Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

У истории, как и у природы, свои законы. Ни один народ не похож на другой

Учительская газета, №04 от 28 января 2014. Читать номер
Автор:

На календаре XXI век, а мы все еще занимаемся поиском идентичности. Кто мы? Чем отличаемся от других народов? Уготована ли нам особая миссия? Об этом в нашей беседе размышляет доктор исторических наук Николай ЛИСОВОЙ, российский историк церкви, философ, писатель, публицист, общественный деятель, член Императорского православного палестинского общества.

– Николай Николаевич, если представить себе народы в виде созидателей мироздания, то каков будет вклад каждого из них в общие дела человечества? Наверное, очень разный? И идеи, и цели у них разные…- Как один человек не похож на другого, так и один народ не похож на другой. Они и должны быть разные. С православной точки зрения определяющая черта каждого народа – это его способность видеть Бога. В христианское представление о правах человека в качестве аксиомы входит и право на непохожесть, самобытность. Каждый народ имеет право на собственное место под солнцем и на собственную картину мира.Мы говорим «душа народа», «национальный гений». Это не пустые слова, не бесплотные рациональные понятия. Как, почему с маленького народа, жившего в маленьком городке на реке Тибр, началась великая Римская империя? Как крохотное поселение на Боровицком холме сделалось Москвой?Важнейшее качество народа – вера в свое призвание. Она подразумевает веру в покровительство Божие, веру, воплощенную в некой системе поведения и представлений. Люди разных стран и эпох по-разному видят себя и окружающий мир. Дело здесь не только в расовом, национальном отличии или географическом положении. Вопрос стоит об идеале народа.- Общеизвестно, что у истории, как и у природы, свои законы…- По марксистской модели все народы проходят один и тот же путь социального развития: от первобытного строя до социалистического. Это формационная теория. Более соответствует установкам современного мышления цивилизационная модель. Она восходит к Николаю Данилевскому и Константину Леонтьеву, хотя наши современники чаще связывают ее с именами Шпенглера и Тойнби.Изначально существует несколько типов цивилизаций, замкнутых культур. Они между собой не соотносятся и не могут быть в принципе скоррегированы. Например, античная цивилизация рождается, развивается, достигает своего расцвета, затем наступает упадок, и она умирает. Античная цивилизация распалась изнутри. На ее месте появились новые цивилизации – кроме западно-христианской греко-славянская православная и восточная, магометанская.За какие-нибудь сто лет арабский народ сделался величайшей не только религиозной, но и геополитической и культурной силой. У арабов развилась своя алгебра, архитектура, поэзия.Теперь посмотрим, что происходило в европейской культуре. Там появляются свои архитектура, искусство, литература. Рождается высшая математика. Ньютон открывает свои законы. Шекспир и Сервантес создают свои бессмертные произведения. Возникает новое богословие. Совершаются великие географические открытия. Появляются колонизаторские черты, которые были не свойственны другим культурам.В принципе все цивилизации проходят одни и те же фазы: фаза рождения, фаза бурного развития, фаза упадка, наконец, наступает гибель. Шпенглер считал, что культур было всего несколько: древнеегипетская, древнекитайская, древнеиндийская, античная, европейская, арабская… Тойнби их насчитывал до 22. Все культуры самодостаточны и самозамкнуты. Египтяне не могли понять греков. Европейцы не могли понять Византию. Они построены на разных цивилизационных принципах. То же отношение у китайцев к европейцам, от которых они отгородились стеной. До XIX в. в китайские гавани не допускались европейские корабли.Другая модель у Льва Гумилева. Этногенез как проявление биогенеза. Он предлагает теорию – у каждого этноса свой цивилизационный цикл. На рубеже XIII в. был расцвет монголов. Они дали миру Чингисхана, завоевали Россию и пол-Европы, потом начался период распада. В итоге они остались на территории современной Монголии. Были половцы, те и вовсе исчезли.- А есть такие народы, которым нет дела до соседей, они сами по себе?- Китайцы и сегодня равнодушны к потрясающим мир событиям. Русские же и американцы, а в древние времена римляне и византийцы, вели себя по-другому. Александр Македонский в возрасте 20 лет пошел с завоевательным походом и годами шел все дальше и дальше. В результате в Грецию вернулось всего несколько сотен воинов. Это был вполне пассионарный порыв: «Мы пойдем и приобщим!»Есть народы этнократического типа, которые думают только о том, чтобы им, «избранным», было хорошо, и можно наносить ущерб окружающим народам, они стремятся даже внутри империи существовать сами по себе. Этого они не могут, но они так думают. Это идеал маленького народа.Но есть и великие народы. Причем речь идет не о физической величине. Когда китайцев становилось очень много, они устраивали гражданские войны, и население временно сокращалось. Тем не менее они самодостаточны. Они не пытались распространить свою цивилизацию на других. И сама цивилизация их такого свойства, что не поддается распространению. Ни монголы, ни индусы не могут жить по китайской модели. Конфуций не подходит никому, кроме китайцев.Мировые же религии могут распространяться на другие народы, а теперь распространились по всему миру. Есть даже Японская православная церковь. Конфуцианских же общин в мире нет. Буддисты есть по всему миру, но их немного. О Китай разбились все волны христианского миссионерства. В Китай не могли проникнуть ни иезуиты-католики, ни русские со своим православием. Мы не можем в свою очередь воспринять китайскую цивилизацию.- Но ведь в истории немало примеров, когда народ взваливает на себя непосильную ношу, ставит для себя неразрешимую задачу, и ему это очень дорого обходится…- Да, народ империи нередко стремится созидать другие народы, другие государства за свой счет, часто принося себя в жертву. В свое время римский народ не смог вынести того бремени, которое сам на себя взвалил. Римской империи принадлежала территория от Британии до Египта, от Испании до Персии.Простой человек реального представления об особой исторической миссии своего государства не имеет, но он может четко понимать, как это понимал римлянин, понимал еще недавно россиянин, что он носитель более высокой цивилизации, более высокого государственного устройства. Все культурные достижения, цели и упования могли держать в голове только Вергилий, Гораций, император Август, а рядовой римлянин был просто уверен, что он страж великой цивилизации.То же было у русского человека, русского солдата. Воевал ли он с Фридрихом Великим, когда русские первый раз взяли Кенигсберг и Берлин. Воевали ли с японцами или в Средней Азии, когда Скобелев завоевывал Среднюю Азию. Каждый раз русский солдат полагал, что он несет православную веру – более совершенную и более передовую – отсталым язычникам. Главное для него – не отступиться от веры. В Чечне был замучен солдат Евгений Родионов, который под пытками не отказался от своей веры. На современной иконе он изображен с автоматом Калашникова. Во времена Скобелева тоже был такой солдат, погибший за веру. С него с живого содрали кожу. Этот солдат мог быть неграмотным, но кровью и кожей он чувствовал, что он гражданин Великой России.В советское время произошла замена идеалов империи на другие идеалы, но все жители огромной страны считали себя авангардом человечества, ощущали за собой некую миссию – в сущности, ту же, что и солдаты Суворова и Скобелева. – Рано или поздно все империи гибнут…- Однажды Навуходоносору приснился сон, что у него золотая голова, серебряная грудь, медный живот, железные ноги и глиняные ступни. Это был вещий сон. Такова судьба любой империи.В свое время Римская империя автоматически перешла в христианскую. Император Константин сделал ее христианской. Ее реальным продолжением стала Византийская империя. Наконец, скажу о теории «Москва – третий Рим». С того момента, как княгиня Ольга приняла в Царьграде православие, «император назвал ее дщерью», как сказано в Летописи. Она, как правительница Руси, входила формально в семью византийского императора. Значит, все ее подданные стали подданными императора. Когда – через 400 лет после этого – сын Дмитрия Донского скажет однажды: «Да, патриарха Константинопольского мы признаем, а императора у нас нет и нам его не надо», тут же патриарх Константинопольский Антоний напишет ему гневное письмо: «Нет, сын мой, ты что-то здесь не понимаешь! Если ты называешься православным, ты – подданный императора». Император был глава всех православных в мире.- Сегодня часто говорят о том, что религия – это вершина духовного развития нации, показатель его нравственного развития. Так ли это?- На Руси христианин и крестьянин стали синонимами. До революции 1917 года 90 процентов населения России называли себя крестьянами. Если человек сознавал себя российским гражданином и русским, он сознавал себя православным. Эта синонимичность лежит в основе с самого начала.Но времена меняются. Сегодня в многонациональной России равноправными гражданами являются люди любой национальности, любой конфессии. Тем не менее у нас сегодня нет общенациональной концепции, а она нужна. Но ее не надо разрабатывать – когда рождается идея, способная воодушевить народ, рождается и национальная концепция.


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту