search
Топ 10

Современный двоечник знает больше, чем Архимед, или Куда девать накопленные цивилизацией знания?

Парламентские слушания по содержанию стандарта общего образования и Всероссийская конференция “Гигиенические проблемы образования и воспитания детей и подростков” проходили в один и тот же день, правда, в разных концах Москвы. Пока депутаты, представители Министерства образования и ученые из Российской академии образования ломали копья над проектом стандарта в малом зале Государственной Думы, медики из Госсанэпиднадзора обсуждали проблемы гигиены в конференц-зале Центрального Дома ученых. “Удивительный” факт: и в том, и в другом случае стандарт подвергся весьма основательной критике.
Особенно единодушно критиковали его перегруженность – как раз то, против чего и выступали изначально разработчики стандарта.
Рассмотрим медицинский аспект проблемы перегрузки и попробуем нащупать пути ее решения. Повторюсь: это был один из ключевых вопросов, обсуждавшихся на конференции гигиенистов.

Вместо того чтобы уменьшить учебную нагрузку, проект стандарта общего образования повысил ее за счет введения дополнительных уроков физкультуры (три часа в неделю вместо двух), иностранного языка (со второго класса вместо шестого), а также информатики, литературы, математики, – заявил Владислав Кучма, директор НИИ гигиены и охраны здоровья детей и подростков. – У медиков возникли серьезные разногласия с Министерством образования. Во-первых, мы не согласны с тем, что уроки физкультуры носят только разгрузочный характер, и это дает право выносить их в конец учебного расписания. Двигательная активность (норма которой, как известно, 3-3,5 километра в день) должна равномерно распределяться по всему учебному процессу, а не рассматриваться как нечто необязательное, второстепенное.
Во-вторых, в проекте стандарта отсутствуют нормы времени на подготовку домашнего задания. Как можно его не учитывать?
В-третьих, гигиенические требования к режиму учебно-воспитательного процесса запрещают нагружать ребенка более чем шестью уроками в день. Предложенную в проекте учебную нагрузку в принципе невозможно вместить в такие узкие рамки, если, конечно, не отказаться от пятидневной недели. Так что же, снова вводить шестидневку?
А ведь стандарт – это минимум учебной нагрузки, которую должен воспринять ребенок. Чего уж говорить о максимуме, то есть еще о тридцати процентах дополнительной информации.
Уже доказано, что факторы внутришкольной среды существенно влияют на состояние здоровья детей. Влияние это в зависимости от возраста и восприимчивости ребенка варьируется от 21 до 27 процентов. Есть и другая статистика: учеба в школе повышает детскую патологию на 25-40 процентов. Разумеется, в компетенцию медиков входит не только констатация негативных факторов, но и разработка методов здоровьесбережения. Здесь мы действуем по трем направлениям:
ранжирование учебной нагрузки от минимальной до максимальной в зависимости от степени восприимчивости ребенка;
оптимальное наполнение учебного процесса двигательной активностью;
формирование отношений учитель – ученик на принципах сотрудничества и взаимного уважения…
Каким образом от декларативных форм перейти к действию? Надо сказать, что медики, а точнее, госсанинспектора имеют над школой немалую власть.
“За нарушение санитарного законодательства устанавливается дисциплинарная, административная и уголовная ответственность” (Федеральный закон “О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения”, статья 55). Об административных мерах, а попросту штрафах, которыми служба Госсанэпиднадзора “воюет” с директорами школ, слышать приходилось, и не раз. Что же касается уголовщины… Уголовное дело в отношении директора школы, педагогов или техперсонала может быть возбуждено в том случае, если несоблюдение санитарных норм привело к тяжелым последствиям: отравлениям, травматизму, летальному исходу. Однако это уже компетенция прокуратуры – реагировать на происшествие. Что же входит в обязанности службы Госсанэпиднадзора? Разумеется, профилактика. Разрабатываются и утверждаются санитарные правила, гигиенические требования, методические рекомендации, указания и т.п. А раз есть нормы и правила, надо следить за их выполнением. Этим и занимаются центры Госсанэпиднадзора (сокращенно ЦГСЭН).
Замечу также, что ни в одной школе занятия не начнутся без санитарно-эпидемиологического заключения комиссии. А просто ли его получить, если даже в Москве лишь 40 процентов школ относятся к категории благополучных. Что же говорить о российской глубинке, где учителя на свои деньги лампочки покупают для классов.
Проблемы с выполнением санитарных норм в разных регионах России разные. Например, в Читинской области, Усть-Ордынском и Бурятском АО 70 процентов школ лишены центрального отопления. Похожая проблема в Приморье. А для Москвы она нехарактерна. По сведениям Московского ЦГСЭН, за прошедшую зиму ни одна из столичных школ не испытывала недостатка в теплоснабжении. Здесь другая “болезнь” – перегруженность и компьютеры. 20 процентов персоналок в московских школах излучают электромагнитные волны выше допустимого уровня. Не помогают даже защитные экраны. Санинспектора беспощадно опечатывают “излучающие” дисплейные классы, и это правильно. Зачем детям здоровье портить? Так называемые добрые шефы, освобождаясь от старых машин, благополучно сбывают их в школы, не заботясь о безопасности детей. Директора, разумеется, с превеликой благодарностью принимают подарки, помпезно открывают компьютерные классы, не догадываясь, что в праздничной упаковке завернута мина замедленного действия.

Еще один пример “плодотворного” сотрудничества центров Госсанэпиднадзора со школами – спор по поводу пятидневной учебной недели. Существуют правила, запрещающие нагружать учеников более чем шестью уроками в день. Гимназии, лицеи и школы с углубленным изучением предметов не укладываются в такие рамки. А посему должны переходить на шестидневку.
Подобное требование ЦГСЭН встречает бурю негодования не столько учителей, сколько родителей, большинство из которых рады провести со своими чадами лишний выходной день. Честно говоря, единственный положительный момент, который остался в моей памяти от перестройки, – это пятидневка. Мы несказанно радовались ей, несмотря даже на то, что столбики школьного расписания “отяжелели” до восьми уроков в день.
На защиту “пятидневников” встал Закон “Об образовании”, дающий учебному заведению самостоятельность в выборе режима. Так что санинспектора вынуждены отступить. Согласитесь, два выходных в неделю – это не роскошь, а средство существования.
Как быть, если гигиенические нормы и правила противоречат такому понятию, как комфортность жизненного пространства? Его, к сожалению, нельзя измерить, оценить и записать в акт приемки…
На мой вопрос, будут ли пересмотрены санитарные правила, регламентирующие сегодня работу школ, по итогам обсуждения образовательного стандарта, Владислав Кучма ответил:
– Санитарные правила (СанПин. 542-96) в скором времени будут заменены. Их новая редакция уже прошла все необходимые инстанции и находится на согласовании в Минюсте. Естественно, что новые правила не отражают, да и не могут отразить тенденций стандарта – ведь СанПин был разработан раньше. Что же касается следующей его редакции, которая, очевидно, пройдет в течение ближайших пяти лет, уверен, в ней найдут отражение современные требования модернизации…
Как видите, ответ не совсем конкретный. Будут ли санитарно-гигиенические нормы ужесточены или, наоборот, ослаблены? Ясно одно: разработчики новой редакции СанПина не отреагировали на обсуждаемый стандарт. А жаль.
Почему в гимназиях и лицеях заболеваемость в два раза выше, чем в обычных школах? Медики обвиняют в этом перегрузку. В принципе, логично. Тем более если учесть, во сколько раз увеличивается поток информации на бедных “вундеркиндов”. Например, исследования умственной работоспособности учеников гимназических и обычных классов, проведенные НИИ гигиены и охраны здоровья детей и подростков, дали следующие результаты. У гимназистов замедленная реакция наблюдается в три раза чаще, чем у обычных школьников. Это происходит из-за низкой скорости переключения нервных процессов, иными словами – из-за переутомления.
Параметры памяти у гимназистов ниже, чем у школьников, так как сниженные коэффициенты запоминания наблюдаются в 2,5 раза чаще.
Показатель “внимание – память” у гимназистов в два раза менее устойчив, чем у школьников.
Приводя эти “душераздирающие” результаты, я отнюдь не стараюсь поставить под сомнение необходимость гимназий и лицеев. Я только хочу напомнить уважаемым разработчикам образовательного стандарта, что переизбыток информации так же плох, как и недостаток. Это, к сожалению, не моя мысль. Один из законов философии, а именно “единства и борьбы противоположностей”, указывает на это. Могу также привести гениальное, на мой взгляд, сравнение Михаила Юрьевича Лермонтова: лошадь одинаково хромает из-за долгого стояния в стойле, равно как и из-за чрезмерной выездки. Впрочем, если уж совсем по теме, процитирую отечественного исследователя нейронных механизмов памяти А.Н.Лебедева: “Увеличение количества изучаемых предметных знаний, понятий, определений приводит к все более редкой актуализации образа долговременной памяти. При этом моменты актуализации понятий не совпадают, следовательно, единицы памяти не могут объединиться, а значит, не происходит процесса научения и творчества”.
Доподлинно известно, что современный школьник знает гораздо больше, чем Архимед. Разумеется, он может быть глупее Архимеда, но информации в его “чердачке” хватит на несколько архимедовских ванн. Однако затаривание “чердачка” может закончиться тем, что самая нужная информация в него уже не влезет.
Со времен древних греков человечество накопило громадный потенциал знаний по математике, физике, химии и другим наукам, и, разумеется, непросто произвести их селекцию: что необходимо знать современному школьнику, а без чего он может обойтись. Именно поэтому я искренне сочувствую разработчикам стандарта, которых так нещадно критикуют педагоги, медики и даже депутаты. Однако вопрос остается открытым: что делать с перегрузкой? На него попытались ответить участники Всероссийской конференции “Гигиенические проблемы образования и воспитания детей и подростков”.
Как оптимизировать учебный процесс? Благо Закон “Об образовании” и “Типовые положения об общеобразовательном учреждении” позволяют это сделать. У школ есть возможность выбора не только программ и методов обучения, но и режима.
Общепринято делить учебный год на четыре неравные по продолжительности четверти, что неблагоприятно отражается на работоспособности и самочувствии школьников. Особенно ярко это демонстрирует утомляемость школьников в конце самой продолжительной – третьей четверти.
В нескольких школах провели эксперимент: изменили календарь школьных каникул. Периоды учебы, продолжительностью 5-6 недель, сменялись недельными каникулами. Таким образом, весь годовой цикл обучения был поделен на равные по длительности периоды учебы, разделенные неделей отдыха.
Комплексные исследования, которые включали изучение умственной работоспособности, уровня невротизации, функционального состояния организма, острой заболеваемости, доказали эффективность такого режима работы. Так, на 10 процентов повысилась работоспособность школьников и на столько же снизилась утомляемость.
Изучение заболеваемости показало, что в обычной школе к середине учебного года она растет: индекс пропусков повышается с 8,77 до 11,13 условных единиц, а в экспериментальной школе этот показатель практически не изменяется (7,08 и 7,21 условных единиц соответственно).
Таким образом, новый календарь школьных каникул, предполагающий равномерное чередование учебного и каникулярного времени, имеет здоровьесберегающий эффект.
Несколько слов о технологии обучения. По мнению Натальи Куинджи, сотрудника Института гигиены и охраны здоровья детей и подростков, метод разноуровневого обучения в два раза снижает утомляемость учеников. В чем суть метода? Класс разбивается на три группы: высокой, средней и низкой работоспособности. Каждой группе раздаются варианты заданий соответствующей степени сложности.
Эффективность такой методики не только в снижении утомляемости, но и в постепенном выравнивании успеваемости в классе. Эксперимент доказал, что к концу учебного года происходит наполнение первой группы за счет второй и третьей. Очевидно, немалую роль играет здесь самолюбие: ребенку стыдно плестись в хвосте или перебиваться в середнячках.
В школах Сыктывкара два года проводился эксперимент: занятия шли в режиме повышенного двигательного компонента. Было увеличено число уроков физкультуры, проводились физкультминутки и т.д. Результат, надо сказать, оказался неоднозначным. Снизилось количество сердечно-сосудистых заболеваний среди школьников, однако показатели работоспособности не улучшились.
– Экспериментальный режим оказался перенасыщен двигательным компонентом, – считает Наталья Куинджи. – Вообще любые новые технологии обучения следует оценивать прежде всего по реакции детей на них: увеличивается или уменьшается утомляемость, нервозность, заболеваемость. Только в том случае, если новая методика дает положительный результат по всем этим параметрам, ее можно сертифицировать.
Что такое “синдром нездорового школьного здания”? Существуют три уровня санитарно-гигиенического благополучия школьных зданий (УСГБ). Так вот, третья группа как раз и страдает этим самым синдромом. В Москве к ней относятся менее пяти процентов образовательных учреждений, в Нижнем Новгороде – 20 процентов. Чего уж говорить о сельской глубинке.
По словам Ольги Шараповой, зам. министра здравоохранения, правительство утвердило программу “Дети России”, рассчитанную на пять лет:
– Надеюсь, что программа “Дети России” приобретет статус президентской. От нее во многом будет зависеть судьба образовательных и оздоровительных учреждений в пятидесяти регионах России. Ведь программа, а точнее, ее инвестиционный раздел, предполагает выделение больших средств на реконструкцию детских учреждений. Конкретную сумму инвестиций назвать не могу, поскольку не принят федеральный бюджет на следующий год.
Говоря о благополучном микроклимате в школе, ни в коем случае не следует упускать такой немаловажный факт, как питание. Ведь, по данным последней диспансеризации, заболевания пищеварительной системы занимают первое место среди прочих. К тому же такие негативные признаки, как утомляемость, снижение реакции и коэффициента запоминания, вполне могут быть следствием недостатка в организме глюкозы и фосфора.
Между тем школьные завтраки лишь на 5-10 процентов удовлетворяют потребность в питательных веществах, даже несмотря на то, что Госсанэпиднадзор выпустил целую брошюру “Ассортимент пищевой продукции, предназначенной для образовательных учреждений”…
Кстати, о брошюрах. Есть несколько новинок, которые готовятся к печати. Как я уже говорил, это новая редакция санитарных правил для общеобразовательных учреждений. Впервые в истории медицины разработаны весьма узконаправленные СанПины, касающиеся только учреждений дополнительного образования. Наконец, вскоре увидят свет санитарно-гигиенические требования к вычислительной технике. Льщу себя надеждой, что последняя брошюра будет содержать не только цифровые показатели норм электромагнитного излучения, но и практические советы педагогам: как измерить ЭМИ.
И вообще поменьше бы декларативных форм и побольше дельных предложений о том, как создать в школе комфортный микроклимат. Возможно, и перегрузка стандарта оказалась бы не столь заметной. И дети наши не теряли бы 25 процентов здоровья в школе.

Дмитрий ЕГОРОВ

Статфакт

По данным Департамента Госсанэпиднадзора Минздрава России, в 2002 году 38 процентов компьютеров в российских школах не соответствовали санитарным нормам по электромагнитному излучению. Если сравнить эти данные с прошлогодними (49 процентов), можно констатировать положительную тенденцию к снижению уровня ЭМИ.

По данным Госсанэпиднадзора, 90 процентов сельских школ требуют капитального ремонта. Четверть из них не укомплектованы мебелью, а в каждой пятой используется вода, не соответствующая санитарным нормам.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте