Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Самый беззащитный человек. Создаем Управление педагогической безопасности

Учительская газета, №29 от 15 июля 2008. Читать номер
Автор:

Не секрет, что сегодня в образовании самый беззащитный человек – учитель. На него пишут в вышестоящие инстанции, на него жалуются в газеты, про него плохо говорят по телевидению, с ним сводят счеты в суде. Чаще всего эти жалобы, публикации и судебные иски – чистой воды наветы, но учитель не может доказать этого, так как у него нет денег на опытного адвоката, а сам он в искусстве защиты явно не преуспел. Встать на защиту педагога решили в Южном округе Москвы. О том, как был создан прообраз Управления собственной педагогической безопасности, рассказывает начальник Южного окружного управления образования Нина МИНЬКО.

Комментарий «УГ»Уголовный кодекс Российской ФедерацииСтатья 129. Клевета1. Клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, наказывается штрафом в размере до 80 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок от 120 до 180 часов, либо исправительными работами на срок до одного года…Гражданский кодекс Российской ФедерацииСтатья 152. Защита чести, достоинства и деловой репутации1. Гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.По требованию заинтересованных лиц допускается защита чести и достоинства гражданина и после его смерти……5. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.6. Если установить лицо, распространившее сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, невозможно, лицо, в отношении которого такие сведения распространены, вправе обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений не соответствующими действительности…Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.02.2005 года № 3«О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»…Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети «Интернет», а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем чтобы они не стали известными третьим лицам.Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица…

– Нина Григорьевна, наверное, когда-нибудь сегодняшнее время назовут временем жалоб в вышестоящие инстанции. Стоит родителям написать в мэрию, в Московскую городскую Думу или еще в какую-то уважаемую организацию, как письмо ставят на учет и стараются ответить на него вполне однозначно: не волнуйтесь, все виновные наказаны. По-моему, сказать, что учитель, на которого жалуются, чист как стеклышко и незапятнан, не решается никто. Ну а уж если родители жалуются на поборы, то тут же подключаются правоохранительные органы, СМИ, учителя «славят», могут снять с работы, а когда выясняется, что все это неправда, то никто перед ним не извиняется, а на работе могут и не восстановить. Что делать?

– Мы в округе стараемся создать систему собственной педагогической безопасности. Я выступила на двух совещаниях директоров школ и перед заведующими дошкольных учреждений и сказала: письма идут, письма надо проверять и делать выводы. У нас в округе до того был отдел координации, создать который 17 лет назад потребовал Департамент образования и который к настоящему времени уже себя исчерпал. Ну в самом деле, зачем нынешнему директору нянька-координатор? Однако при том, что директору сегодня дается самостоятельность, параллельно должна создаваться контролирующая структура. Поэтому с 1 сентября 2007 года я отдел координации закрыла и вместо этого создала контрольно-аналитическое управление. Главная его задача – смотреть, что делается на местах. Я объявила: весь год буду сама читать все жалобы, поступающие в управление. Мне была интересна природа жалоб, хотелось понять, как и почему они возникают. Когда разберусь в этом, легче будет «рулить» при их разборе.

– И вы действительно весь год читали все жалобы сами? Но ведь на недавней пресс-конференции руководитель Департамента образования столицы Ольга Ларионова сказала, что жалоб в вашем округе много. Не получилось ли так, что все ваше время уходило на рассмотрение этих жалоб?

– Не могу сказать, что их много, во всяком случае времени на них у меня хватало. Но зато после этого появились факты, и теперь на встрече со школьными педагогическими коллективами я могу показать, отчего и почему эти жалобы возникают.

– То есть природу жалоб вы узнали?

– Во всяком случае каждую жалобу этого года я знаю. В свой годовой доклад по окончании учебного года я вставила значительный кусок, посвященный возникновению родительской агрессии там, где мы перешагиваем свои полномочия, где мы злоупотребляем.

– Например?

– Например, мы сейчас втянуты в судебные процессы с семьей Смирновой. Папа – бывший артист, мама не работает. Дочке каждое утро завязывают бантики на косичках по-разному, чтобы по-особенному девочка выглядела в школе. Педагоги понимают, чем живет семья, что для нее все сосредоточилось в ребенке? Мне кажется, нет. Например, когда эта девочка с кружевным воротничком и косичками идет в школу, ее встречает член родительского комитета: «Твоя мать не сдала 130 рублей на уборку, а еще 120 – на нужды класса!» Папа с мамой приходят ко мне на прием, говорят: «Нина Григорьевна, как же так?» – и пишут жалобу. Я начинаю разбирать эту жалобу.

– Извините, но как можно разбирать такую жалобу? Что в ней разбирать, ведь она яйца выеденного не стоит?

– Во-первых, разбирать ее можно и нужно. Во-вторых, все не так-то просто в этой истории, потому что началось все вроде бы с пустякового разговора члена родительского комитета с девочкой. А в жалобу-то родители девочки поместили все, что могли, и это уже был целый трактат. Мы в ней разобрали все по двум направлениям. На одну сторону поместили такой факт: учителя школы оставили за собой право выставлять оценки в дневник детям один раз в месяц. Мама прикладывает к жалобе копию странички дневника, где по математике выставлены сразу 8 оценок, по русскому языку – 10, и говорит: «Я не работаю, я хочу контролировать ребенка, понять, за что ей выставлена тройка или четверка, какую тему она прошла недостаточно хорошо, а ей выставляют сразу все оценки за месяц, и разобраться во всем крайне затруднительно». Мы издали приказ, всех наказали, сказали, что нужно каждый день выставлять оценки в дневник.

– То есть поступили, как всегда, когда приходит жалоба, – наказали учителя.

– Было за что наказать: он действительно виноват. Но вот дальше мы с жалобой поступили уже по-другому. На другую сторону мы поместили то, что в жалобе мама написала со слов девочки, будто классный руководитель в столовой «остатки еды забирает в класс, забывая потом отдать детям в течение дня», все выяснили и прощать маме этот навет не собираемся. Я вызвала двух учительниц, упомянутых в жалобе, и спросила: «Вы лично готовы подать в суд?» Они поинтересовались, в чем это будет заключаться. Я объяснила: нужно написать заявление, а наш юридический отдел будет защищать их честь и достоинство. Учителя согласились, юристы все оформили и подали иск в суд.

– Нина Григорьевна, сразу спрошу: а насколько у вас силен юридический отдел?

– Силен и сведущ, у нас там семь молодых людей, которых мы сами вырастили и воспитали, они, кроме всего прочего, доки в педагогическом праве. Особенно руководитель юридического отдела по фамилии Кандриков, который весьма успешен в ведении судебных дел. Ему тридцать лет, он очень смелый человек, не боится идти в суд, ему все это интересно. Могу сказать, что на его счету уже 272 победы из 272 судебных дел, и это, согласитесь, хороший показатель. Не случайно Кандриков в округе был признан «Человеком 2007 года». Когда он победит в процессе со Смирновыми, мы обязательно напишем об этом в газетах, расскажем на родительских собраниях. Нужно, чтобы люди подумали, прежде чем писать жалобу на учителя. Нельзя же, как в канализационную трубу, сливать все что ни попадя.

– Это жалоба, с которой все понятно. А если, скажем, поступила коллективная родительская жалоба, что вы делаете?

– 12 родителей написали жалобу: заведующая детским садом сидит в кабинете и собирает наличные деньги, а за их расходование перед ними никто не отчитался. Я вызвала начальника отдела дошкольного образования: поезжайте к заведующей и скажите: «Если это ложь, то пусть пишет заявление, и Кандриков начнет ее защищать!» Заведующая бороться за себя не захотела, сказала, что ей здоровье дороже, и ушла с работы. Мы даже два раза ездили к ней домой и уговаривали не сдаваться.

– Может быть, она так поступила, потому что в родительском письме все было правдой и вы бы ее так и так освободили от работы, только в этом случае она бы ушла с позором?

– Я поехала в детский сад, собрала всех родителей – авторов письма и всех сочувствующих. Все закончилось весьма интересно: ко мне подошли другие родители и сказали, что они собрали деньги на ремонт крана с горячей водой, который никто не может починить в течение долгого времени – там какой-то очень сложный случай. Я лично сделала вывод, что родители сами провоцировали ситуацию: одни собирали деньги, а другие, вошедшие с ними в конфликт, жаловались.

– Об этом случае тоже весь округ узнал?

– Когда я выступаю на окружном кабельном телевидении вместе с директором школы № 548 Ефимом Рачевским, то рассказываю о таких историях. Кроме того, мне поступают различные вопросы, я на них отвечаю, если вопросы остаются без ответа (не успеваю за время эфира), то я их собираю, читаю и расписываю специалистам. Если жалобы подтверждаются, мы быстро создаем комиссию, проверяем, делаем выводы. Если в информации клевета на учителя, сразу подключаются юристы, мы приглашаем клеветника, доказываем ему, что он возвел напраслину на педагога, и предлагаем два варианта: первый – он извиняется и забирает свою жалобу, второй – мы подаем на него свою жалобу в суд. Если же в информации правда, делаем свои выводы и наказываем виновных.

– То есть, борясь за доброе имя учителя, вы в то же время не боретесь исключительно за честь мундира?

– Разумеется, нет. Например, как-то во время прямого телеэфира позвонила бабушка ученика одной из школ и сказала: тем, чьи дети не хотят участвовать в производственной практике, предложили сброситься деньгами. Я поручила своим сотрудникам связаться с семьей, выяснить, почему звонила бабушка, знают ли об этом родители мальчика. Оказалось, что семья боится осложнений в отношениях с директором. У директора же такая версия: собрала родительское собрание, рассказала, что наступает период летней производственной практики, родители спросили, нельзя ли им собрать энную сумму денег и нанять рабочих, которые за плату сделают все, что должны во время практики сделать дети. Директор сказала в ответ, что если есть желающие поддержать школу, то они могут собрать деньги. Я попыталась узнать, на что собирали деньги, что хотели за эти деньги сделать. Выяснилось, что директор хотела помыть окна. Я ее спросила: «А вы что, хотели детям предложить помыть окна на этажах?» Сейчас я разбираюсь в деталях.

– Нина Григорьевна, а если письмо родители послали, скажем, в мэрию Москвы, а вам его оттуда переслали, то как вы поступаете в этом случае?

– Как обычно: проверяем каждое письмо, и в этом году я делаю это тоже сама. Такая работа ведь очень подпитывает.


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту