На чтение: ≈ 13 мин.О школе и учителях сейчас говорят все. Наконец-то в обществе поняли: без качественного образования к процветающей России не придешь. Ближайшие планы впечатляют: обновить содержание образования на всех ступенях, ввести обучение иностранному языку и компьютерным технологиям со второго класса, сделать профильной старшую школу. Решать все эти “задачки” придется учителям. Только готовы ли они к таким переменам? Смогут ли работать по-новому в условиях, прямо скажем, далеких от идеальных? И что нужно изменить уже сейчас в подготовке тех, кто завтра придет в школьные классы?
В России сейчас 81 вуз учит тех, кто собирается вскоре “сеять разумное, доброе, вечное”. В недавнем прошлом их было 103. Пятая часть исчезла либо превратилась в классические университеты, как это произошло со Ставропольским, Брянским, Костромским, Южно-Сахалинским, Магнитогорским, Елецким и другими вузами. Причем большинство из них не так давно сменили вывеску – из институтов образовались в университеты. Некоторые фактически исчезли, войдя в новые учебные заведения.
– А педагогические институты остались? И в чем разница институтского и университетского педобразования? – спрашиваю у ректора МПГУ, председателя Совета по педагогическому образованию Виктора Матросова.
– В вашем вопросе есть доля иронии… Массовый “поход” вузов, причем не только педагогических, в университеты был данью времени. Но самые сильные стали университетами по праву. Если же давать краткую характеристику университета, это многопрофильное учебное заведение, и там обучение неотделимо от научной работы по фундаментальным и прикладным направлениям науки, которой занимаются и студенты. Университеты, конечно же, отличаются сильным профессорско-преподавательским составом со значительной долей докторов и кандидатов наук. Тут не только обучают студентов, но и готовят научно-педагогические кадры, есть аспирантура, докторантура, диссертационные советы, создаются учебники… Конечно, все это работает на высокое качество образования. Но педагогические институты в нашей системе тоже сохранились, их немногим меньше 50 процентов. К примеру, Псковский, Бирский, Елабужский, Армавирский, Соликамский. Они расположены, как правило, в небольших городах, и у них меньше возможностей, особенно в научном и материальном плане. Но тем не менее есть и свои достоинства. Пединституты в своих регионах чуть ли не единственные центры образования и культуры, и их выпускники в первую очередь идут работать в сельскую школу. Так же как и университеты, институты обязаны выполнить требования государственных образовательных стандартов и лицензионных нормативов.
– Виктор Леонидович, учителей критикуют довольно часто: они и консервативны, и не находят контакта с современными детьми, и уровень их общей культуры оставляет желать лучшего. Перечень претензий можно продолжить. В адрес педагогического образования, естественно, тоже звучит критика. Как вы относитесь к мнению о том, что педвузы готовят учителя вчерашнего дня?
– Разговоры об отставании педагогического образования от потребностей современной школы я слышу уже лет десять. Но задумайтесь вот о чем: как раз в эти годы в школе произошел настоящий прорыв. Появилось множество учебных заведений нового типа (лицеев, гимназий, частных школ). В практику вошли альтернативные программы и учебники. Реальностью стали компьютерные технологии. Кто же, позвольте задать вопрос, подготовил всех этих учителей, создавших авторские программы, в каких вузах обучались замечательные педагоги – участники конкурсов “Учитель года”? Ежегодно число их растет, и я убежден – знаний, опыта, энтузиазма и подвижничества российскому учителю не занимать! Ну не парадокс ли – о проблемах и недостатках образования знают все, а вот о творчестве педагогов, об их достижениях – очень немногие. Ведь для педагогов очень важно, чтобы их труд заметили. Это мощнейший стимул! Так что утверждение о том, что “педагогическое образование в его существующем виде – тормоз для школы”, думаю, абсолютно неверно. Поэтому надо говорить не об учителях вообще, но о педагогическом образовании в целом, например об устаревшей материальной базе педвузов, на которой современного педагога не подготовишь. О том, что библиотеки педвузов не укомплектованы необходимой литературой, включая и школьные учебники. Что из перечня специальностей педагогического образования исключены “Экономика”, “Психология”, “Экология”. А это значит, мы не сможем готовить учителей по этим очень актуальным сейчас направлениям. Думаю, очевидна мысль – педагогическое образование не может повысить свое качество только на основе внутренних ресурсов, как это было в предыдущие годы. Нужны целевые вложения в систему подготовки и переподготовки учителей и на уровне Федерации, и на региональном уровне.
– Из чего же, по вашему мнению, складывается профессионализм учителя?
– Он “стоит” на трех китах – фундаментальных научных знаниях в области предмета, психологии и педагогики, методических умениях и навыках и общей культуре. Без нее современный учитель немыслим. Сейчас начинают говорить: не надо увлекаться предметной подготовкой учителя. Делайте основной упор на психолого-педагогическую подготовку. Но кому нужен педагог, который не знает своего предмета? Ведь именно предмет – основное средство воспитания и обучения. Иначе чему такой наставник будет учить? А главное, о каком авторитете его в глазах учеников может идти речь! Раздаются голоса, нужно сократить срок обучения учителя до 3 лет, но сокращение срока обучения и его качество, на мой взгляд, две взаимоисключающие вещи.
– Разумеется, в МПГУ, в РГПУ качество образования всегда было высоким. А как дела обстоят в других педагогических вузах?
– Конечно, качество подготовки в разных вузах различное. Но не только в столицах есть прекрасные вузы. Хорошо работают Волгоградский, Тульский, Ростовский, Ярославский, Владимирский педуниверситеты. Орловский университет хоть и стал классическим, но по-прежнему остается ведущим в разработке проблем сельской школы. В то же время есть вузы, которые берутся за подготовку учителя, не обладая ни кадрами, ни необходимой материально-технической базой. Это в первую очередь относится к многочисленным филиалам и негосударственным и ведомственным вузам.
– Как вы считаете, почему выпускники педвузов не хотят идти в школу, а молодые учителя там не задерживаются?
– Между прочим, 61 процент наших ребят идет в школу, и это в Москве, где есть возможность устроиться на высокооплачиваемую работу. Посчитайте, сколько школ мы комплектуем за счет студентов, снижая потребность Москвы в кадрах! По регионам выпускников педвузов, работающих по специальности, еще больше. Вот, к примеру, данные по Мордовии, Ярославлю, Волгограду, Соликамску: в школе работает большинство – от 70 процентов и выше. Но проблема есть. Я тут недавно листал газету “Пушкинский листок” и обнаружил такие интересные цифры: 15 процентам московских учителей уже давно за 60, еще 34 процента вышли на пенсионный рубеж. Относясь с большим уважением к ветеранам педагогического труда, я уверен – нужно омоложение кадров. А почему молодежь не идет в школу, думаю, объяснять не надо. Кстати, ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов внес очень дельное предложение – в 2,5 раза поднять зарплату учителям.
– А как участвует вуз в тех переменах, которые сейчас происходят в школе?
– Мы не только участвуем, но и работаем на опережение. К примеру, сейчас идет эксперимент по отработке нового содержания и структуры общего среднего образования. У истоков научного проектирования концепции обновления стояли ученые МПГУ вместе с РАО. На базе МПГУ 15 лет работал Центр тестирования. Мы одними из первых в экспериментальном порядке отрабатывали подходы к единому экзамену, но заявили в этом вопросе особую позицию: засчитывали выпускные экзамены в школе как вступительные лишь ученикам аккредитованных школ и педагогических классов. Рабочая группа под моим руководством занималась созданием программы развития системы педобразования России. Что же касается принятия концепции модернизации образования, то тут нашего прямого участия не было. А ведь есть позиции, по которым мнения педагогических и иных вузов были бы полезными. Далеко не однозначно отношение ректоров вузов к ГИФО, хотелось бы более внимательного отношения к содержанию Базисного учебного плана. В то же время я считаю – вузы сами должны активно выступать со своими предложениями по модернизации, а не только критиковать. Ввели целый спектр специальностей, необходимость которых продиктована жизнью. Мы открыли безопасность жизнедеятельности, культурологию. Учитывая особую ситуацию в многоязычной и многоконфессиональной Москве, даем студентам углубленные знания по русской православной культуре, русскому языку как иностранному. На новом этапе возрождена комплексная историко-филологическая подготовка. Для школ с этнокультурным компонентом открыли подготовку учителей родного (нерусского) языка и литературы. Нас спрашивают: кто будет обучать дошкольников и учеников начальных классов иностранному языку? Это может сделать не просто специалист-лингвист, а тот, кто знает ребенка, его мир. Поэтому мы даем будущим педагогам дошкольного образования и учителям начальных классов дополнительную подготовку по иностранному языку. Используем систему специализации: граждановедение, управление в образовании, семейное обучение и воспитание, экологическое воспитание, компьютерная графика, дизайн игрушки. И, конечно, наши ученые участвуют в разработке учебников, пособий для школ и вузов.
Мы понимаем – необходимо целостное представление о том, как будет развиваться педагогическое образование, поэтому сейчас начинаем работу над программой модернизации нашей отрасли.
Светлана РУДЕНКО
Выбор читателей
Комментарии