search
Топ 10
Школы в регионах переводят на дистанционное обучение Дистанционное обучение в школах, «Высшая лига» учителей года, отмена ЕГЭ - новости образования Учителям потребуется подтверждать, что именно они подготовили победителей Всероссийской олимпиады школьников Акт вопиющего физического воздействия и морального насилия: что случилось в школе под Калугой Эксперт подсказал выход из ситуации с самой юной студенткой МГУ Алисой Тепляковой Для учителей и воспитателей Подмосковья установили выплату в 5 тыс. рублей Постановление Роспотребнадзора о сокращении карантина до 7 дней вступило в силу Школьников и студентов отправляют на дистанционное обучение – ковид бьет рекорды Мне есть что спеть: 25 января – день рождения поэта, барда, актера Владимира Высоцкого Гурманы отметят необычный праздник – Международный день эскимо, которому исполняется 100 лет

Три пишем – два в уме…

Известно 50 способов быть умным.Кто поможет найти свой собственный способ?

С долгожданным приходом психологии в школу перед думающим и владеющим информацией учителем встала проблема, на первый взгляд неразрешимая, – проблема необучаемых или трудно обучаемых детей. А точнее – проблема природных различий и их влияния на способност и обучаемость. Долгие годы не только духовное, но и природное подменялось в нашей стране социальным. Помню, как моя классная руководительница изумлялась тому, что девочка из “интеллигентной” семьи учится слабо, а вот ребенок из “простой” – круглый отлич ник. Моей учительнице казалось это вопиюще ненормальным. Да и мы сами, что уж там, объясняем плохую успеваемость того или иного ученика чаще всего условиями воспитания и ставим крест на ребенке еще до того, как успеваем в первый раз вызвать его к доске, а просто ознакомившись с его анкетными данными. И как-то умалчиваем о тех детях, которые родились в социально здоровых, “интеллигентных” семьях, но при этом почему-то не могут учиться выше, чем на “3”.

Психология пришла в школу, но психология анкет и вопросников, так называемая социальная психология. Тогда как решить проблему способностей и обучаемости может только психология дифференциальная, базирующаяся на психофизиологических различиях детей. Почти сорок лет назад американский ученый Дж.Гилфорд сказал: “Учитывая, что уже известно 50 факторов интеллекта, мы можем сказать, что имеется 50 способов быть умным”. И задача психолога – найти то, может быть, единственное сильное место у каждого ученика, оп ираясь на которое, возможно сделать процесс обучения результативным и имеющим смысл, потому что, когда ребенок пытается учиться и не может научиться, учеба теряет для него смысл. Положа руку на сердце скажите: видели вы хоть одного первоклассника, которы й бы переступил порог школы без радостного ожидания и радужных надежд? Нет, все дети с волнением и нетерпением идут в школу – и буквально в первые же месяцы мы теряем очень многих из них. Даже самый опытный и талантливый учитель начальной школы. А что уж говорить о специалистах среднего и старшего звена, каждый из которых считает свой предмет самым важным и воспринимает личность ребенка зачастую исключительно сквозь призму его успеваемости по своему предмету?

Я не говорю сейчас о тех несчастных детях, которые по ошибке оказались в общеобразовательной школе и которые должны были бы учиться в специальных учебных заведениях, сеть которых у нас оставляет желать лучшего и куда любящие и заботливые родители порой п росто не хотят – и их можно понять – отдавать свое единственное, пусть и неудавшееся чадо. У каждого учителя, много лет проработавшего в общеобразовательной школе – на переднем крае фронта народного образования, были, наверное, подобные случаи в практике . Нет, я говорю о тех нераскрытых детях, которые ускользают от традиционной методики. У одного – недостаточно цепкая память, у другого – слишком медленный темп (а как нам вечно не хватает времени на уроке!), этот – вообще левша, он мир воспринимает по-др угому, а мы его все переучиваем и переучиваем писать правой, а у того внимание раздроблено до такой степени, что он ничего не успевает, а тут еще учитель постоянно дергает его – “чтоб не отвлекался”… Да мало ли что еще!

Пока ты не знаешь о ребенке, что его мучает какая-то неразрешимая проблема, что урок для него является пыткой, что он старается слушать то, что говорит учитель, честно старается, но не может – не не хочет, а действительно не может, пока ты не знаешь, что этот ученик не в состоянии запомнить и половины того, что ты объясняешь на уроке, тогда как другой может повторить чуть ли не слово в слово все услышанное месяц назад, пока ты не видишь, что один воспринимает все в словах и понятиях, а другой – в звуках и цветах, пока ты не знаешь всего этого, ты с легким сердцем ставишь одному его законную пятерку, а другому – его законную тройку, держа два в уме. Но когда ты все это знаешь, становится невыносимо больно за того, у кого память слабее, а желания учиться едва ли не больше, чем у его счастливого соседа по парте. И его законная тройка уже не кажется такой уж законной. И ты, сострадая ему, вызываешь его после уроков и, спрашивая его один на один, ставишь ему четверку с минусом. Но на душе от этого не стано вится легче, а ему от этой твоей жалости ничуть не радостно, потому что сам-то он прекрасно знает, на какую отметку отвечал.

Нет, нужно искать другой выход. Этот пресловутый индивидуальный подход заключается не в дополнительных занятиях после уроков один на один. Его можно осуществлять и в классе, если точно знать хотя бы десяток-полтора кардинальных психологических характерис тик каждого ученика и иметь на каждый типичный случай отклонения от средней нормы отдельный вариант задания.

Иногда проблема решается достаточно просто. Так, например, среди обследованных мною учащихся 5-го класса была девочка с самыми высокими показателями по всем видам памяти, но при этом самая “медленная” по темпу. Те учителя, которые, ознакомившись с пробле мой, стали опрашивать эту ученицу в то время, когда класс выполнял другое задание, очень быстро добились от нее хороших ответов: девочке просто нужно было чуть больше времени (а когда идет общая работа с классом – каждый опытный учитель это знает, – пауз ы недопустимы) и чуть меньше внимания со стороны одноклассников. Сложнее, когда ученик работает быстро, схватывает все, как говорится, на лету, а через неделю уже ничего не помнит. Вероятно, для таких учащихся следует рекомендовать усиленную систему повт орения, которая обеспечит им при наличии понимания твердую четверку, а те, кому повторять не нужно, потому что они не умеют забывать, смогут использовать время на уроке или дома для углубления своих знаний и не будут скучать и терять интереса к учебе. Ве дь это факт, что интерес к учебе теряют не только те, у кого не получается, но и те, кому все слишком легко дается. Такие ученики, кстати, привыкая не выкладываться и работать вполсилы, часто неожиданно блистают на заданиях повышенной сложности. Объяснен ие простое: появляется интерес – мобилизуются скрытые и невостребованные возможности.

Я убеждена, что в школе на каждый класс или хотя бы на параллель должен быть психолог, который будет не просто проводить опросы, выявляя скрытых лидеров, которых потом будут терзать всю оставшуюся школьную жизнь всевозможными поручениями и обязанностями, а будет заниматься серьезными исследованиями природных особенностей своего подопечного и давать рекомендации учителю, естественно, доводя до последнего лишь то, что не может повредить ученику, потому что – что греха таить – не всегда и не всякий учитель способен быть лояльным и объективным. Может, это еще одна “великая иллюзия”? И проблема действительно не имеет решения? Слово за психологами, помощи которых очень ждет наша школа.

И все-таки если существует 50 способов быть умным – значит возможно найти по меньшей мере 50 способов научить наших детей так, чтобы хотя бы не держать это наше вечное “два в уме”.

Елена КОРКИНА, учитель литературы

Москва

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте