search
main
0

Принц Вася и принцессы Настеньки. …Учатся жить, как поёшь

– Ты красивая, значит, должна быть еще и умной, тогда заслужишь себе принца Васю, – говорит своим ученицам Светлана Смагина, организовавшая клуб самодеятельной песни с говорящим названием «Белая ворона». И девочки ей верят. А я верить боюсь: ну зачем все это забивание юных голов несбыточной романтикой? Разобьются о жизнь, видя изо дня в день матерящихся сверстников с бутылкой пива в руках и оплеванные подъезды… Наше время, подсчитывающее барыши, кажется, никак не подходит для того, чтобы обнимать друг друга за плечи и петь восторженным шепотом «Ребята, надо верить в чудеса»… Но вокруг меня три десятка взрослых неисправимых идеалистов, педагогов дополнительного образования, вместе со своими подопечными приехавших в подмосковный Красногорск на Международный фестиваль детско-юношеского творчества в жанре авторской песни «Зеленая карета».

И мне хочется верить, потому что глаза Светланы Евгеньевны светятся, а голос гипнотизирует уверенностью и вдохновенностью.

– Я окончила консерваторию как теоретик, но играть не могла ни на чем, кроме фортепиано и нервов, – улыбаясь, признается нынешняя «звезда» маленького города Орск в Оренбургской области. – И вот пошла в поход с друзьями, взяла в руки гитару и узнала сразу 40 песен Окуджавы. А вскоре я вышла замуж за гитариста, который увлекался авторской песней, родила двоих детей, одна дочь сейчас сама учит авторской песне, потом я вышла замуж за другого гитариста, уже классического. Он тоже преподает, занимается с мальчиками игрой на гитаре…

Коллеги Смагиной смеются. Потому что ее личная история чем-то перекликается с их судьбами. Они все «замужем» или «женаты» на авторской песне, пусть и не так буквально. Многие из них передали этот ген любви к бардовской песне по наследству. Анжелика Почивалова, 15 лет руководящая КСП «Вдохновение» в сибирском городе Искитим, к примеру, привезла с собой дочь Настю – та, естественно, поет и играет на гитаре. Похоже на неотвратимость.

– Ну почему же, мой брат с детства наслушался авторской песни и нарочно пошел в программисты, – улыбается 24-летняя Зинаида Андреевна, как величает себя дочь Смагиной: с 14 лет преподает рядом с мамой, привыкла уже к имени-отчеству.

Сама белокурая Зиночка с длинными ресницами сойти с маминой тропы не захотела. И встретила-таки своего принца Васю, точнее, Сашу, как мама и предсказывала: к приемному отцу на занятия гитарой ходил один мальчик, ходил-ходил да и решил прийти разучить несколько песен к Светлане Евгеньевне. Он был с пристрастием допрошен насчет вредных привычек и допущен-таки до девочек-принцесс, а потом он влюбился в Зину… Сейчас 2-летнюю дочурку колыбельными убаюкивают. И та уже подпевает маминой «Зеленой карете». Боюсь, у девочки тоже не будет выбора.

Мальчиков в КСП немного. «Зато те, кто остается, – один на миллион!», как сказала мне на фестивале одна из девочек. Это только одно из последствий серьезной гендерной проблемы в обществе, и сейчас речь все-таки не об этом, а о детях вообще, о воспитательном потенциале авторской песни (на эту тему в рамках фестиваля состоялся очень содержательный научно-методический семинар).

Как показывают уже десятилетия существования КСП, бардовская песня оказалась эффективным средством воспитания детей. По словам педагогов, нынешние тинейджеры приходят в кружки авторской песни с мечтой «стать как «Ранетки», научиться играть на гитаре нехитрых три аккорда – этого более чем достаточно, чтобы выразить свой не слишком испорченный культурой внутренний мир и стать кумиром сверстников во дворе или школе. И вот тут-то коварные каэспэшники окунают их с головой в омут: дают, чтобы разучить песню на два аккорда, к примеру, «Бумажный солдатик» Окуджавы. Большинство ребят имени-то такого никогда не слышали, переспрашивают, мол, что будем слушать, «какую окуджаву?». А дальше их учат эмоциям – словно роботов каких-то. Но ведь они и есть почти что зомби – воспитанные нянькой-телевизором, с головой погруженные в виртуальный мир.

– Начинаем разбирать с ними, о чем поется в лирической песне, – говорит Зинаида Смагина, в замужестве Ерошкина. – Оказывается, про любовь, про боль, а многим из детей уже знакомы подобные переживания – у кого-то родители всю жизнь ругаются, у кого-то они в разводе, и ребят вдруг прошибает, они вдруг, неожиданно для себя, начинают плакать.

Кажется, раньше это называлось воспитанием чувств. Высоких, красивых, вызывающих потрясение. Поэтому самый любимый «обряд» в ярославском клубе «Акварель» – посвящение новичков. Ребята поют свою первую разученную при помощи старшего «акварельца» песню при свечах, присоединяя свою свечку к общей свече с помощью гитарной струны – и такое не забывается. А звездное небо, которые многие городские дети во время походов и сплавов впервые видят во всем его величии? Исполняя бардовские песни с их утонченной лексикой и высокими понятиями, дети программируют себя на красивые чувства и поступки.

– Сначала ребята приходят к тому, что поют о том, как они живут, а потом к тому, чтобы жить, как поёшь, – резюмировал Сергей Семенов, руководитель КСП «Свечи» из наукограда Кольцово в Новосибирской области.

Некоторым чиновникам от образования и культуры все еще приходится доказывать, что авторская песня – особый жанр искусства, «поющаяся словесность». О его особенностях на семинаре в рамках фестиваля рассказал Леонид Беленький, пожалуй, один из самых известных исследователей этого направления и руководитель-координатор «Зеленой кареты». Главным критерием бардовской песни он считает степень доверия слушателей к автору – она должна быть абсолютной.

– Такой атмосферы, которая складывается в момент, когда мы передаем гитару из рук в руки, делимся своими чувствами, проблемами, радостями, у них больше нигде нет – ни дома, ни во дворе, ни в школе, – подтвердили теорию педагоги.

Постепенно «нечитающие» дети приходят к серьезной поэзии, музыке, другим видам искусства. А, например, на «Никитинских встречах» – детском клубе авторской песни, который уже 19 лет в Московском городском Дворце детского (юношеского) творчества на Воробьевых горах ведет знаменитый бард Сергей Никитин, – такое приобщение к искусству специально культивируется. На «встречах» обязательно звучит классика в исполнении юных музыкантов из фонда «Новые имена», а также лучшие образцы фольк-, джаз- и рок-музыки. В гости к «никитинцам» приходят признанные писатели и поэты – Юнна Мориц, Григорий Остер, Андрей Усачев, Тим Собакин.

Говорили на семинаре и о предельно выраженной гражданской позиции авторской песни, что очевидно для всех, кто хоть раз слышал Окуджаву, Высоцкого, Галича. Но что особенно ценно – высокие идеалы доносятся в ней до слушателей без ненужного пафоса, ненавязчиво и естественно. Поэтому неудивительно, что нынешние отроки продолжают петь проникновенные песни о Великой Отечественной войне. Естественно, звучали они и на «Зеленой карете», посвященной 65-летию Великой Победы. Даже сложнейшие вещи вроде «Мы вас ждем» Владимира Высоцкого (Мы вас встретим и пеших, и конных, / Утомленных, нецелых – любых, – / Только б не пустота похоронных, / И предчувствие их!).

– Сколько смелости нужно, чтобы спеть эту вещь! – признался известный бард Андрей Козловский, который общался с ребятами на одной из творческих мастерских. – Я бы не взялся…

Они с отвагой юности берутся. Разве в этом возрасте вообще есть такие вершины, которые нельзя покорить? Они и на «Вильяма нашего Шекспира» могут замахнутся. И знаете, у них получится. Меланхолически прекрасная песня на стихи Цветаевой «Мы с тобою лишь два отголоска» в исполнении 17-летней Кати Кротовой и драматически-напряженная «Воротишься на родину, ну что ж» на стихи Бродского, спетая 18-летней Аней Гутовской (обе девушки из Ярославля), несколько дней звучали у меня внутри.

47 юных исполнителей от 9 до 19 лет, приехавшие на фестиваль со всех уголков страны – от Калининграда до Владивостока, а также из Украины и Белоруссии, – и 47 интерпретаций своих и «присвоенных» (то есть исполненных будто свои) стихов. Порой очень забавных, немножко корявых, странных, трепетных и всегда самобытных. Не зря ведь организаторы фестиваля (среди которых такие классики жанра, как Сергей Никитин и Олег Митяев) прослушивали большое количество присланных записей, отбирая лучшие. «Зеленая карета» сознательно отказалась от конкурса, жюри, спецпризов. Отобранные на фестиваль – и есть лучшие. Все дети – победители.

Но эти победы даются нелегко. Так, из 70 записавшихся в «Белую ворону» Смагиной к концу первого учебного года остаются 45. Еще бы: за 4 месяца они разучивают 40 песен! А вообще – и это в большинстве КСП – ребята занимаются 3-4 года, порой по нескольку месяцев оттачивая одну песню, переходя с одного уровня мастерства на другой. Несколько раз на творческих мастерских из уст взрослых коллег по отношению к некоторым старшим участникам фестиваля звучало неподдельно уважительное:

– Ты играешь лучше, чем я!

Этой чести удостоился и 16-летний Никита Козлов из тольяттинского клуба «Перекресток». Типичный принц: красивый, стройный, не имеет вредных привычек, занимается спортом, к тому же скромный и воспитанный – о повышенном девичьем внимании к своей особе старается не говорить. Как и о собственной «звездности» – успехе в родном городе и на многих известных фестивалях.

В бардовской песне звезды не на сцене (хотя на гала-концерте в Красногорске блистали Александр Суханов и Григорий Гладков) – на небе. О делах земных и небесных поют авторы – создатели своего поэтического мира. Они рассчитывают найти таких же авторов в зрительном зале.

– Меня много раз звали в Уфу и другие крупные города, но я остаюсь в Орске, где культура находится на уровне ниже всяких плинтусов, – не без горечи призналась коллегам Светлана Смагина. – Потому что без нас ее вообще некому будет поднимать. Чем больше нас – белых ворон – в сером городе, тем небо над головой светлее…

Судя по тому, как бурно обменивались идеями и адресами педагоги, как общались между собой дети разных возрастов, национальностей и даже стран, свою задачу объединения культурного пространства в детско-юношеском творчестве фестиваль выполнил.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте