Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Пора, мой друг, пора. Сценарий литературной гостиной, посвященной жизни и творчеству А. С. Пушкина

Учительская газета, №41 от 12 октября 2004. Читать номер
Автор:

Ведущий. В доме московских дворян Пушкиных встречали Новый год. В самую торжественную минуту разбуженный праздничным шумом и весельем на пороге появился малыш чуть больше полутора лет, и его мать Надежда Осиповна предложила гостям полюбоваться на человека нового столетия, человека, только что переступившего порог XIX века.

(На экран проецируется портрет «Пушкин-ребенок» работы неизвестного художника).

Тогда, конечно, никто не мог предположить, что этот малыш станет со временем самым известным в России поэтом, что очень скоро и уже навсегда понятия Пушкин и гений станут неразделимыми.

Ведущая. Как истинный гений, Пушкин был наделен великим чувством любви – к жизни, к человечеству вообще и к каждому человеку, как особому и неповторимому.

Среди высоких и прекрасных талантов, которыми щедро был наделен Пушкин, есть один особый – талант дружбы. Отношения поэта с людьми, близкими ему по духу и мыслям, запечатлены в его стихах, которые и сегодня остаются прекрасным образцом верности, преданности, постоянства.

(На экране репродукция со скульптуры А. Аникейчика «А. С. Пушкин»).

Ведущий. Трудно вообразить себе «живого» поэта, не зная о его друзьях и близких, которых он любил всю жизнь. Мы расскажем вам историю одного класса. Класс как класс – тридцать человек. Мальчишки как мальчишки, проучившиеся вместе шесть лет, с двенадцати до восемнадцати. Позже потомки назовут ребят этого выпуска по-разному: «Люди 19 октября», «Пушкинский выпуск».

(Инсценировка «Прекрасен наш союз!..» разыгрывается около одноименного стенда. В центре стенда – репродукция картины И. Репина «Лицеист Пушкин на экзамене». По кругу – изображения лицейских друзей поэта, а также фотографии Царского Села. На протяжении всей инсценировки тихо звучит классическая музыка. На фоне музыки в записи звучат слова: «Я хочу доказывать моим друзьям, что не только их люблю и верую в них, но признаю за долг и им, и себе, и посторонним показывать, что они для меня – первые из порядочных людей» – Александр Сергеевич Пушкин).

Ведущая. Лицеем (или Ликеем) в Древней Греции называлась роща при храме Аполлона, где Аристотель обучал своих воспитанников. В свободных и непринужденных беседах и спорах учитель и ученики совместно искали ответы на сложнейшие филocoфcкиe вопросы. Александру I, которого льстецы сравнивали с Аполлоном, хотелось видеть нечто подобное в саду своей летней резиденции – Царского Села. «Учреждение Лицея, – говорилось в постановлении, – имеет целью образование юношества, особенно предназначенного к важным частям службы государственной».

Воспитанники должны были прожить все шесть лет безвыездно. Запрещались даже отпуска на каникулы. Родным дозволялись посещения только по праздникам. Этот замкнутый своеобразный мирок вскоре образовал «лицейскую республику» под боком у монарха. В итоге первый выпуск лицея дал результаты, на которые учредители заведения при всем своем либерализме не рассчитывали. Но это все будет позже. А пока: осень 1811 года – Царское Село. Открытие лицея. Его первый набор.

(Ученики выходят по очереди, показывают на стенде портреты лицеистов представляют их).

1-й ученик. Вильгельм Кюхельбекер. Вскоре после поступления все лицеисты, как водится, наделили друг друга прозвищами. Кюхельбекера называли Виля, Кюхля.

2-й ученик. Антон Дельвиг – Тося. Константин Данзас – Медведь. За то, что одновременно отчаянный и какой-то флегматичный.

3-й ученик. Федор Матюшкин – Матюшко. Иван Пущин, за высокий рост – Большой Жано.

4-й ученик. Александр Пушкин. Француз – французский уже тогдa знал не хуже русского, а еще Егоза – за веселость и подвижность.

…с первыми друзьями

Не резвою мечтой союз твой

заключен;

Пред грозным временем,

пред грозными судьбами,

О милый, вечен он!

(Разыгрывается небольшая сценка, в которой ученики, представляющие Пушкина и Кюхельбекера, выступают от первого лица).

Кюхельбекер. Долговязый и неуклюжий, я был предметом постоянных насмешек товарищей. Однако они меня и побаивались: характер у меня был необузданно вспыльчивый. Директор лицея Егор Антонович Энгельгардт против моего имени записал: «Читал все на свете книги обо всех на свете вещах; имеет много таланта, много прилежания, много доброй воли, много сердца и много чувства…» Но больше всех на свете я любил поэзию. Правда, часто мне изменяло чувство меры, а порой и вкус, и стихи выходили такие же длинные и неуклюжие, как я сам. Ох, и доставалось же мне за них от моих друзей. И особенно от Пушкина.

Пушкин. Однажды я написал на тебя эпиграмму, и ты потребовал дуэли. Нашими секундантами были Пущин и Дельвиг. Они же и зарядили пистолеты клюквой. Ты стрелял первым и дал промах.

Кюхельбекер. А ты вовсе не захотел стрелять. Я неистово закричал: «Стреляй! Стреляй!» А ты только ответил: «Полно дурачиться, милый, пойдем чай пить». И мы тотчас помирились. Это было около 1818 года. А через семь лет, 14 декабря 1825 года, я был на Сенатской площади во время восстания. Потом в кандалах прошел через царские казематы, карцеры и умер в далекой сибирской ссылке. Подолгу сидя в одиночной камере, засыпая, я «назначал себе на завтра, что вспоминать. Лицей, Пушкина и Дельвига… Мать и сестру…»

Пушкин. Последний раз я видел Вилю 15 октября 1827 года. Он был уже арестован и направлялся в сопровождении жандармов в ссылку.

…Служенье муз не терпит

суеты;

Прекрасное должно быть

величаво:

Но юность нам советует лукаво,

И шумные нас радуют мечты…»

Опомнимся – но поздно! и уныло

Глядим назад, следов

не видя там.

Скажи, Вильгельм, не то ль

и с нами было,

Мой брат родной по музе,

по судьбам?

1-й ученик. В лицее Пущин и Пушкин были не только друзьями, но и соседями. Пущин жил в комнате № 13, а Пушкин – № 14. Они часто вместе проказничали, и за это их наказывали: смещали на последние места за столом, но по истечении некоторого срока возвращали обратно. А в 1815 году Пушкин и Пущин оба были влюблены в Катеньку Бакунину, фрейлину императрицы.

Пущин первый навестил друга в Михайловской ссылке. Его предостерегали: «Как! Вы хотите к нему ехать? Разве не знаете, что он под двойным надзором – и полицейским, и духовным?» – «Все это я знаю, но знаю также, что нельзя не навестить друга после пятилетней разлуки в теперешнем его положении…»

Вспоминая эту встречу, Пушкин писал:

…Поэта дом опальный,

О Пущин мой, ты первый

посетил;

Ты усладил изгнанья день

печальный,

Ты в день его Лицея превратил…

Еще во время учебы директор Лицея написал: «Иван Пущин – натура ясная, чистая, благородная, общий любимец лицеистов и профессоров». Пущин разделил участь своих товарищей-декабристов. Пушкин направил ему на каторгу в Сибирь послание, напоминающее о светлом времени лицейской дружбы:

Мой первый друг,

мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

Молю святое провиденье:

Да голос мой душе твоей

Дарует то же утешенье,

Да озарит он заточенье

Лучом лицейских ясных дней!

2-й ученик. Через три месяца после Пущина в Михайловское приехал Дельвиг, тоже несмотря ни на какие предостережения. Он провел у Пушкина целую неделю. Утешал его как мог. «Никто из писателей русских не поворачивал так каменными сердцами нашими, как ты…» – говорил он другу.

Дельвиг посвятил Пушкину свои стихи:

…Я Пушкина младенцем

полюбил.

С ним разделял и грусть,

и наслажденье,

И первый я его услышал пенье,

И за себя богов благословил…

Пушкин в 1825 году писал Дельвигу:

О Дельвиг мой: твой голос

пробудил

Сердечный жар, так долго

усыпленный,

И бодро я судьбу благословил.

3-й ученик. Федор Матюшкин, Матюшко, как его ласково называли друзья. С детства бредил морем: мечтал стать адмиралом. И стал им. Совершил не одно кругосветное путешествие, был героем морских сражений. Есть на севере Восточной Сибири мыс Матюшкина.

В стихах, посвященных другу, Пушкин писал:

Счастливый путь!..

С лицейского порога

Ты на корабль перешагнул шутя,

И с той поры в морях

твоя дорога,

О волн и бурь любимое дитя!..

По инициативе Федора Матюшкина первый памятник Пушкину будет поставлен в Москве на Тверском бульваре.

(На экран проецируется фотография памятника А. Пушкину скульптора Опекушина).

4-й ученик. «Будем молодеть хоть раз в году посреди тех, с которыми вместе были молоды», – говорил один из лицеистов о традиционном сборе, который проходил каждый год 19 октября. В этот день лицеисты старались быть вместе. Те, кто остался, кто еще жив и не в ссылке. «И последний лицеист один будет праздновать 19 октября…» -любил повторять Пушкин.

Друзья мои, прекрасен

Он, как душа, неразделим

и вечен –

Неколебим, свободен

и беспечен

Срастался он под сенью

дружных муз.

Куда бы нас ни бросила

судьбина

И счастие куда б ни повело,

Все те же мы: нам целый

мир чужбина;

Отечество нам Царское Село.

5-й ученик. Данзас был последним из лицеистов, кто видел Пушкина живым. Ему довелось быть его секундантом. Он не смог предотвратить трагедию, и ему грозила кара. Пушкин об этом знал. До последних минут он повторял: «Просите за Данзаса, за Данзаса, он мне брат». Он был предан своим друзьям всегда и на смертном одре вспоминал их: «Как жаль, что нет теперь здесь ни Пущина, ни Малиновского. Мне бы легче было умирать».

Бог помочь вам, друзья мои,

В заботах жизни, царской

службы,

И на пирах разгульной дружбы,

И в сладких таинствах любви!

Ведущий. Рассказывая о друзьях Пушкина, необходимо назвать еще одного человека. Петр Яковлевич Чаадаев.

(Показывает фотографию на стенде, читает стихотворение «К Чаадаеву»).

Эти стихи посвящены Чаадаеву. Он был другом Пушкина в его молодые годы. Чаадаев был старше его, но их связывали общие мечты и стремления. Оба они еще в то время (стихотворение написано в 1818 году) мечтали об освобождении России от гнета самодержавия и крепостного права.

(Звучит романс А. Алябьева «Я вас любил…»). Ученик читает стихотворение:

Я вас любил: любовь еще,

быть может,

В душе моей угасла не совсем;

Но пусть она вас больше

не тревожит;

Я не хочу печалить вас ничем.

Я вас любил безмолвно,

безнадежно,

То робостью, то ревностью

томим;

Я вас любил так искренно,

так нежно,

Как дай вам бог любимой

быть другим.

Ведущая. Эти стихи Пушкина знают все. Они, как и многие другие, посвящены любимой женщине. Давайте вспомним замечательных русских женщин первой трети XIX века, которые своей ли красотой, умом, благородством натуры вдохновляли Пушкина. Им мы обязаны появлению пушкинских шедевров лирической поэзии. Сквозь их отдельные судьбы проступают черты эпохи Пушкина и декабристов.

(Выступления учащихся сопровождаются романсами А. Алябьева, М. Глинки, Н. Римского-Корсакова, В. Мурадели на стихи А. Пушкина. Портреты женщин, о которых говорится, проецируются на экран).

Ученик читает стихотворение «Разлука»:

…О милая, повсюду ты со мною,

Но я уныл и втайне я грущу.

Блеснет ли день за синею горою,

Взойдет ли ночь с осеннею

луною –

Я все тебя, прелестный

друг, ищу;

Засну ли я, лишь о тебе мечтаю,

Одну тебя в неверном вижу сне;

Задумаюсь – невольно

призываю,

Заслушаюсь – твой голос

слышен мне.

Рассеянный сижу между

Невнятен мне их шумный

разговор,

Гляжу на них недвижными

глазами,

Не узнает уж их мой хладный

взор!

Ведущий. Эти стихи молодой Пушкин посвятил Екатерине Бакуниной, сестре своего лицейского товарища. Милая Катенька была предметом юношеского увлечения поэта. К ней обращены многие стихи и элегии 1815-1817 годов. С нежностью вспоминал ее поэт и долгие годы спустя.

Ученик читает стихотворение «Я помню чудное мгновенье».

Ведущая. Этот бессмертный образец любовной лирики обращен к Анне Петровне Керн. Впервые Пушкин встретился с ней в 1819 году в Петербурге. Это была мимолетная встреча, но поэт запомнил ее. Вторая встреча состоялась через 6 лет, летом 1825 года во время ссылки в Михайловское. Перед отъездом Керн Пушкин передал ей эти стихи. Много лет спустя Глинка написал на них музыку и посвятил свой романс дочери Анны Петровны, в которую был страстно влюблен.

(Звучит романс М. Глинки «Я помню чудное мгновенье».) Ученик читает следующий отрывок из стихотворения:

Храни меня, мой талисман,

Храни меня во дни гоненья,

Во дни раскаянья, волненья:

Ты в день печали был мне дан…

В уединенье чуждых стран,

На лоне скучного покоя,

В тревоге пламенного боя

Храни меня, мой талисман…

Пускай же ввек сердечных ран

Не растравит воспоминанье.

Прощай, надежда; спи, желанье;

Эти строчки посвящены графине Воронцовой, с которой поэт познакомился во время ссылки в Одессу. Когда он уезжал из Одессы, графиня подарила ему перстень-талисман. Позже она изредка писала Пушкину письма, которые он должен был по ее требованию сжигать. Сестра Пушкина Ольга вспоминала, что, когда из Одессы приходило письмо с печатью, украшенной таким же знаком, какой был на перстне ее брата, Пушкин запирался в своей комнате, никуда не выходил и никого не принимал.

Ученик читает стихотворение «На холмах Грузии лежит ночная мгла…» (Звучит романс Н. Римского-Корсакова, написанный на эти стихи).

О Марии Волконской, к которой обращены эти стихи, Пушкин помнил всю жизнь. Он преклонялся перед ней. Мария Волконская была одной из замечательнейших женщин своего времени. Отправившись за своим мужем, декабристом Волконским, в Сибирь, она провела там более 30 лет.

Ведущий. Свою няню, крепостную крестьянку Арину Родионовну, Пушкин любил с раннего детства. (На экране – репродукция с картины Н. Ге «И. И. Пущин в гостях у Пушкина».) Он был обязан ей созданием многих своих бессмертных сказок, она поддерживала его и была рядом в самые тяжелые минуты. Недаром художник изобразил ее, крепостную, в кабинете рядом с другом Пушкина – Пущиным. Это им, самым близким людям, поэт читает свои сокровенные стихи. Они – его вдохновение и первые судьи.

(Ученики читают стихи «Зимний вечер» и «Няне» на фоне тихо звучащей музыки).

Ведущая. Об Арине Родионовне Пушкин вспоминает и в одном из своих последних стихотворений:

…Вновь я посетил

Тот уголок земли, где я провел

Изгнанником два года

незаметных.

Уж десять лет ушло с тех нор –

Переменилось в жизни для меня,

И сам, покорный общему

закону,

Переменился я – но здесь опять

Минувшее меня объемлет живо,

И, кажется, вечор еще бродил

Я в этих рощах.

Вот опальный домик,

Где жил я с бедной нянею моей.

Уже старушки нет – уж за стеною

Не слышу я шагов ее тяжелых,

Ни кропотливого ее дозора.

(На экране – репродукция портрета Н. Н. Пушкиной работы А. Брюллова. В записи звучат слова: «Гляделась ли ты в зеркало, и уверилась ли ты, что с твоим лицом ничего сравнить нельзя на свете – а душу твою люблю я еще более твоего лица» – из письма Александра Сергеевича Пушкина своей жене. Выступают несколько учащихся, подготовивших небольшую композицию о Гончаровой. Некоторые отрывки из писем звучат в записи).

1-й ученик. Впервые Пушкин увидел Наталью Гончарову зимой 1828 года на одном из московских балов и безумно влюбился. В апреле 1829 года он посватался к Гончаровой, но получил очень неопределенный ответ ее матери. В сомнениях и тревогах прошло почти три года. И вот, наконец, 18 февраля 1831 года Пушкин и Наталья Николаевна обвенчались. «Я женат – и счастлив… Это состояние для меня так ново, что, кажется, я переродился», – писал Пушкин своему другу, а в стихах, обращенных к жене, мы читаем такие строчки:

Исполнились мои желания.

Творец тебя мне ниспослал,

тебя, моя Мадонна,

Чистейшей прелести

чистейший образец.

2-й ученик. Какой же была Наталья Николаевна, горячо любимая жена Пушкина?

(В записи звучат слова: «Я должен был на тебе жениться, потому что всю жизнь был бы без тебя несчастлив» – так писал Пушкин своей жене через три года после свадьбы).

Ей первой он читал свои произведения, с ней советовался по всем вопросам, она была его помощницей во многих делах. К жене обращено одно из лучших пушкинских стихотворений, сокровенное и горькое признание:

Пора, мой друг, пора!

Покоя сердце просит –

Летят за днями дни,

и каждый час уносит

Частичку бытия, а мы с тобой

вдвоем

Предполагаем жить… И глядь –

как раз – умрем.

На свете счастья нет, но есть

покой и воля.

Давно завидная мечтается

мне доля –

Давно, усталый раб, замыслил

я побег

В обитель дальную трудов

и чистых нег.

3-й ученик. «Пушкин! Ты будешь жить!» – раздался безумный крик Натальи Николаевны, когда раненого Пушкина внесли в дом. А потом она уже ничего не помнила. Одна из современниц позже рассказывала: «Несчастную жену с большим трудом спасли от безумия, в которое ее, казалось, неудержимо влекло мрачное и горькое отчаяние. По предсмертному завету Пушкина 24-летняя Наталья Николаевна, мать четверых детей, уехала из Петербурга к брату. Почти два года прожила она в уединении. Следом за ней, как предвидел Пушкин, шла великосветская клевета. Ее обвиняли в его смерти. Друзья поэта, как могли, помогали вдове и утешали ее.

4-й ученик. Кроме счастья, много страданий выпало на долю жены Пушкина. Через несколько десятков лет были опубликованы письма Пушкина к Наталье Николаевне. Внимательно изучив их, можно воссоздать образ той, душу которой Пушкин любил более ее прекрасного лица.

Ведущий. Пушкин умер 29 января 1837 года. До последней секунды рядом с ним находился его друг Владимир Даль, врач, писатель, составитель толкового словаря. Может быть, именно в этот день его словарь пополнился еще одним словом, толкование которого он записал тут же, в квартире Пушкина, на отдельном листе бумаги.

Ведущая (зачитывает по словарю): «Бессмертие – непричастность к смерти, свойство, качество неумирающего, вечно сущего, живущего; жизнь духовная бесконечная, не зависимая от плоти. Всегдашняя или продолжительная память о человеке на земле по заслугам или делам его. Незабвенный, вечнопамятный».

В записи звучит следующий рассказ:

29 января 1887 года. К особняку в аристократическом квартале Парижа, на улице Монтель, подошел высокий седой человек.

Особняк казался нежилым из-за спущенных массивных жалюзи на окнах. В темном кабинете перед камином сидел дряхлый старик. Он не любил этот день: тяготило бремя воспоминаний.

В сущности, жизнь сложилась удачно. Разжалованный, выгнанный из России офицер стал сенатором Франции.

Седой человек поднялся на крыльцо. Непочтительно сильно грянул дверной звонок. Лакей тихо вошел в кабинет и подал визитную карточку.

– Месье Дантес, это русский. Он настаивает на свидании с вами.

Старик вздрогнул, с трудом разобрав русские буквы. Они сложились в имя… «Онегин».

Седой человек в черном сюртуке стоял у дверей. Надвигаясь на Дантеса, Онегин громко и размеренно сказал: «Ровно пятьдесят лет назад в эту самую минуту скончался Александр Пушкин. Вы убили его!»

Кто же такой Онегин?

Жил в Петербурге странный и загадочный человек. Никто не знал ни его прошлого, ни его родителей. Звали человека Александр Федорович Отто. И была у него большая и глубокая страсть, прошедшая через всю его жизнь. Он любил поэзию Пушкина. Любил так сильно, что даже переменил свою фамилию и стал Онегиным.

Александр Федорович был дружен со многими выдающимися представителями русской культуры. Некоторое время был секретарем у Ивана Сергеевича Тургенева. Сын Василия Андреевича Жуковского Павел Васильевич подарил Онегину пакет с письмами Пушкина и те бумаги, что имели отношение к дуэли. К этим материалам он добавлял новые. Покинув в 1860 году Россию, Александр Федорович продолжал собирать все, что касалось Пушкина. Так образовался внушительный музей редчайших экспонатов истории русской культуры.

…Тогда, зимой 1887 года, Онегин пришел к Дантесу, чтобы задать ему один вопрос: «Как вы на это решились и неужели не знали, что Пушкин – гений, слава России?»

Ученик читает стихотворение А.С. Пушкина «Памятник».

Евдокия ШАГАРОВА, Нина ПРОМЫШЛЕННИКОВА, Наталья ДЕМИДОВА, учителя русского языка и литературы СШ №64 г. Ижевска, участники конкурса «Сто друзей-2004»


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту