северного альянса генералу Фахиму, сняли сожжение 300 кг героина при большом стечении народа на базарной площади. И тут началось.
Привлеченные началом операции “Возмездие”, в Афганистан со всех концов света кинулись сотни журналистов, фотокорреспондентов и телекомментаторов. Большинство из них застревали в Душанбе, но многие все-таки правдами и полуправдами пересекали границу. Каждый день вертолетами, грузовиками, “джипами” прибывали все новые группы. Во дворе трещали генераторы, устанавливались палатки, выгружались контейнеры с водой, запасы продовольствия. От излучающих “тарелок” и спутниковых телефонов резко поднялся радиационный фон. Разворачивалась мощная международная машина по производству и распространению новостей. Ее воздействие ощущалось просто физически. Не зря есть утверждение, что напряженное ожидание войны непременно заставит пушки стрелять.
Репортажи с учетом часовых поясов велись круглые сутки. Не успевала витринная леди с ВВС или Sky News погасить на экране приклеенную улыбку, в дело тут же вступал кудрявый сын Эквадора, за ним – вежливейший представитель Страны восходящего солнца. И так круглые сутки. “Я нахожусь в охваченном войной Афганистане! За моей спиной – линия фронта!” – эту фразу на всех языках я уже не могу слышать без приступа изжоги.
Что движет этими людьми? Что заставляет терпеть отсутствие бытовых удобств, забыть о возможности подхватить какую-нибудь экзотическую болезнь, что более чем реально. Один мой знакомый впервые пробыл в Мазари-Шарифе в 1996 году три дня, подхватил неведомую кишечную инфекцию, в результате лечится до сих пор. Я уж не говорю о случаях более печальных. Что за этим – желание успеть первым снять информационные сливки, сделать себе имя, сорвать денежный куш на эксклюзиве? Неужели все это сильнее чувства самосохранения?
К тому же абсолютное число прибывших репортеров не заподозришь в принадлежности к числу глубоких специалистов. Они плохо представляют, что происходит в стране, не знают движущие силы, коверкают имена лидеров. Тем не менее каждое агентство стремилось поразить мир сенсацией. Если таковой не находилось, ее придумывали за обеденным столом, стоящим во дворе и попутно выполняющим роль мировой информационной кухни. Только за последние три недели Мазари-Шариф “брали” не менее четырех раз. Бедного генерала Дустума похоронили уже многократно. Но это хорошая примета – жить будет долго. А скольким еще “жареным уткам” мы не дали взлететь – не счесть. И ведь на основе таких сообщений в высоких кабинетах принимаются важнейшие решения. Поэтому мой вам совет, читатель, не всякий раз бросайся копать бомбоубежище в огороде, может, оно того и не стоит. Но это к слову.

Таким Масуд остался в памяти

В прошлом материале я обещал подробнее рассказать о покушении на лидера Северного альянса Ахмад Шаха Масуда. Мне кажется, полной картины этого преступления еще не представляет никто, но мы с Александром Хохловым попытались воссоздать наиболее важные компоненты. Может быть, они пригодятся кому-то из коллег для дальнейшего расследования весьма далеко от Афганистана.
Имена террористов нам были названы службой безопасности Северного альянса – Мухаммад Касим и Мухаммад Карим. Их словесный портрет дала Бриджит Бролт, корреспондент одной из французских провинциальных телерадиокомпаний, неплохо говорящая по-английски. Она, дожидаясь аудиенции с Масудом, наблюдала их в Ходжа-Бахауддине в течение шести дней. По ее словам, это были рослые, крепкие парни арабского происхождения в возрасте 30 – 35 лет, представившиеся свободными корреспондентами, снимающими фильм об Афганистане. Причем “оператор” на 3-4 года выглядел младше, был чуть пониже, полнее и молчаливее, его интересы внешне не простирались далее поглощения пищи и сна.
Оба одевались по-европейски – светлые рубашка, футболка, легкие брюки со множеством карманов. Держались особняком. Особой словоохотливостью не отличались. Крайне энергичной Бриджит удалось лишь вытянуть, что ранее они проживали в Марокко, потом приехали в Бельгию, где получили гражданство. Поначалу в безмятежной Европе предались многим светским грехам: вино, зрелища, девушки. Но потом непонятно по каким причинам обратились (или их обратили) к исламу. Изучение мудростей Корана, изречений пророка стало смыслом их жизни. Оба переехали в Лондон (там легально находятся штаб-квартиры многих радикальных исламистских организаций, представитель одной из них даже занял место в палате лордов. – В.Н.), где прожили более года. На просьбу дать номер телефона долго не реагировали, мотивируя это переездом, отсутствием постоянного жилья и другими малозначащими причинами. Наконец, дали визитную карточку с нечетко исправленным номером.
Отношение к работе у них тоже было своеобразное. Наблюдая за операторами, приходишь к мысли, что камера для них – смысл и цель жизни. На мир этот человек смотрит через телеобъектив, снимая все подряд на всякий случай. Он покурить без камеры не выходит. Прежде чем самому сесть за стол, “оближет” свой аппарат, а во сне руки с него не снимет. Эти же, приехав, засунули старую японскую камеру в сумку и вынули ее лишь в день интервью.
Теперь, по прошествии времени, очевидцы отмечают и не столь уж строгое следование арабов канонам ислама, хотя они всячески демонстрировали обратное, не выпуская из рук Коран. Как известно, всякий правоверный обязан совершить пять намазов в день. Особенно недопустимо пропустить первый – в пять утра. Однажды около полуночи меня пригласил домой один из министров Северного альянса. В начале беседы он сразу предупредил: “Мы можем беседовать всю ночь, но на рассвете, к приходу муллы, я должен стоять на коленях”. Террористы же не очень следовали этой заповеди, просыпая до 8 – 9 часов.
Далее передадим слово Вахидулле Сабахуну, министру финансов, члену совета Северного альянса. Мы с ним знакомы уже не один год, поэтому он не стал утаивать важные детали расследования. По его утверждению, террористы прилетели в Исламабад из Лондона в начале августа, в посольстве Движения талибан получили визу и приехали в Кабул. Потом перебрались в Кандагар, там Мулла Омар, верховный лидер талибов, вручил личную записку, которая служила им охранной грамотой при переездах на юге Афганистана.
Арабы стали искать путь на север. С этой целью они обратились к Абдул Сайяфу. Об этом человеке нужно несколько слов сказать отдельно. Сайяф, пуштун-харути, родился в 1944 году, преподавал на шариатском факультете Кабульского университета, получил степень магистра в Аль-Азхаре. Еще в 1974 году принимал участие в вооруженных антиправительственных выступлениях, сидел в тюрьме. Освобожден по амнистии в 1980 г. после Саурской революции, но власть коммунистов не принял. Бежал в Пакистан, где сформировал Исламский союз освобождения Афганистана, в 1982 г. избран первым председателем Исламского союза моджахедов (“Альянс семи”), в 1989 г. был премьер-министром переходного правительства моджахедов. Имеет сильное влияние на пуштунские племена, особенно в юго-восточных районах Афганистана. Придерживается ориентации на ваххабитов Саудовской Аравии. Движение талибан не принял, но и к Северному альянсу не примкнул. Я не удивлюсь, если он будет включен в состав будущего коалиционного правительства.
Теперь вновь вернемся к террористам. Сайяф по спутниковой связи сообщил о них Ахмад Шаху Масуду, добавив, что он этих людей не знает и поручиться за них не может. Масуд ответил: “Пропусти, пусть арабы посмотрят, как мы живем”. Так они появились в Панджшерском ущелье. Около недели ездили по кишлакам, снимали укрепления, технику, беседовали с людьми. Сразу же начали добиваться встречи с командующим. Однажды, уже в самом начале сентября, их даже пригласили на заседание совета Северного альянса, на котором присутствовали президент Раббани, вице-президент Масуд, нынешний командующий Фахим, министры, крупные полевые командиры. Арабы не смогли приехать, кажется, из-за неисправности нанятой машины. Вы представляете, что могло бы быть, если б они не опоздали? Но, видимо, еще не наступило время, отведенное Аллахом.
В один из дней Масуд собрался в Ходжа-Бахауддин. Обычно никто не знал, куда и насколько он улетает, хотя пункты его остановок, конечно, известны – их не так много на контролируемой северянами территории. Арабы об отлете командующего узнали и стали проситься на его борт. Масуд отказал, сказав, что неизвестных ему людей с собой не берет.
Прилетев в Ходжа-Бахауддин двумя днями позднее, террористы стали ждать, как в засаде. Встреча с командующим была назначена на вторую половину дня 8 сентября. Уже поздно вечером им дали отбой, Масуд был слишком занят и перенес аудиенцию на 12 часов следующего дня.

Новый командующий генерал Фахим

Перед встречей охрана произвела лишь поверхностный осмотр “корреспондентов”, не проверив тщательно их оборудование. Удивительно, но Масуд, обладающий изощреннейшим военным опытом, знающий все тонкости восточных заговоров, сам многократно заманивавший врагов в ловушки, считал, что он не может оскорбить гостя недоверием. Хотя многие журналисты, в том числе и мы, на последней встрече в августе лично выражали ему недоумение по этому поводу.
Ровно в полдень в угловой комнате резиденции командующего расселись Ахмад Шах Масуд, Масуд Халили, посол ИГА в Индии, Асим Сухиаль, представитель МИДа, мой давний знакомый, Фахим, афганский журналист, и террорист-оператор. Другой араб передвигался по комнате, выглядывал в коридор, якобы готовился к интервью. Судя по всему, командующий все-таки испытывал некоторую настороженность. Когда оператор стал передвигать камеру ближе к Масуду, он спросил Асима, зачем он это делает. Тот резко встал и попытался оттолкнуть камеру, но было поздно. Раздался взрыв. Часы остановились в 12.05.
Асим погиб мгновенно, Масуд Халили, получил тяжелые ранения в бок, Фахиму сильно обожгло лицо, у террориста-оператора почти не стало туловища, второй остался невредим. Командующий сидел, откинувшись в кресле и истекая кровью. Он был поражен в голову, ноги, грудь. Охрана кинулась к Ахмад Шаху. Его подняли под руки, закрыли лицо белой материей, вывели на крыльцо и посадили в машину, которая тут же рванула к вертолету. На столе остался обгорелый лист бумаги с первым вопросом “репортеров”: “Что вы сделаете с бен Ладеном, если вновь займете Кабул?”.
Поначалу следователи решили, что взрывчатка была спрятана у террориста на поясе, но потом, когда после долгих поисков не нашли никаких остатков камеры, пришли к заключению, что взрывное устройство было все-таки замаскировано в ней. В действие оно было приведено пультом дистанционного управления, находившимся в руках “корреспондента”.
Уцелевшего террориста схватили, закрыли в одну из подсобных комнат, но он, воспользовавшись суматохой, вылез в небольшое окно и скатился под обрыв к реке. Там охрана его снова настигла. В завязавшейся схватке араб схватился за ствол автомата и попытался вырвать его из рук солдата, тот нажал на спусковой крючок. Смерть шахида была мгновенной. Позднее, ночью, их обоих похоронили на кишлачном кладбище. Коран не позволяет отказывать в последнем милосердии ни самоубийцам, ни грабителям, ни террористам.
Командующий был доставлен в госпиталь на таджикской стороне, но врачи уже были бессильны что-либо сделать. “Панджшерского льва” не стало. Мусульманина положено хоронить в день смерти. Но в Коране написано, что если есть препятствия по дороге на кладбище – непогода, война, то похороны могут быть отложены. Совет Северного альянса решил, что не нужно давать лишний козырь своим врагам, изготовившимся к наступлению, пусть Масуд послужит своим собратьям и после смерти. Именно поэтому о его гибели было объявлено народу на неделю позднее.

Из окопа мир видится совсем по-другому. Автор

Оказалось, что сделано это было не напрасно. Ведущие расследование люди рассказали, что у них, во-первых, нет сомнений в причастности Усамы бен Ладена и талибов к террористическому акту. Во-вторых, просматривается прямая связь между покушением на Масуда и терактами в Соединенных Штатах. В-третьих, убийство командующего планировалось совершить несколькими неделями раньше, с тем чтобы Движение талибан, воспользовавшись деморализацией духа северян после гибели Масуда, начало крупномасштабное наступление в провинциях Тахор и Бадахшан, заставив силы Северного альянса капитулировать. Наверняка побежденные, а это многие десятки тысяч людей, были бы просто вырезаны, как неоднократно уже происходило в Герате, Балхе, Бамиане. Сотни тысяч были бы вынуждены бежать. Но куда? За победой талибов в Афганистане, без сомнения, следовало ожидать активизации боевиков Джумы Намангани, исламистов в Таджикистане и Киргизии.
Организаторы терактов четко осознавали, что акции возмездия со стороны западных стран им не избежать, поэтому они стремились максимально к ней подготовиться, захватив Афганистан целиком. Тогда у американцев просто не оказалось бы внутренних союзников, на которых они могли бы опереться, проводя операции против бен Ладена и Муллы Омара.
Но жизнь распорядилась по-другому. Смерть Масуда вызвала сильное негодование у жителей северных, и не только, провинций по отношению к талибам, способствовала сплочению сил альянса. Сожаление о гибели “панджшерского льва” высказали все его друзья и недруги. Промолчал только “козел Хекматиар”, я цитирую слова Салама, влиятельного на севере человека, который когда-то был активным боевиком Исламской партии Афганистана, возглавляемой Гульбеддином Хекматиаром.
Все полевые командиры принесли клятву верности новому командующему Мохаммаду Фахиму, который был рядом с Масудом более двадцати лет. К чему это приведет? Война в ближайшее время явно не остановится. Уже очевидно, что воздушная фаза операции “Возмездие” результатов не дает. Афганистан не европейское государство, там нет электростанций, железнодорожных узлов, заводов, мостов, военных объектов, разрушение которых привело бы к кардинальным изменениям в экономике или вызвало бы большое недовольство населения. Громко объявленный командный пункт представляет собой глинобитную мазанку, которая при необходимости восстанавливается за полдня. Система ПВО состоит из нескольких “шилок”, старых крупнокалиберных пулеметов ДШК да американских же переносных “стингеров”. Что из этого можно уничтожить с высоты в пять-шесть километров?
К тому же 17 ноября наступает священный для мусульман месяц рамадан. Бомбить в этот период – значит еще более восстановить против себя весь арабский Восток. Далее – зима, нужно будет оказывать помощь беженцам, иначе они попросту погибнут. Уже сейчас многие авторитетные гуманитарные организации требуют приостановить бомбардировки. Значит, наземные операции нужно начинать весной. За это время талибы сумеют переформировать свои силы и привлечь десятки тысяч новых “воинов ислама”. Чем дольше тянется война, тем меньше шансов на ее скорое окончание.

Вячеслав НЕКРАСОВ
Панджшер – Ходжа-Бахауддин

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте