search
main
Топ 10
Откуда берется лень у подростков и что с ней делать Этот день настал: 7 декабря одиннадцатиклассники пишут итоговое сочинение Минобрнауки: отсрочкой от армии можно воспользоваться только один раз Педагогические династии были представлены на межрегиональном конкурсе Учителя Ульяновской области станут зарабатывать больше Глава Роспотребнадзора объяснила, когда школьников могут отправить на дистант Повышение зарплат учителей, обязательная школьная форма, итоговое сочинение — новости образования Рособрнадзор: будет сформирована новая система показателей для оценки качества образования Перенос итогового сочинения, школа без контрольных работ, финалы ВСоШ - главные новости образования Очередной Всероссийский открытый урок будет посвящен Героям Отечества Студентам белгородских колледжей на время дистанта будут выдавать сухпайки В первом чтении принят закон, позволяющий переводить школы с муниципального уровня на региональный Глава РАО озвучила причины высокой учебной нагрузки в школах Педагогов приглашают поучаствовать в марафоне «Как внести творческий воспитательный компонент в школьный урок» В подмосковных школах стартовала неделя функциональной грамотности Игрушки — дело серьезное: дискуссия экспертов в сфере образования и промышленности игр и игрушек В школьных учебниках могут появиться разделы о выдающихся российских ученых В Подмосковье упростили регистрацию на ОГЭ и ЕГЭ Школьники рассказали, что думают о новых правилах итогового сочинения В Москве состоится Всероссийский педагогический конгресс «Подготовка учителя будущего поколения»
0

Увлекательное чтение. Важно вовремя получить совет, какую именно книгу взять с полки

Помню, как в докомпьютерные времена в хорошей сельской школе ждали на педсовете библиотекаря. То и дело прибегали посыльные, докладывали: там у нее сейчас очень много народу. Как всех отпустит, так сразу придет. Должна признаться, к стыду своему, что поначалу такое почтительное ожидание показалось несколько странным. Много ли, в самом деле, может сказать опытным педагогам девочка-библиотекарь и стоит ли так подчеркивать роль ее в школе? Оказалось, очень даже стоит.

Она прибежала оживленная, радостная и с порога, извинившись, стала рассказывать, как интересно сравнивали сейчас дети иллюстрации разных художников к известным русским сказкам. Некоторые высказывания ребят, хорошо известных в этой аудитории, вызвали радостное удивление. А дальше последовал такой вдумчивый, тонкий анализ индивидуальных запросов читателей, что многие из собравшихся кое-что начали записывать. Получалось, что роль библиотекаря в такой школе вполне сравнима с ролью учителя. Именно здесь, у книжных полок, хорошо видны увлечения ребят и эрудиция, не всегда заметная на уроках. А главное – склонность к самообразованию, способность обдумывать прочитанное и выискивать в длинных рядах книг самое нужное или почему-то очень важное в этот момент.

У меня самой был в жизни человек, хотя и не совсем такой, но запомнившийся навсегда. Клавдия Михайловна, заведующая библиотекой «Профинтерн» в послевоенном Ташкенте. Работала она там и с взрослыми читателями, и с детьми. Тихая, внимательная, она сидела среди высоких книжных стопок и каждому придвигала именно те книжки, которые было интересно полистать, учредив своего рода свободный доступ к той литературе, которая только что появилась или до которой ты уже дорос. Мне всегда хотелось заглянуть в соседнюю стопку. Она не возражала. Только пожимала плечами: посмотри, но тебе это будет неинтересно. И правда, там часто оказывались то специальные издания для строителей или бухгалтеров, то скучные романы. Узнав, что я хотела бы стать журналисткой, предложила почитать очерки Ларисы Рейснер, Джона Рида. К сожалению, сами книжки эти никакого впечатления тогда на меня не произвели. Поразило внимание постороннего, казалось бы, человека. В этой библиотеке столько разных читателей, а Клавдия Михайловна помнила про меня и специально приготовила литературу, попросила непременно прочитать вступительные статьи, на которые в ту пору я, как и многие мои сверстники, совершенно не обращала внимания.

Перелистывая не предназначенные для меня книжки, прислушиваясь к разговорам Клавдии Михайловны с другими ребятами, я пыталась угадать, кто эта женщина по специальности: биолог или математик? Физик или химик? Очень уж разнообразна была литература, которую она подкладывала детям и непременно комментировала одной-двумя интригующими фразами. Услышав наконец, что библиотекарь – ее основная профессия, я какое-то время фантазировала, представляя себя на такой работе. Роль внимательного собеседника, человека, выращивающего в других глубокий познавательный интерес, самостоятельную мысль, завораживала, как и тишина читального зала, и лампы под зелеными абажурами.

Этим фантазиям быстро положило конец знакомство с большими библиотеками. Сотрудники их больше напоминали рабочих, стоящих у конвейеров. Потоки читательских требований и скорость выполнения заказов, казалось, исключают здесь всякий индивидуальный контакт, саму возможность вглядываться в лица, анализировать формуляры, предлагать что-то в дополнение или взамен.

И вдруг много позже попал мне в руки текст, неожиданно подтвердивший туманные полудетские представления о возможной роли библиотекаря. Процитирую его дословно.

«При жизни он был известен многим только как изумительный по добросовестности, трудолюбию и разнообразию знаний скромный служащий при библиотеке Румянцевского музея в Москве, который знал содержание всех решительно книг громадной библиотеки этого музея. Ему было также всегда известно каждое требование всякого посетителя библиотеки на книги, и по этим требованиям он сразу узнавал действительного работника, с любовью относящегося к своему делу. Тогда Николай Федорович заглазно всей душой привязывался к нему и старался быть полезным, чем мог, причем от себя посылал изумленному посетителю еще две-три книги, которых тот совсем не требовал и о существовании которых совершенно не подозревал, а между тем содержание этих неожиданных книг прямо отвечало на поставленную им себе задачу. Когда же случалось, что посетитель, обративший на себя внимание Н.Федорова, требовал таких книг, каких в Румянцевском музее не было, то он покупал их на свои более чем скудные средства. Люди, которым приходилось соприкасаться с ним, называли его мудрецом и праведником, а более близкие к нему говорили, что он был одним из тех немногих праведников, которыми держится мир, и считали Николая Федоровича по уму и истинно христианской душе – великим и даже великим из великих». ( А.Нечволодов. «Сказания о русской земле».)

Не спешите возразить, что содержание всех решительно книг громадной библиотеки знать невозможно. Люди с феноменальной памятью не так уж редки. Гораздо реже обширная эрудиция помогает понять, какая именно книжка может дополнить и развить мысли, уже возникшие у читателя, где, в каких столкновениях информации таится эвристический заряд, способный вызвать новые интеллектуальные потребности.

Интереснейшая попытка с помощью грамотного подбора книг помочь самообразованию была предпринята в России в конце XIX и начале XX веков. Она была вызвана заботой технической интеллигенции о распространении научных знаний среди населения. Как пишет Н.Рубакин, «поскольку на русском языке не оказалось книг по многим отраслям знания, в особенности же книг научно-популярных и так называемых народных, было решено положить основание своей превосходной «Библиотеки для самообразования», издаваемой через товарищество И.Д.Сытина». Насколько успешной оказалась эта деятельность, свидетельствует хотя бы тот факт, что в 1910 году успешно продавалось уже шестое издание книги В.Минто «Дедуктивная и индуктивная логика». Книжка выходила тиражом соответственно 16, 17, 18, 19 и 20 тысяч экземпляров. Причем издание это было дополнено обширным и разнообразным сборником упражнений. Усиление издания-источника с учетом задач, на которые ориентировалась комиссия, было очень характерно для ее издательской политики. Например, книга Г.Лоренца «Элементы высшей математики» дополнялась очень обстоятельным (примерно 40% всего объема) очерком развития математики и генезиса ее понятий В.Шереметевского. Крупнейшие ученые разработали программы чтения и работы с прочитанным в расчете на различные уровни развития читателя. Возникнув в 1893 году, Комиссия по организации домашнего чтения просуществовала 24 года. Специалисты утверждают, что значительная часть выпущенных ею книг сохранила научную и познавательную ценность по сей день.

Нетрудно представить, какие огромные возможности для такой деятельности открываются теперь, когда электронная техника распространяется столь широко. Масштаб другой, техника новая, а мучения созревающей души и интеллекта все те же. Та же потребность в собеседнике умном, внимательном, способном понять тебя и предложить нужное, а то и просто спасительное чтение. Как и потребность в тишине и уюте читального зала с лампами под зеленым абажуром.

Санкт-Петербург

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте