search
main
Топ 10
В новый год – по-новому: с 1 сентября жизнь школы уже не будет прежней Разрушаем мифы: флешку можно вытаскивать небезопасно, а заклеивание камеры не спасет от слежки Штраф в 40 тысяч рублей заплатит завуч екатеринбургского лицея из-за скандального танца выпускников Год на год не похож: грядущие изменения в школах глазами молодого учителя Отец самой юной студентки МГУ Алисы Тепляковой сообщил о будущем пополнении в семье Минпросвещения России: «Профессия учителя становится с каждым годом все престижнее» Медовый Спас: что нужно знать о меде и как выбрать настоящий Почему в России дефицит учителей – мнение педагогов Врачи перечислили причины летального исхода среди вакцинированных от ковида В Минпросвещения России утвердили состав Совета учителей-блогеров На какие стипендии могут претендовать российские студенты в 2022 году Танго с Иосифом Бродским, или Песни перелетных людей В Госдуму внесли инициативу о пособиях для школьников и студентов-очников В Омской области выявили рост заболеваемости энтеровирусом среди детей Нехватку учителей и дебюрократизацию в школах обсудят осенью члены Общественного совета при Минпросвещения Ученые из Австралии раскрыли тайну образования континентов Диетологи призывают поставить лишний вес к стенке Ученые подчитали, когда погаснет Солнце – ответ обнадеживает Жителей Северного полушария в ночь на 12 августа ожидает звездопад Эксперты рассказали, как выбрать ребенку первый смартфон

Танец маленького лебедя. Мелодрама по мотивам Островского

Вот уже не первый сезон театральная Москва переживает настоящий бум постановок по пьесам Александра Николаевича Островского. Не остался в стороне и Театр им. Пушкина, представляя в сентябре премьеру, созданную Екатериной Половцевой в рамках «Режиссерской лаборатории» по последнему произведению драматурга «Не от мира сего».

В центре сюжета – жизнь молодой супружеской пары Кочуевых, в которой болезненная жена обожает супруга, беспечно проматывающего состояние в обществе безнравственных друзей вроде Ардалиона Мартыныча Муругова (Андрей Сухов). За сомнительным семейным счастьем Ксении (Анастасия Лебедева) завистливо наблюдают ее сестра Капитолина (все та же Лебедева) с женихом Фирсом Барбарисовым (Владимир Моташнев). Эгоистичная мать Евлампия Платоновна (Эльмира Мирэль) жаждет развести дочь с непутевым мужем, не считаясь с ее сердечными влечениями и слабым здоровьем. Персонажей постановки больше всего волнуют деньги, и только главная героиня думает о высоком, мужественно борясь с недугом и не замечая людской пошлости.

Екатерина Половцева выступает и как автор сценической адаптации. Она сокращает объем текста и число действующих лиц, избавляясь от социального подтекста оригинального произведения. Режиссер решает постановку как мелодраму безо всякого сатирического и обличительного звучания и слегка тасует реплики, тем самым ускоряя неспешное течение пьесы. Совмещение пространственных и временных планов, смелые перебросы героев из одного места действия в другое служат той же цели.

Свежесть взгляда проявляется уже в оформлении Александры Новоселовой, решительно меняющей местами зрительный зал и сцену, на которой представлен классический интерьер эпохи Островского, хотя и в несколько хаотическом состоянии: внимание авторов сосредоточено явно не на мебели, а на героях. Добродетельная девушка, по страстной любви вышедшая замуж за легкомысленного Виталия Петровича (Алексей Воропанов) – кутилу и поклонника оперетки, соблазнительная представительница которой во фривольном наряде расхаживает по семейному гнездышку в отсутствии супруги, – действительно не от мира сего. Все в ней чрезмерно: тончайшая душевная организация, переходящая в нездоровье, представления о людях, вера в семейные ценности. Впрочем, ее муж и вправду злоупотребляет свободой от брачных уз и пренебрегает элементарными приличиями. При этом в трактовке артиста персонаж привязан к жене и радуется ее приезду, но относится к ней как ребенку, потому что и сам, по большому счету, ребенок, не ведающий о долге и обязанностях. Такая интерпретация рождается во многом благодаря сокращению текста, у Островского безжалостно выявлявшего порочную суть Кочуева.

Анастасия Лебедева наделяет героиню ангельской добротой и прекраснодушием, но чрезмерный мелодраматический эффект от ее истерических припадков, кошмаров и необъяснимых страхов снижает масштаб центрального персонажа. Сравнение с птицей, проводимое и в тексте, тонко обыгрывается режиссером в сцене сна Ксении. Раздетая до белья хрупкая невысокая актриса в шапочке, скрывающей волосы, и впрямь, в согласии с фамилией, кажется беззащитным лебедем, едва переставшим быть гадким утенком. Она встает на натянутый через сцену канат, в почти акробатическом этюде воплощая и душевную неустроенность, и нежность, и чувство опасности, подстерегающей ее. Стоящий рядом партнер введен в действие скорее для подстраховки, хотя к нему и обращены слова любви, протянуты трепетные руки. Эпизод решен интересно, но ощутимая пластическая неуверенность актеров уменьшает впечатление от него.

В прямом смысле ярко построен переход сна в кошмар: вспыхивает красным огнем стробоскопическая лампа, дробящая движения и планы, так что видение буквально разваливается на куски, соответствуя сути происходящего и передавая тягостную атмосферу бреда. Но это мерцание бьет по глазам, так что кинематографический эффект хочется побыстрее переждать, не вникая в тонкие смысловые аллюзии. В спектакле чувствуется некоторая суетливость, идущая, возможно, от текстовых купюр.

Другая режиссерская находка – распределение ролей, при котором в образе обеих сестер выступает одна актриса. Персонажи решаются на контрасте, и кроткой Ксении противостоит отвязная Капитолина, сыгранная Лебедевой на крике, гротесково и с нажимом. Вторая героиня олицетворяет мещанство и жадность, грубость и низменность желаний. Вместе с женихом, так же сатирически обрисованным почти киношным злодеем Барбарисовым, она прячется в тесном шкафу, как в скорлупе, злобно обсуждая Кочуевых и необъяснимую любовь матери к непрактичной дочери. Неожиданное прочтение пьесы в большей степени удивляет, нежели кажется внутренне оправданным, но попытка уйти от традиционных трактовок заслуживает уважения.

Из второстепенных ролей стоит отметить сочно сыгранного, отталкивающего и порочного Муругова, в нескольких выразительных штрихах четко определяющего жизненное кредо: жадно вгрызаясь в ломоть арбуза, он презрительно рассуждает о женщинах, семье, браке и добродетели. Андрей Сухов убедительно демонстрирует, почему же так боится его героя нервическая Ксения.

Возможно, истерическая суть героини излишне педалируется в постановке, превращая ее в мелодраму. Но Екатерину Половцеву в большей степени интересуют скрытые мотивы, двигающие людьми на пути к счастью, – такому, какое представляется каждому в зависимости от его развития, морали, религиозности и душевной организации. Потому и не звучат в постановке ноты осуждения: слабый ветреный Кочуев по-своему неплох, только попал под дурное влияние, а энергичная мать заботится о нравственной чистоте дочери, считая любовь пустой блажью. Разве что парочка Капитолина и Фирс выглядит неприятно и жалко, но и этих мелких персонажей можно понять. И характеристика «не от мира сего» становится в таком прочтении скорее похвалой, нежели насмешкой: быть от этого мира – завистливого, изменчивого, суетного – значит, уподобиться худшим героям пьесы, в противовес которым живет и чувствует блаженная Ксения, так похожая на подбитую белую птицу.

Фото Александра Иванишина

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте