search
Топ 10

Пять секунд тишины,. или Кто в зрительном зале?

Рубрика «Театральная педагогика» все чаще появляется в «Учительской газете». Пространство театральной педагогики обширно: театральные студии в центрах детского творчества, научно-практические конференции с круглыми столами, тренингами и семинарами, фестивали и конкурсы, уникальные школы, весь образовательный процесс которых пронизан театрализацией… И просто школьные театры, где играют дети, которые учатся в данной школе. Театр-студия гатчинского лицея №3 именно такой театр, ему уже 37 лет. Думается, что накопленный за эти годы опыт может оказаться кому-то полезным; об этом опыте и пойдет речь.

Письмо первое…так сильно влияние театра на склонности людей и их умы, что все происходящее на сцене они принимают всерьез и стремятся перенести в действительный мир…  Бернард Шоу «Смуглая леди сонетов» В школьном театре в отличие от «взрослого», профессионального, всегда актуален вопрос: для кого мы будем готовить и играть спектакль? От этого «для кого?» зависят напрямую «что?» и «как?». Зритель школьного театра очень разнообразный, очень восприимчивый, всегда благодарный, зато иногда и непредсказуемый. О непредсказуемости – из воспоминаний о давнем. В театре послевоенной ленинградской 203-й мужской школы была стабильная основа репертуара: ежегодно в середине третьей четверти девятиклассники играли «Горе от ума» (школа носила имя А.С.Грибоедова). На пять женских ролей приглашали девочек из соседней 189-й школы. И вот в «наш» год моему однокласснику Леониду Фридбергу досталась роль Молчалина. Этот Молчалин оказался отъявленным негодяем. Он презирал доверчивую Софью, считая ее лишь ступенькой в карьерной лестнице; он нагло врал в глаза своему шефу Фамусову; он изощренно издевался над наивным и непрактичным Чацким… Ленька не изменил ни слова в классическом грибоедовском тексте, но интонации, пластика, гримасы, улыбки и ухмылки… Негодяй получился такой яркий, такой убедительный, что на другой день после премьеры группа зрителей (парни из параллельного девятого «Б», где учились «Фамусов» и «Чацкий») заблокировала Леньку на площадке «черной» лестницы: «Так вот, Фридберг, какой ты, оказывается, мерзавец и гнусный тип! Раскрылся на все сто! Сейчас мы тебе морду набьем!..» Но чуткий к законам сцены Ленька почувствовал, что на реплику еще можно ответить репликой, и в острой дискуссии доказал-таки своим оппонентам, что актера и персонаж, которого актер играет, нужно различать… И еще о зрителе – уже нашего театра. Нашей первой премьерой была «Снежная королева» Евгения Шварца – у сказки самый широкий круг зрителей. В спектакле была очень милая, но строгая бабушка; был храбрый сказочник; была темпераментная маленькая разбойница; был злодей коммерции советник (тогда мы еще не догадывались, что это персонаж-предсказание: «Я все могу купить!»). Но всех покорила добрая, смелая и обаятельная и эмоциональная Герда. По крайней мере еще месяц после спектакля ученики начальных классов, встречая на переменке актрису-восьмиклассницу, окружали ее шумной толпой и требовали: «Герда, пожалуйста, расскажи нам еще сказку!..» Этим зрителям было еще рановато теоретически объяснять разницу между актером и персонажем, и Герда, обыгрывая ситуацию, рассказывала им что-то, пока не прозвенит звонок на урок. А через два года Герда сыграла Соню Гурвич, а маленькая разбойница – Галку Четвертак в большом спектакле «А зори здесь тихие…» (к опыту работы над «Зорями…» я еще вернусь). В зале на премьере – учителя, старшеклассники, родители, родственники и друзья участников спектакля; многие родители обеспокоены – премьера выпала на 12 мая, до выпускных экзаменов меньше трех недель, а половина артистов – учащиеся выпускных десятых классов… Два действия идут почти два с половиной часа. В финале на сцене траурная темнота, и только справа, в углу, старшина Васков произносит свой горестный монолог в луче прожектора – и сразу включается полный свет на сцене и в зрительном зале, и пятеро девушек в зеленых гимнастерках, главные героини, взявшись за руки, медленно двигаются от белого задника вперед, к авансцене – «на поклоны», как говорят в театре. И зрители в зале – все как один! – молча встают им навстречу, и девушки медленно-медленно идут из своего сорок второго года сюда, в семьдесят девятый, и немыслимо долго, секунд пять или даже шесть, длится эта фантастическая тишина… И наконец зрительный зал взрывается овациями, криками и рыданиями. Появляются из-за кулис остальные 22 участника спектакля, и зрители устремляются на сцену с объятиями, цветами и слезами. Оказывается, в школьном театре возможен и такой зритель. Мы поняли, что ради этих нескольких секунд тишины стоило работать над спектаклем полтора года… Позже мы выработали традицию проводить последнюю генеральную репетицию накануне назначенного дня премьеры, вечером, для родителей и родственников. Снимаются актерские зажимы, атмосфера максимально благоприятная, иногда звучат советы и замечания – дельные, но очень доброжелательные. Особая категория зрителей – учителя. Нужно, чтобы на спектакле их было по возможности больше, и не только для поддержки дисциплины в классе, как они иногда думают. Главное совсем в другом… Девятиклассница Маша в спектакле «Дипломат» по пьесе С.Алешина сыграла хозяйку копенгагенского отеля, где идут переговоры советских и английских дипломатов, – женщину строгую, уверенную, властную, к которой все относятся уважительно, несмотря на ее неулыбчивость. Учительница, несколько лет учившая Машу литературе и русскому языку, поделилась своим открытием: «Оказывается, Машенька-то у нас вот какая!» Именно для этих «оказывается» и нужны учителя в зале: увидеть ученика по-новому, обогатить свое представление о нем (а значит, и отношение к нему). А Маша потом сыграла в «Зорях…» сержанта Кирьянову – раскованную, бойкую на язык и веселую… Надо уметь разговаривать со зрителем не только языком спектакля. Обычно наш зритель приходит в зал (после пятого или шестого урока), еще не освободившись от забот и впечатлений урока предыдущего. Довольно часто в такой ситуации я поднимаюсь из зала на авансцену, перед закрытым занавесом, здороваюсь со зрителями (это уже начало общения) и напоминаю, что у нас драматический театр, наши артисты играют без микрофонов, это только торжественные линейки и другие официальные мероприятия озвучиваются через микрофон… Зал начинает затихать. А иногда просто необходимо сказать зрителям несколько слов о том, что они сейчас увидят. Весной 2012 года перед спектаклем по пьесе Бернарда Шоу «Смуглая леди сонетов» (написана в 1910 году, главные персонажи – Шекспир и королева Елизавета Первая) мне пришлось сказать примерно следующее: – Жизнь устроена так, что каждое следующее поколение становится наследником и обладателем всего того, что создали предыдущие поколения в искусстве, культуре, науке, во взаимоотношениях между людьми. Созидая свое, новое, нужно и всем этим умело распорядиться. Поэтому и эта пьеса, написанная век назад, ваша, ее события и ее персонажи тоже ваши, и даже упомянутый в ней миф о Юпитере и Семеле тоже ваш. А почему мы ставим ее в начале XXI века, вы поймете, вы достаточно взрослые. Такой прием, такое вступление еще несет в себе черты урока (учитель обращается к ученикам, даже что-то объясняет), но налицо и черты театра (для урока народу многовато, а еще сцена и занавес – «скорее бы начинали…»). Главное – внимание зрителя переключается, уже переключено на сцену; гораздо хуже, если это переключение будет происходить, когда уже откроется занавес и начнется действие. Мы бегло познакомились со зрителями школьного театра. Самое время перейти к вопросу: что играть для такого зрителя, каковы репертуарные возможности школьного театра? Они отличаются от возможностей «взрослого» театра. Вот, например, что вы знаете о «Маленьких комедиях» Пушкина? Нет-нет, это не описка автора и не ошибка типографских работников – речь идет не о «Маленьких трагедиях», а о «Маленьких комедиях». Об этом в следующем письме. P.S. Второе и третье письма опубликованы на сайте «Учительской газеты» в рубрике «Театральная педагогика»: http://www.ug.ru/method_article/685. Летний анонсГотовится к публикации специальный летний выпуск «Методической кухни». В июле вас ожидает номер, полностью посвященный столь популярной сегодня театральной педагогике. Опытом внедрения принципов театральной педагогики в школьную жизнь делятся уникальные люди – директора знаменитых школ: Сергей Менделевич (московский центр образования №57), Евгения Кузнецова (Ломоносовская гимназия №1530), Владимир Чикишев, режиссер театра «Пиано» из Нижнего Новгорода, в котором играют глухие дети. Не пропустите!​Михаил КИСЛОВ, преподаватель, руководитель театра-студии гатчинского лицея №3, Ленинградская область

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте