Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Творю себе свою судьбу

УГ - Москва, №37 от 15 сентября 2009. Читать номер
Автор:

Оксана ПЕРМЯКОВА, педагог-психолог ЦО №1422: «У вас есть книги с тестами?» – спросила я у библиотекаря. Так, на мой взгляд, началось мое познание мира психологии. Тогда мне было 11 лет. Наверное, есть тысячи причин, чтобы увлечься психологией. При первом приближении она может казаться чем-то вроде суммы волшебных практических навыков, позволяющих лучше ориентироваться в социуме; при более глубоком эмоциональном погружении психология, как восточная женщина, имеющая семь доньев, меняет свое лицо и являет себя в чем-то, обладающем абсолютной силой, значимостью и необходимостью; а при достижении уровня понимания психология вообще становится чем-то ускользающе-недоступным, магическим, виртуальным.

Психология не может в полном смысле слова называться ни трудом, ни работой, ни службой, ни искусством, ни хобби – это интенсивный непрекращающийся личностный рост (индивидуально осмысляемый как призвание, состояние души, служение, причастность, харизма), на который психолог добровольно обрекает самого себя, делая профессиональный выбор.

Окончив педагогический колледж (проучившись там 5 лет), я решила начать свой профессиональный путь там, где мне было бы достаточно комфортно и близко по душе. Поэтому, пройдя жесткое собеседование с директором железнодорожного лицея, в 20 лет я стала работать психологом с учащимися юношеского возраста. Параллельно я поступила в педагогический университет на заочное отделение.

Но психолог, пусть бессознательно, становится психологом чуть раньше, чем начинает обучаться в вузе (при выборе другой профессии это, может быть, и приводит к широкому распространению стихийного, житейского психологического опыта – все мы немножко психологи). Это не означает, что формирование психолога оторвано от психологической деятельности в широком смысле слова; наоборот, вероятно, именно возможность осуществления психологической практики, переживания себя в ней как изменяющегося, растущего, актуализирующегося существа способствует большему проникновению в суть профессиональной деятельности и становлению профессионального сознания.

Встав на этот путь, я стремилась не столько к тому, чтобы сравнивать, измерять, объяснять что-то в человеке, править, направлять или спасать личность, сколько прежде всего – вслушиваться в метафоры другой души, понимать знаки и символы чужого бытия человека, улавливать, вчувствоваться, интуитивно разгадывать вечную загадку человека, искать смыслы и значения, раскрывающие специфически человеческое в человеке. И все это фактически ради одной цели – как можно более адресно-индивидуально помочь обратившемуся за поддержкой человеку «достроить», с его точки зрения, недостающие элементы Я; восстановить, как ему кажется, разрушенные отношения с другими или самим собой; смоделировать различные стратегии и тактики для выбора пути в кажущейся неразрешимой ситуации; вместе с человеком структурировать по-новому отношения с действительностью, чтобы достичь эмоционального комфорта и чувства внутренней гармонии со всем сущим и значимым; в соединении усилий раздвинуть, по мнению учащегося, узкие рамки его индивидуального бытия и со-пережить с ним радость открытия новых личностных горизонтов; со-развиваться с ним в процессе его познания себя и т. п.

Поняв, что любая профессия, а профессия психолога особенно, в чем-то существенно меняет человека, я стала осознавать, что проблемы души юношеского возраста идут из нашего детства, мне показалось для себя более значимым начать решать их в младшем школьном возрасте. Поэтому, долго не думая, я стала работать именно в школе педагогом-психологом.

Именно в школе я узнала о взглядах молодежи на проблемы образования. Родители, которые искренне любят своего талантливого ребенка и желают ему «только добра», часто готовы во имя светлого результата – получения «отличного», «качественного» образования в его традиционном, классическом понимании – пожертвовать многим. Ребенок, в свою очередь, также «готов на подвиг», раз этого желают его любимые родители. За этот подвиг приходится расплачиваться психологическим и физическим здоровьем.

Не меньше века назад педагогам, психологам и философам стало ясно, что ценности и смыслы традиционного общего образования (в ситуации достижения максимального успеха в нем) перестают соответствовать складывающейся в мире ситуации. Цена за «хорошее обучение» стала слишком высокой, и это не только цена в денежном эквиваленте. Это также и цена психологическая, нравственная, социальная. Слишком часто оборотной стороной «отличного», «качественного», «элитарного» общего образования», обеспеченного всеми возможными и невозможными средствами, оказываются и неуверенность в себе, и ослабленное здоровье, и повышенный уровень агрессии. Подростки, успешные в изучении школьных предметов, расплачиваются за свой успех вечной гонкой за подтверждением своего лидерства, обидами и разочарованиями, связанными с неизбежными неудачами на пути к учебному успеху. К тому же традиционная школьная жизнь устроена так, что в тех задачах, которые она ставит перед подростком, более успешными чаще оказываются девочки, а не мальчики. И один из истоков мужской подростковой агрессивности является именно «девочковая» ориентация на понимание успешности.

Как эта проблема отражается на ситуациях подготовки подростка к профессиональному самоопределению?

В общеобразовательной школе педагог точно знает, чего он хочет достичь, и подбирает к этой цели соответствующую сумму технологий. Ребенок подстраивается под заранее известные требования. Идеал единого, универсального предсказуемого значения невольно переносится и на профориентационную проблему: я заранее знаю, какими должны быть мое образование, моя профессия (и даже моя «семейная карьера»).

А подготовиться к ситуациям профессионального самоопределения – означает убедиться в своем «незнании» мира профессий и путей продолжения образования и научиться их преодолевать. Главный образовательный результат при этом – формирование потребности в упорядочивании, информации о мире профессий и послешкольном образовании, моделировании своих правил, начало диалога с трудовой и профессиональной культурой. Иными словами, человеку далеко не всегда надо много знать, но всегда надо уметь построить свою собственную жизнь, быть социально эффективным.

А вот формироваться это умение может в самых разных «знаниевых» областях и в необъятном разнообразии различных образовательных «событий». Для его отработки могло бы помочь профильное обучение на старшей ступени общего образования. Оно способствовало бы тому, чтобы подросток увидел привычный школьный предмет через призму социально востребованной человеческой деятельности (в первую очередь – профессиональной), спроектировал версии продолжения образования.

К сожалению, весьма часто идея профильного обучения сводится к повышению эффективности подготовки учащихся к преодолению экзаменационных барьеров. А в этой ситуации профилизация редуцируется до привычного в последние десятилетия изучения отдельных предметов на углубленном уровне.

Ученик может заниматься любимым (или «нужным») предметом больше, чем остальными, но кто сказал, что гуманитарию неинтересны компьютерные технологии или веб-дизайн? Получается, что тот ученик физико-математического профиля, который, к его «несчастью», любит стихи, не сможет уделять своим разнопредметным интересам необходимого внимания. Предметная профильность «загоняет» ученика в жесткие границы формально, а не личностно разделяемых предметов, «срезая» с его образовательной траектории индивидуально значимые области. В результате образовательная траектория ученика становится не индивидуальной, а профильной, что заметно сужает рамки его выбора.

В результате противники профилизации старшей школы называют ее «вузовской подсобкой», «кооперативом по подготовке в вузы» и справедливо обращают внимание на астрономический, сравнимый с бюджетом страны, масштаб «черных» и «серых» затрат родителей, связанных с подготовкой своего ребенка к поступлению в высшее учебное заведение.

Но гораздо важнее, чтобы школа сформировала у подростка принципиальную способность осваивать любые компетентности, с которыми придется встретиться в жизни. А также не утратить при этом способности остаться субъектом собственного выбора. А формирование такого рода гибкости требует вовсе не углубления в изучении школьных предметов (оно необходимо для нескольких процентов старшеклассников), а развития широты мышления, пластичности, интуиции и множества других качеств с использованием возможностей профильной старшей школы.

С чем же, скорее, можно сравнить нынешнюю профилируемую общеобразовательную старшую школу – со спортивной ареной или с санаторием-профилакторием? Чаще всего это вопрос, поставленный в учительской аудитории, вызывает смех или непонимание. Учитель, как правило, убежден, что именно состязательный характер обучения, бег к заранее намеченной и неизменяемой цели, к соответствию нормам «образованности» и есть основа образовательного процесса, сравнимого именного с тем, что традиционно происходит на стадионе. Но для того чтобы реабилитировать способность отойти от навязанных школой стереотипов успешности, школа должна стать, скорее, санаторием, чем ареной.

Профессиональная психология в моем понимании – это исключительно сложная, душевно затратная, глубинно ориентированная форма профессиональной жизни личности.

В жизни каждый человек выбирает свой путь – профессию, которая для него подходит. Все профессии одинаково уважаемые и каждая из них нужна человеку. Но для многих людей выбор профессии является проблемой, ведь от выбора зависит вся дальнейшая жизнь. Уже сделав профессиональный выбор в психологии, человек может «строить себя» несколькими путями, каждый из которых может оказаться результативным.

Лично я посвятила себя профессии психолога, так как он помогает людям. Профессия психолога очень трудная, нужно уметь понимать людей, их проблемы и помогать разрешить их. Человек должен обладать многими качествами, чтобы стать психологом. Например, он должен быть спокойным, уметь общаться и внимательно слушать собеседника. Не у всех людей есть такие качества. Многие не могут решить свои проблемы, разобраться в себе, поэтому они обращаются к психологу. Он пытается понять их и старается найти выход в сложившейся ситуации. Психолог помогает стать более уверенным в себе, меняет жизнь в лучшую сторону. Это очень сложно, потому что не каждому человеку дано понимать людей.

Для меня психология – это не только работа, но и жизнь, не только профессиональная реализация и карьерный рост, но и путь саморазвития, создания себя, работы с миром, процесс познания других людей, а также Творчество с большой буквы. Я творю себя и свою судьбу и пытаюсь научить этому других, чтобы человек после тренинга или консультации мог сам, опираясь на самого себя, строить свою жизнь, решать проблемы, иметь доступ к своим творческим, ресурсным состояниям.

Психологом родиться нельзя. Но и стать им дано не каждому.

Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту